Майкл Гир - Люди Волка

Зеленая Вода покачала головой. Она слышала такие истории. Покойный Гейзер рассказывал что-то в этом роде. Может, это здесь и было? Неторопливым шагом, стараясь держать свою тревогу при себе, Зеленая Вода стала вслед за другими спускаться к дымящимся водам. Она смутно помнила легенды, которые рассказывали некогда у костров: о том, как Цапля ушла от Народа и как спуталась она с Духами Долгой Тьмы. Невольные сомнения стали проникать в душу Зеленой Воды. Она оглянулась через плечо на белую пустыню. Нет, что бы ни грозило впереди, хуже, чем там, не будет.

Когда они подошли к берегу дымящейся заводи, Цапля исчезла в щели скалы и вернулась с несколькими шкурами карибу.

— Вот, — сказала она — у меня есть еще и другие… Стройте себе чумы, а я пока заварю вам отвар из мха и приготовлю мясо на обед.

По рядам людей прошел шепоток облегчения. Все — как бы кто ни ослабел дорогой — на скорую руку стали строить себе жилища. Когда несколько часов спустя Цапля вернулась, чумы были готовы. Колдунья одобрительно поглядела на них.

— Ну а теперь садитесь, — сказала старуха. — Нам есть о чем потолковать.

Люди расселись на берегу заводи в зарослях мягкого мха. Старая колдунья развела костер перед входом в свою пещеру. Пламя взметнулось ввысь, отбрасывая длинные тени на серые камни, янтарем отливая на фоне зеленоватой воды. Она раздала людям куски мяса и предложила им кожаные мешочки с ароматным отваром из мха.

Когда все насытились, Вещунья объявила:

— Пару недель я смогу вас прокормить. На это время у меня хватит припасов на всех. А уж потом… Поющий Волк кивнул, наполнив рог горячим густым отваром:

— А дичи здесь много? Цапля пожала плечами:

— Достаточно. Зимой по реке спускаются небольшие стада карибу. При сильном ветре они хорошо видны. Они здесь роются в ивняках, ищут мох и траву. Травы здесь почему-то каждый год все больше. Многое изменилось с тех пор, как… ну как бы сказать… Да уж ладно, все равно… С тех пор, как Обрубленная Ветвь была молода настолько, что сумела увести моего мужика.

Обрубленная Ветвь чуть не поперхнулась при этих словах.

— Как только начнем охотиться, — сказал, откашлявшись, Издающий Клич, — мы устроим здесь облаву:

Зеленая Вода и Заря станут справа и слева, вдоль всей линии, а между камнями поставим детей, чтобы звери двигались без остановки. Я, Поющий Волк, Прыгающий Заяц — мы, трое мужчин, пойдем вниз по реке…

— Четверо, — поправила его Цапля, указав на Бегущего-в-Свете. Сам он сидел тихо, опустив голову.

Люди тем временем вполголоса переговаривались между собой. Набив животы, они вновь стали сомневаться и звать Бегущего-в-Свете ложным Сновидцем.

Цапля подняла бровь и бросила им:

— Вы дурни. Он видит столько, что вы и понять не в силах.

Все смущенно затихли.

— Бабушка, — отозвался Бегущий-в-Свете, — не беспокойся. Я…

— Помолчи, мальчик мой. Мы с тобой еще не все сделали. — Она повернулась и в упор взглянула на него, невзирая на его смущение. — Сам еще не знаешь, кто ты? Согласись с ними — и никогда не узнаешь!

— Волчий Сон, — прошептала Обрубленная Ветвь, и глаза ее снова вспыхнули.

Цапля повернулась к ней, закинув голову:

— Ты видела это?

— Это у него в глазах.

Цапля кивнула:

— Столько изменилось с тех пор, как я ушла… Неужто у вас совсем не было Сновидцев?

