Х.Байрамукова - ВЕЧНЫЕ ВСАДНИКИ

Комендант окинул взглядом переводчицу, подумал о ней, что у нее глаза как у затравленного волчонка, брезгливо покосился на старосту.

– Переведи ему, – приказал он девушке, ткнув пальцем в сторону старосты, – если он, наконец, не разыщет мне коня Тугана с его всадником – неделя сроку! – я буду знать, как с ним поступить… Сколько дней прошло, а этот мерзавец не выполнил моего приказания!

Переводчица начала говорить, и заискивающая улыбочка стала сползать с лица Сушеного бока.

«Чем бы задобрить коменданта, утихомирить сейчас его гнев?» – лихорадочно думал староста. И придумал:

– Герр комендант получит Тугана, а в придачу – саблю, буденновскую саблю!

Имя Буденного насторожило коменданта, но он не понял, о чем идет речь, посмотрел вопросительно на переводчицу.

– Переведи ему, – заторопился Сушеный бок, – что маршал Буденный бывал здесь, а однажды он прислал саблю этому самому паршивцу Солтану за то, что тот выращивает такого коня!

– Вот как! – повеселел комендант.

Воображение его разыгралось: он отправит фюреру Тугана, а также саблю советского маршала, имя которого известно фюреру! Такого умного подарка фюрер наверняка ни от кого с Кавказа не получал. Уж тогда-то о Фрице Клаусе будут знать в ставке Гитлера!

– Гут, гут! -ласково похлопал Клаус старосту по плечу и велел сказать ему, что он, староста, может переложить на своих помощников все дела: составление списка семей служащих в Красной Армии, сбор скота для нужд армии фюрера и прочее. Сам же он пусть занимается поиском коня и сабли.

Комендант махнул рукой, давая понять, что разговор окончен. Переводчица вышла сразу, а Сушеньщ бок задержался и дал понять коменданту, коверкая русские слова, что переводчица может выболтать все их планы, помешать делу.

– Герр комендант, – лепетал он, – ее домой не найда… Пусть задержайт…

«Какие уж там у тебя, безмозглого, планы…» – с презрением подумал Клаус и жестом велел старосте убираться. Переводчица предупреждена, что в случае разглашения любого разговора коменданта она будет расстреляна. Но кто их поймет, этих советских людей, фанатиков? Надо будет приказать, чтобы следили за девкой построже.

В коридоре комендатуры староста натолкнулся на Шайтана и обрадовался этому: на ловца и зверь бежит, ведь это друг Солтана.

– A-а, Шайтан! Ты ко мне или к начальнику нашему? – спросил староста, изображая на лице подобие улыбки.

Впервые за свою жизнь Шайтан обиделся за то, что его назвали Шайтаном. В устах Сушеного бока это звучало как оскорбление.

– Я вам не Шайтан, а Мурат Данашев!

– О-о, знаменитый Мурат Данашев! Честь имею кланяться, – сказал староста насмешливо. – Ну, пойдем в мой кабинет.

Они зашли в маленькую обшарпанную комнатку. Сушеный бок важно воссел за дряхленьким столиком и начал с умным видом перебирать бумаги. Шайтан разглядел, что одет он теперь в добротный кашемировый бешмет, перетянутый наборным поясом. Усики подбриты и стали узенькими. Когда он говорит, они шевелятся на губе, как два дождевых червя. А борода у старосты все такая же козлиная. От тяжести висевшего на поясе пистолета чуть не переламывается талия старосты. Костистые бока сплющены. Верно прозвали его в Аламате Сушеный бараний бок.

– Ты что, пришел стоять столбом, чтобы на тебя фонарь повесили? – ухмыльнулся Сушеный бок, довольный своим остроумием.

Шайтан мог бы сострить в ответ получше, но он сдержал себя, чтобы не испортить задуманный план.

– Я пришел просить работу, – покорно сказал он. Корову у нас ведь отняли…

– Не отняли! Это вы оказали помощь великой армии фюрера! Ясно?

– Дома есть нечего. Хочу зарабатывать на хлеб.

– А ты не забыл, что являешься сыном красного солдата? Может, сделать тебя за это комендантом? Или старостой?

– Нет, старостой только ты один во всем Аламате сможешь быть, – не удержался Шайтан сказать дерзкую двусмысленность.

– Что-то ты много болтаешь, парень. И все же я тебя выручу. Запомни: выручу. Дам хорошую должность будешь чистить конюшню комендантского коня. Старый негодяй Даулет надеялся, что я не найду доброго коня для нашего благодетеля, угнал косяк. Нашел я коня для коменданта. И Даулета найдем! И людей найду для работы с немцами! Вот ты же пришел! Сам пришел!

– А Тугана найдете? – осторожно спросил Шайтан.

– И этого трижды проклятого Тугана найду! вскочил Сушеный бок.

– Сколько же я буду получать за работу и конюшне?

– Сколько дам, столько и будешь. Но знаешь что, мальчик? Есть возможность заработать много марок, наклонился Сушеный бок к Шайтану. – И Солтан мог бы зарабатывать, если бы не удрал с конем.

– А может быть, он уже сидит, арестованный немцами?

– Э-э, голова у тебя варит плохо! Если бы Солтана поймали, конь был бы уже у нас. Разве не понятно? Так-так… Значит, ты о Солтане ничего не знаешь?

– Как же мне заработать много марок? – напомнил Шайтан.

Староста задумался. Глаза его хитро сощурились, он приосанился, выпятил тощую грудь и спросил:

– Кто я?

– Ты – Суше… староста!

– Глава целого аула! Хозяин! Так? Значит, и вид я должен иметь. Если бы у меня вот здесь, на моем боку, висела красивая сабля…

«Вот оно что! -догадался Шайтан. – Ему зачем-то понадобилась сабля Солтана!»

– Но я-то что могу сделать? – прикинулся непонимающим Шайтан.

– Ты? Ты мог бы достать мне самую красивую саблю и получить за это много денег, а?

– Самая красивая сабля у Солтана.

– Молодец! Соображаешь!

– Но кто знает, где она?

– Как где? Не иначе, как закопана в их собственном огороде.

– А может, и нет?

– В собственном, в собственном! Никто в чужом огороде не закапывал свое добро. Весь Аламат хоронит добро на огородах. Разве Марзий умнее других? Мы можем перерыть весь ее огород, но с этим и за неделю не управишься. А ты присмотрись, а ночью тихо-тихо выкопай ее и принеси нам. Разнюхай у Марзий, где она что прячет, полазий по огороду. Ты ведь у них свой человек!

– Да мне ведь и в конюшне работать тогда некогда будет… И зачем работать, если столько денег за саблю получу!

– Ладно, ладно, в конюшне поработает и Дугу, а ты только добудь мне саблю! А проболтаешься – шею сверну, последнее у вас в доме отберу. Иди!

Сушеный бок был доволен беседой, хотя и не очень верил Шайтану. Кривую талию он послал по аулам района, чтобы выведать что-нибудь о Тугане и его всаднике. Ведь не мог же конь провалиться сквозь землю? Кто поможет отыскать коня, тому велено обещать кучу денег…

Шайтан шел по Главной улице из комендатуры и отплевывался. Задуманное он, правда, осуществил: узнал, что Солтан не пойман, узнал, что затевает Сушеный бок. Еще он понял, что саблю надо перепрятать, если она закопана в огороде. Но где же «Вечный всадник», где Солтан? Если он и в самом деле «Вечный всадник», как прозвал его сам Шайтан, то Солтан и сейчас непременно на коне!