Джек Кавано - Колонисты

— Ну, пора и честь знать. Думаю, на сегодня романтики хватит.

— Джаред Морган! — Энн надула губки.

— Я пошутил! — Джаред озорно улыбнулся. — Мне нравится быть с тобой. Если бы мы могли чаще встречаться наедине…

— Ладно! — решилась Энн. — Я поговорю с мамой.

— Правда? — Джаред сделал вид, что от восторга вот-вот упадет. Энн испуганно вскрикнула. — Ты действительно хочешь попросить об этом миссис Пирпонт?

Вместо ответа Энн распахнула ставни и села на подоконник. Джаред придвинулся к ней по ветке.

— Обещаю, что я это сделаю, — сказала Энн.

— Значит, завтра мне будет известен ее ответ?

Энн кивнула.

— Погоди! Завтра же я еду в Бостон, — хлопнул себя по лбу Джаред.

— Вот как?

— Да. Я собирался сказать тебе да забыл. Мама хочет, чтобы я встретился с мистером Коулом. Ему нужно о чем-то со мной поговорить.

— И ты не знаешь, о чем?

Джаред пожал плечами.

— Нет. Но мама считает, что это очень важно, и я не стал с ней спорить. Так что я узнаю о решении миссис Пирпонт только послезавтра.

— Выходит, тебя не будет весь день?

— Наверное. Но я постараюсь вернуться пораньше.

— Я буду скучать по тебе, — тихо сказала Энн.

И тут словно какая-то неведомая сила толкнула их друг к другу.

— Я люблю тебя, Джаред, — прошептала Энн.

— Знаю, — проговорил он с улыбкой.

— А ты? Ты ничего мне не скажешь?

— Зачем говорить то, что и так очевидно? — сказал он, поддразнивая ее, и вновь продвинулся вперед. Ветка угрожающе скрипнула. Но Джаред упорно продолжал тянуться к Энн. Ему хотелось прикоснуться к ее мягким губам, к ее теплой коже. Мгновение спустя их губы встретились.

— Я люблю тебя, Энн, — серьезно и ласково произнес Джаред. — Никогда не забывай об этом.

— Не забуду, — прошептала девушка, и молодые люди вновь поцеловались.

Назавтра в полдень Джаред Морган сидел на товарном складе, находящемся в гавани Бостона рядом с пристанью Кларка. Напротив него за исцарапанным деревянным столом восседал Дэниэл Коул и, попыхивая сигарой, подписывал бумаги. Хотя юноша прибыл на встречу в назначенное время и ждал уже около получаса, разговор с мистером Коулом пока не состоялся. Коулу приходилось беспрерывно подписывать бумаги, вести переговоры и отдавать распоряжения. Джаред между тем незаметно зевал и в раздумье смотрел на коммерсанта.

Как только Присцилле стало известно об этой встрече, она рассказала брату о чудовищных планах бостонца. Джареду было строго-настрого наказано не давать своего согласия на продажу акций до тех пор, пока мистер Коул не пообещает оставить в покое их мать. Кроме того, Присцилла велела Джареду держать рот на замке и ничего не говорить Констанции.

Молодой человек вспомнил, как волновалась сестра во время их последнего разговора, как звенел от напряжения ее голос. В высшей степени необычным Джареду показалось уже то, что Присцилла решилась все ему рассказать. До сих пор она предпочитала не иметь с ним никаких дел. Джаред не сомневался, что он сумеет во всем разобраться. Он узнает, чего хочет Дэниэл Коул, и будет действовать по обстоятельствам.

— Что ж, сынок, — мистер Коул отложил перо, которым он подписывал бумаги. — С делами покончено. Надеюсь, больше нам никто не помешает.

Джаред мгновенно напрягся.

— Ты знаешь, для чего я попросил тебя приехать? — Коммерсант переплел пальцы и сложил руки на животе.

— Нет, сэр.

— Мама и сестра ни о чем тебе не рассказывали?

— Мама сказала, — начал осторожно юноша, — что вы хотите меня видеть. Впрочем, мне показалась, что она взволнована. Что до моей сестры, — Джаред помолчал, подбирая нужные слова. — В общем, она попросила меня вести себя осмотрительно.

— Могу ли я узнать, в каком настроении твоя сестра вернулась из Бостона? Не была ли она взвинчена? — с интересом осведомился мистер Коул.

— Гм… пожалуй, что так, — ответил уклончиво Джаред.

Дэниэл Коул озадаченно покачал головой.

— Право слово, меня это удивляет, — произнес он сокрушенно. — По-моему, наша беседа была теплой и сердечной. Я признался ей в том, что люблю Констанцию. Возможно, с моей стороны было несколько опрометчиво заводить об этом речь сразу после гибели вашего отца, — мистер Коул задумчиво пожевал губами. — Но мне очень хотелось, чтобы твоя сестра знала: когда речь идет о вашей матушке, мною движут только самые лучшие побуждения. Жаль, что мы не поняли друг друга.

Повисла красноречивая пауза. Мистер Коул, развалившись на стуле, задумчиво жевал сигару, а Джаред с интересом поглядывал на него. Первым нарушил молчание коммерсант.

— Присцилла рассказывала что-нибудь еще? — спросил он небрежно и почему-то тотчас отвел глаза в сторону.

— Она упоминала об акциях.

Мистер Коул устало отмахнулся.

— Мне не нужны ваши акции. Я пытался объяснить это Присцилле, но она не стала меня слушать. Да, я действительно хотел купить их у Филипа. И знаешь, почему? Я думал о благе вашей семьи. Вы нуждались в деньгах. Впрочем, женщине нелегко разобраться в таких тонкостях, — мистер Коул многозначительно покачал головой. — Вот Присцилла и разволновалась, — он громко засмеялся. — Да ты и сам знаешь, что за штучка твоя сестра. Порой она ведет себя так неразумно! Если уж она заберет что себе в голову, ее никто не переубедит!

После этих слов мистер Коул глубоко затянулся и выпустил изо рта несколько облачков едкого дыма.

— Нет ли новостей о твоем брате? — продолжил коммерсант после маленькой передышки. Джаред покачал головой.

— Жаль. Такой талантливый парень, — мистер Коул хватил кулаком по столу. — Как, впрочем, и ты! Потому-то я и попросил тебя приехать.

Коммерсант выпустил еще одно удушливое облачко дыма и только потом перешел к делу:

— Джаред, у нас с тобой много общего. Мне кажется, я тебя понимаю. Я знаю, твой отец мечтал о том, чтобы ты поступил в Гарвард, — об этом мне сказала Констанция, — но тебе не хочется сидеть над книжками. В этом мы похожи. Я и сам ненавидел школу. И не учился в университете. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на книги, написанные теми, кого давно нет на свете. Что знают эти писаки про нынешнюю жизнь? — Дэниэл Коул обвел рукой вокруг себя. — Вот моя школа. И поверь, очень хорошая школа. Здесь я понял одну важную вещь: тот, кто хочет чего-то достичь, должен трудиться как проклятый. Я усвоил этот урок, и теперь у меня в кармане — весь мир. В Бостоне нет дома, который я не мог бы купить. Нет предприятия, которое не могло бы стать моим. Если завтра мне вздумается поехать в Китай, я сделаю это! Я могу все!