Агент поневоле - Андрей Алексеевич Ворфоломеев

Однако настоящим шоком для подавляющего большинства белоэмигрантов стало нападение Японии не на СССР, а на США, Великобританию и иные страны западной демократии. Вот уж действительно – полное крушение всех идеалов! Мало того что Англия и Америка издавна рассматривались в качестве естественных союзников в борьбе с коммунизмом, так теперь ещё и исчезала всякая возможность легально перебраться туда. Да и повседневная жизнь европейской общины значительно ухудшилась. После начала войны на Тихом океане японцы перестали церемониться не только со своими новыми врагами, но и со всеми белыми вообще. Без разбора национальностей.

Ещё один водораздел в среде русской эмиграции в Китае пролег 22 июня 1941 года. Надо сказать, что далеко не все приветствовали нападение Германии на СССР. В сознании многих Советская Россия, по-прежнему, продолжала оставаться Родиной. Пусть и «изнемогающей» под властью большевиков. И зла они ей желать не могли. Потому и раскололся эмигрантский лагерь на так называемых «пораженцев» и «оборонцев». Первые, как видно из названия, желали победы Германии, полагая, что в таком случае, после окончания войны, в России будут реставрированы старые порядки. Вторые, напротив, страстно переживали за Советский Союз и гордились громкими победами его оружия. И их, что не может не радовать, значительно больше.

– Приятно это слышать!

– Да, – кивнул Иванов. – Русские всегда остаются русскими. Даже за тридевять земель от родины. А теперь конкретная информация, которая наверняка заинтересует московских товарищей. Ещё в 1937 году в окрестностях Харбина под руководством японского полковника Асано был сформирован первый русский военный отряд. Его планировалось использовать в будущих военных действиях на территории СССР. Пополнялся отряд в основном молодыми людьми, мобилизованными в Хайларе, Трехречье, а также на восточной стороне железнодорожной линии КВЖД. Их ещё так и называли – «асановцами». Так вот. В самом конце прошлого года японское командование приняло решение развернуть на базе подразделения Асано более многочисленные Российские воинские отряды и включить их в состав армии Маньчжоу-Го. При помощи тотального призыва планируется создать там не только обычные пехотные, но и кавалерийские соединения. И это не считая иррегулярных частей, набираемых из трехреченских казаков! Взамен отозванного в Харбин Асано, новые отряды возглавил теперь уже русский полковник Смирнов. Надеюсь, что данная информация окажется вам полезной.

– Сведения действительно важные. Спасибо вам, Всеволод Никанорович!

Шанхай был известен прежде всего тем, что с произошедшего здесь 7 июля 1937 года вооруженного инцидента на мосту Марко Поло (другое название – мост Лугоуцяо) берет свое начало кровавый отсчет многолетней Японо-китайской войны, со временем ставшей составной частью войны Второй мировой. Незначительная стычка переросла в широкомасштабное вторжение. Впрочем, для осуществления агрессивных планов японских военных годился любой повод. Пусть даже и явная провокация. Китайцы мужественно защищали свою родину. Достаточно сказать, что ожесточенное сражение за Шанхай длилось более трех месяцев – с 13 августа по 26 ноября.

Конечно, сейчас, по прошествии фактически семи лет, разрушения в городе были мало заметны. Да и времени у Саши для знакомства с достопримечательностями особо не оставалось. Ходить пешком по улицам Волгин ему настоятельно не рекомендовал. Такси влетало в копеечку. Оставались многочисленные рикши. Поначалу, движимый классовой солидарностью Александр избегал, подобно эксплуататорским классам, ездить на другом человеке. Но иного выхода порой не оставалось. Да и постепенно пришло понимание, что, нанимая рикшу, он тем самым давал возможность этому бедняге заработать на кусок хлеба. От хорошей же жизни в повозку не впрягаются!

В тот день, как обычно, Саша ехал от Иванова в советское представительство. Не успел рикша притормозить на очередном перекрестке, как на подножку, неожиданно, вскочил какой-то мужчина. Саша только и успел заметить, что в руках того что-то блеснуло. Его спасла отменная реакция. Саша изо всех сил ударил незнакомца ногой в живот и, хлопнув ладонью рикшу по спине, громко заорал по-китайски:

– Гони!!!

Того не пришлось долго уговаривать. Вскоре злополучный перекресток остался далеко за спиной. Лишь тогда рикша-китаец в изнеможении остановился. Грудь его ходила ходуном. Саша отвалил извозчику щедрые чаевые и, спрыгнув на землю, проделал оставшуюся дорогу пешком. Благо до здания представительства было уже недалеко. Возвращаться на место нападения у него не было ни малейшего желания. Тем не менее у Саши отчего-то созрела твердая уверенность, что смертельный привет ему передал давешний Сухопарый. Разумеется, от Харбина до Шанхая путь не близкий. Но ведь сумел тот добраться в Маньчжурию, аж с самого Сахалина. Так отчего не поспешить на встречу со старым другом и на сей раз! Пусть и не лично, а при помощи доверенного лица.

Волгин, выслушав подробный рассказ Саши о происшествии, незамедлительно посоветовал ему обратиться в японскую комендатуру. Там к жалобе гражданина, по-прежнему остававшегося нейтральным Советского Союза, отнеслись с полным пониманием. Незамедлительно была организована его круглосуточная охрана. И всё оставшееся время своей командировки Саша находился под плотной и ненавязчивой опекой (и, очевидно – присмотром) японских агентов. «Знали бы вы, кого на самом деле охраняете»! – от души веселился наш разведчик. Ситуация и впрямь немного напоминала эпизод из театра абсурда. Никогда доселе ему ещё не приходилось испытывать удовлетворения, находясь под защитой недавних врагов.

История с нападением на ученика не на шутку обеспокоила и Льва Лукича.

– Н-да. Скверно. Надо бы нам тебя, Саня, поберечь немного. Видать, кому-то ты там, в Китае, серьезно на больную мозоль наступил. А значит, посылать мы тебя в Маньчжурию пока не будем. Пускай всё для начала уляжется. А то ещё, не ровен час, потеряем такого ценного агента голландской секретной службы!

Глава 20

Надо сказать, что почти сразу после возвращения в Союз Саша принялся писать всевозможные запросы в штаб 302-й дивизии с целью установить судьбу своих бывших товарищей. Пусть и провоевали вместе всего ничего, но память осталась. Однако оттуда неизменно приходил обескураживающий ответ, что в списках рядового и сержантского состава ни Леонов Виктор, ни Брагин Егор не числятся. Так и оборвалась ниточка. Поначалу, конечно, Саша жутко расстроился, а потом успокоил себя следующей, спасительной, мыслью. Ведь данная формулировка вовсе не означает, что старшина с Витькой непременно погибли. На войне зачастую солдат далеко сам себе не хозяин. Может быть откомандирован в другую часть, направлен на различные курсы, наконец, после ранения списан из армии подчистую. Да и сама 302-я дивизия только за сорок второй год