Равенна: забытая столица эпохи «темных веков» - Евгений Викторович Старшов

маршруту ссыльных западных владык – в Константинополь, где содержали под строгим надзором. Тогда-то, как передают, она и послала из заточения кольцо свирепому Аттиле с предложением своей руки и права на часть Римской империи (как пишет Иордан: «Рассказывали, что эта Гонория по воле ее брата содержалась заточенная в состоянии девственности ради чести дворца; она тайно послала евнуха к Аттиле и пригласила его защитить ее от властолюбия брата – вовсе недостойное деяние: купить себе свободу сладострастия ценою зла для всего государства»). Страшный жених повел свои орды к Константинополю, требуя дань, невесту и приданое; Гонорию отослали обратно в Равенну. Аттила пошел туда, но был остановлен Аэцием и готами на Каталаунских полях. Оправившись от поражения, он с новыми силами пошел на Италию за своей невестой и даже подступил было к Риму (с этим моментом связан знаменитый сюжет о переговорах папы Льва со свирепым гунном). От Рима Аттила отступил (конечно, не столько вразумленный красноречивым папой или устрашенный видением апостолов Петра и Павла с мечами, сколько ударом восточно-римского императора Маркиана (392—457 гг., правил с 450 г.) в тыл гуннам), ушел в Паннонию и грозил вернуться, если ему не отдадут Гонорию (см. у Иордана: «(Аттила) угрожал, что нанесет Италии еще более тяжкие бедствия, если ему не пришлют Гонорию, сестру императора Валентиниана, дочь Плацидии Августы, с причитающейся ей частью царских сокровищ»), однако умер на очередной своей свадьбе с бургундкой Ильдикой (453 г.; утешался, бедный, от тоски по дочери Плацидии). Судьба его равеннской «невесты» оказалась безрадостной: либо она умерла в заточении вскоре после 454 г. (так как если она «сидела» в Риме, вандалы ее в 455 г., по крайней мере, уже не освободили или не пленили, стало быть, она была к тому времени уже мертва) – либо, что более вероятно, дочь блистательной Галлы Плацидии была казнена за измену.

Так или иначе, дети Галлы Плацидии весьма «постарались» для того, чтобы приблизить конец Западной Римской империи. Да и сама Галла, как пишет Е.В. Федорова, «…не обладала должными качествами ума и характера, чтобы удержать в своих руках разваливающуюся империю (это никому уже не было под силу)». Череда маскарадных императоров, до 476 г. воистину бывших у власти (то есть около нее) при различных варварских вождях, не заслуживает даже перечисления, хотя мы его, конечно, сделаем чуть позже. О гибели Западной Римской империи мы немного поговорим в начале следующей главы, теперь же следует заняться описанием архитектурных памятников Равенны эпохи Галлы Плацидии, и уж если по справедливости, ее вклад в собственно историю не особо велик и отчасти деструктивен, то вклад в историю искусства поистине бесценен.

Первым объектом, о котором мы поговорим детально, является базилика Св. апостола и евангелиста Иоанна Богослова, возведенная по обету. Она и сейчас возвышается минутах в 15 ходьбы от руины так называемого дворца Теодориха, однако ныне ее можно уподобить пустому ларцу для сокровищ: шкатулка есть, а драгоценности из нее выгребли… И не древние варвары, а, по историческим меркам, довольно современные, причем в сутанах. Выше уже высказывалась мысль о том, что история должна помнить убийц культуры и искусства. На сей раз таким вандалом оказался аббат Тезео Альдрованди, повелевший в 1568 г. уничтожить уникальные мозаики. Все былое великолепие осталось лишь в древних описаниях, еще более удручающих при взгляде на неестественную белизну базиликальных стен и апсид. Этот храм должен был прославлять и св. Иоанна, и свершенное им чудо, и, главное – всю «феодосианскую» семью Плацидии. Ее повелением уже в 425 г. на краю бывшего древнего кладбища в Равенне была выстроена трехнефная базилика Св. Иоанна Богослова. Благочестивую императрицу удручало одно: поскольку апостол Иоанн, как утверждает предание, телесно исчез из своей могилы в Эфесе вскоре после похорон, то соответственно мощей от него не осталось; видимо, и с другими реликвиями дело обстояло худо – и тогда во время ночной молитвы в новом храме Галле и ее духовнику Барбациану из Антиохии (впоследствии святому, чье погребение сохраняется в кафедральном соборе Равенны, сменившем базилику Урсиану) явился, не более и не менее, сам любимый ученик Христов в епископском облачении с кадилом в руке. Богослов покадил алтарь, принял восхваление от Галлы и Барбациана, после чего исчез, передав императрице одну из своих сандалий, как раз и ставшую главной реликвией базилики.

