Три побега из Коринфа - Витольд Маковецкий

называете Эвклеей, уже принадлежит ее владельцу,  Хореону. Он сам уже принял о ней решение перед отъездом.

— Как так?  - Полиникос больше ничего не мог сказать.

— Вот так,  вот — снова добавил Терпнос,  — почтенный отшельник. Мой благородный господин и покровитель  Хореон приказал перед своим  отъездом, чтобы девушку сразу  же после истечения срока заключения, отправили к нему  в дом, откуда она будет доставлена финикийцам с первой же группой рабов.

— Финикийцам, а точнее Хираму, финикийскому правителю Кипра, который дружит с Хореоном и купил ее себе! 

Ксенон и Полиникос замерли.

 — Он купил Эвклею?

 — Да. —  Терпнос повернулся к Полиникосу с ядовитой усмешкой. — Я вижу, молодой человек, что вас очень интересует судьба этого девушки. Но вы не бойтесь, благородный князь Хирам ее не обидит.  Он приказал ее хорошо кормить и с ним на Кипре ей будет хорошо.  Она понравилась принцу. Вы все поняли, молодой человек?

Полиникос ничего не ответил.  У него не было слов. Он смотрел на Терпноса тусклым, отсутствующим взглядом.   Его вены вздулись. Если бы тот знал его лучше, в этот момент он бы вздрогнул.

Ксенон еще раз попытался спасти положение.

— Но девушка еще здесь, в темнице, — сказал он начальнику стражи. — И до тех пор, пока она здесь, ты решаешь ее судьбу, а не Хореон

— Ты ошибаешься, незнакомец. По приказу Терпноса, который представляет здесь интересы  своего хозяина Хореона,  ее сегодня уже  отвезли к нему  в усадьбу. Ее больше нет в темнице.

Полиникос сделал шаг в сторону Терпноса.

 — Это сделал ты, негодяй!

— Конечно, я, Полиникос Милетский, сострадательный благодетель рабов!

Полиникос уже не слышал этих слов.  Его лицо побледнело, а рука непроизвольно вытащила меч из ножен.  Осторожный и бдительный Терпнос тоже вытащил меч.  Они напали друг на друга так, что звон мечей был слышен по всей улице. Солдаты, которые стояли снаружи, ворвались в зал.

— Помогите!  - крикнул начальник стражи.

— Сюда! — заорал Терпнос. Но было уже поздно.  Дерзкий и самоуверенный Терпнос  полагавшийся на свою силу, на этот раз просчитался. 

Недаром Полиникос был сыном офицера, и недаром он еще с раннего возраста воспитывался, чтобы стать  военным  и обучался ловкости обращения  с мечем и копьем.  И, хотя,  с тех пор прошло много лет,  он в  страсти и самоотверженном гневе,  без раздумий и без подготовки, увернулся  от уловки  врага и молниеносным выпадом пронзил грудь противника уверенным уларом. Терпнос  широко раскрыл глаза, выронил меч, застонал от боли и упал на пол. Один из стражников, который прибежал на помощь, ударил Полиникоса сзади и ранил его. Но он не успел ударить  его еще раз. Полиникосу потребовалось всего мгновение, чтобы обернуться, его меч сверкнул  как  молния, прорезав воздух,  раздался страшный крик и стражник свалился на каменный пол.

Полиникос пришел в ярость. Словно обезумев, не оглядываясь, он бросился на другого охранника, не отступая и не защищаясь, а, жаждал мести и искал смерти. Он был ужасен. Вчя его щека была в крови, а изо рта появилась пена. Его меч словно зажил своей жизнью и казлось, что у него в руке не один,  целых три меча. 

Начальник стражи и Терпнос,  наверняка, предвидели этот взрыв, даже желали его спровоцировать и застраховаться от него, вызвав шестеро вооруженны стражников. Однако начальник тюрьмы теперь с ужасом наблюдал за своим позорным поражением и бегством своих подчиненных.

Терпнос и один солдат были убиты, другой сражался с Ксеноном и, кажется, тоже был ранен, потому что отступил и закричал от боли.

Один из охранников, увидя происходящее, стал, как бы отступать,  пытаясь заманить за собой ошеломленных Карию с сыном и схватить их. Сам начальник тюрьмы был ранен,  и отступал с бледным лицом, которое  было  порезано острием меча Полиникоса.  Сначала он отступал медленно, затем все быстрее и быстрее, пока не выскользнул через порог во двор.  Последний стражник быстро последовал его примеру,  когда на пороге  его поразил карающий меч Полиникоса, но стражник все, же успел выскочить в дверь и захлопнуть ее за собой.

Полиникос остановился, вытер рукой пот и кровь со лба и бросился к двери. Однако дверь была закрыта. Он начал рубить, колоть  и бить по ней рукояткой меча,  и пинать ее ногами.

К нему присоединился Ксенон.  Ему тоже удалось расправиться с двумя стражниками  и он, увидев позорное бегство врага, восхищался упорством своего друга.  Но с него уже было достаточно. Он был готов помочь другу в несчастье и в трудную минуту не оставлял его одного, но ему не хотелось зря терять жизнь.

Наконец,  дверь поддалась

Он взял Полиникоса за руку:   —  А теперь, давай быстрее уходить отсюда.

Полиникос еще не пришел в себя. Он оттолкнул своего друга.

— Оставь меня! — закричал он. -  Не мешай мне! Уходи сам отсюда!

Ксенон побледнел и отступил.

— Что ты забыл в этой темнице, дурак?!

Полиникос снова повернулся к нему.

— Я хочу умереть, ты понимаешь, я хочу умереть! Без Эринии я не могу жить! Я тебе говорю, уходи отсюда.

Ксенон не знал, что делать. Он снова подошел к нему и завел ему руки  за спину. Полиникос вскрикнул от боли. Его рука была повреждена, а лицо и лоб были разбиты и все в крови. Противостояние трем мечам одновременно,  дало о себе знать.  Его ноги дрожали.

— Уходи, — мрачно повторил он.

Но Ксенон не ушел. С улицы доносились крики, стоны  и растерянные голоса.

Должно быть, это раненый солдат звал на помощь.

— Давай,  бежим отсюда, Полиникос, пока еще есть время.

Полиником покачал головой. Ксенон заламывал руки.

— Полиникос! — в отчаянии воскликнул он. — ты что, хочешь, чтобы я тоже умер?!

— Я? — Полиникос  посмотрел на него с удивлением.

— Ведь, я не могу оставить тебя, а ты хочешь погибнуть. Подумай, что случится мной?

Полиникос  пришел  в себя. Его сопротивление несколько ослабло.

— Ты думаешь,  что кто-то выиграет от твоей смерти?  Ведь твоя карийка тоже погибнет. Пока ты