Обрубленная Ветвь горько взмахнула рукой:

— Когда-то были Сны у Кричащего Петухом. Я сама видела, как он убил в себе это. Потерявший силу Сновидец — это все равно как гнилое мясо. Эти-то, молодые, они ж в жизни своей настоящего Сновидца не видали! Ты должна вернуться, Цапля. Ты нужна Народу. Нет сердца. Нет огня. Мы сбились с прежних путей, с истинных путей. Былая слава рассеялась, как дым от дуновения Ветряной Женщины.

Цапля обернулась и указала на Бегущего-в-Свете:

— Он — ваше Будущее.

Волчий Сновидец молча покачал головой. Бледный, как смерть, он встал и ушел прочь, растаяв в ночном сумраке.

Помолчав, Обрубленная Ветвь покачала головой:

— Не знаю… Дух покинул его. — Она вздохнула. — В глазах его больше нет Сна.

— Ты ошибаешься, — хмыкнула Цапля. — Как всегда.

— Он слишком молод, — подал голос Поющий Волк. — Даже брат его, Вороний Ловчий, говорит — он легко поддается заблуждениям.

— Вороний Ловчий? — взвилась Цапля, ее палец уткнулся в Поющего Волка, как копье. — Вы слушаете его? — Глаза ее гневно сузились. — Что с вами случилось? Неужто этот мерзкий Кричащий Петухом разрушил все ваши Сны? Да будьте вы прокляты! Без вещих Снов нет жизни!

Поющий Волк, не выдержав этого напора, только смущенно бормотал:

— Бегущий-в-Свете со своими Снами чуть не уморил нас до смерти.

— Дурни. — Цапля покачала головой. — Вы что думаете, вы только для того родились на свет, чтобы жрать и рожать детей, которые тоже будут только жрать, и так во веки вечные? Будьте вы прокляты! Если Народ не ищет нового, он обречен. Вам нужны Сны, чтобы выжить!

— Да, — воскликнула Обрубленная Ветвь, хлопнув в ладоши. — Видите, — указала она на Цаплю, — вот это Сила! Вот это Сновидица! Слышали, как она говорит? Видели Силу? Ха-ха! Волк привел нас сюда! Волчий Сон!

— А что же с этим мальчиком, Волчьим Сновидцем? — спросила Цапля, скрестив руки и поглядев на Поющего Волка. Тот, пристыженный, опустил глаза.

— Он чувствует себя виноватым, — взмахнула рукой Обрубленная Ветвь. — Мы потеряли в пути одну малышку. Но все остальные живы…

Цапля провела пальцем по подбородку.

— Это что, Кричащий Петухом внушил вам, что новый Сон — это так, пустячок?

Никто не ответил, но их смущенные лица говорили сами за себя.

— Нет, Сон — это не просто. Сон не приходит без боли… а иногда — без смерти. Запомните это!

Она качнулась, и седые локоны упали ей на плечи.

— Ты, Поющий Волк…

Тот посмотрел на нее с глухим негодованием:

— Что?

— Думаешь, ты охотник?

— Я лучший из всех…

— Нет, ты еще не охотник. Я покажу тебе настоящую охоту. Охоту-во-Сне. Я сама вызову карибу. Я знаю место. Облава уже готова. Они слышат меня и повинуются мне. Они помогут Народу, если я прикажу.

Поющий Волк растерянно огляделся:

— Ты хочешь сказать, что мы сами не будем на них нападать?

— Нет. Я погружу их в Сон. Не мешайте мне. — И она, повернувшись, ушла в сгущающуюся тьму по стопам Волчьего Сновидца.

Поющий Волк закусил губу. Смущение читалось на его лице. Подняв глаза, он увидел, что и Обрубленная Ветвь неловко поднялась на ноги и заковыляла во тьму. На мгновение она остановилась и устремила на него хмурый взгляд:

— Говорила я тебе, чтобы держал язычок на привязи? Он закрыл глаза.

Бегущий-в-Свете услышал неторопливые шаги. Он сдержал волнение.