Дж. Арган считает, что эта базилика (правда, он датирует ее основание 430 г.) «…стала прототипом других творений равеннской архитектуры… Выбор в пользу ясной раннехристианской конструкции… отражает, по-видимому, более созерцательную, менее политизированную религиозность епископа Пьера Кризолога (так в тексте перевода. – Е.С.), являвшегося советником Галлы Плацидии». Изначально храм делился на три нефа двумя рядами по 9 колонн, а 9-метровый притвор, по сравнению с основным объемом храма, расширялся на север и юг, где были обустроены две часовни размерами 7×6,5 м. Вход в притвор украшали 6 колонн. Позднее, в VII—IX вв., притвор был соединен с общим объемом храма, ряд разделительных колон доведен до 12, боковые часовни снесены. Размерения храма – 49,75×22,20 м. Интересна конструкция восточной – алтарной – части: центральный неф заканчивается полигональной 7-частной апсидой (с окнами в 2,75 м высотой, разделенными меж собой небольшими спаренными колоннами), в то время как боковые – апсидами прямоугольными, размерами 5×6 м, каждая с двумя окнами размером 1,5×2 м. причем они не только не уступают по длине средней, но даже выдаются вперед по сравнению с ней; это изначальная конструкция, с V в. Не исключено, что в северном помещении была котельная. Внутри центральной апсиды к стенам пристроены седалища для духовенства и епископский трон. Апсида крыта полукуполом, начиненным полыми терракотовыми трубками. К сожалению, кроме части стен и колонн с капителями, многое в базилике – позднейший новодел. Претерпев многие ремонты и перестройки, базилика была настолько серьезно повреждена бомбежкой англо-американских «союзников» в 1944 г., метивших в расположенную неподалеку железнодорожную станцию, что вообще стоял вопрос о возможности и целесообразности восстановления храма (так были снесены остатки другой разбомбленной древней церкви, Cв. Виктора). Фрески Джотто (ок. 1267—1337 гг.), которыми базилика также славилась, тоже практически погибли…

Но обратимся к более древнему внутреннему убранству – утраченному. Главной темой мозаик стало чудесное спасение Галлы и ее детей от бури и изображение членов семьи Феодосия Великого. Писали, что мозаичное бурное море было словно живое… По обеим сторонам центральной группы были изображены два момента, связанные с попавшим в шторм кораблем: на одном – увенчанные императорскими коронами испуганные (что подчеркивает автор описания) Галла Плацидия и ее дети молятся св. Иоанну об избавлении, в то время как он, в образе молодого человека в сине-красном одеянии, одновременно натягивает парус и правит левым кормовым веслом; второе изображение походило на первое, отличаясь только тем, что теперь руки императрицы и ее чад сложены в благодарственном жесте апостолу, который по-прежнему ставит парус и сидит у руля. Принято считать, что именно эти изображения, судя по их описанию древними свидетелями, послужили основой миниатюры манускрипта архиепископа Райнальда (XIV в.), сохранившегося доныне в библиотеке Равенны. При этой мозаике была надпись: «Галла Плацидия исполняет свою клятву за себя и всех, кто с ней».

В центре (или поверх) триумфальной арки среди золотых пальм был изображен Иисус Христос с апостолом Иоанном – «удивительная мозаика из стекла и золота, представляющая величие Господа, который, вручая свиток любимому ученику, как рассказывается в Апокалипсисе, как бы говорит: “Возьми книгу и ешь ее”. Рядом была надпись: “Благодаря любви Христа благородный св.