Жеральд Мессадье - Гнев Нефертити

— Почему?

— Царский совет в нерешительности. Они собираются сделать Сменхкару регентом, а то и царем!

— И что же?

— Но тогда у меня не будет никакой власти и я не смогу ничего сделать для тебя…

Хоремхеб слегка пригубил из кубка с миндальным молоком и поставил его на стол.

— Ты хочешь сказать, что мог бы сделать кое-что для меня, вернее, для армии? Что-то с трудом верится. Мои просьбы о денежной помощи, особенно о средствах на военное снаряжение и для формирования новых частей, остались без ответа.

Ошеломленный Ай открыл было рот, чтобы возразить, но не нашел слов. Итак, Хоремхеб переметнулся в другой лагерь! Он присоединился к преступникам, кем бы они ни были!

— Средства уже почти были выделены тебе… — пролепетал он.

— Но я почему-то об этом не знал.

Ай замолчал. Никакого решения принято не было, он это знал лучше других: его дочь беспокоило растущее могущество военных. Он понимал, хотя было уже слишком поздно, что откладывание выплаты средств Хоремхебу, и даже хуже — урезание этих выплат до такой степени, что получалась уже милостыня, было фатальной ошибкой.

— Но Сменхкара… — снова начал Ай.

— Да, я знаю, это всего лишь молодой человек, который в прошлом подвергся плохому влиянию. Тем не менее он был регентом и в курсе всех проблем армии. Регент или царь, с хорошим советником при выполнении возложенных на него задач он покажет себя с лучшей стороны.

Ай не отрываясь смотрел на Хоремхеба: наверняка ситуация, которая сложится после смерти Нефертити, обсуждалась не один раз, оценивались качества ее преемника, короче говоря, все было продумано заранее.

— Священнослужители такого же мнения? — мрачно поинтересовался он.

— Об этом нужно спросить у них.

После отбытия Уадха Менеха никто из верховных жрецов не посчитал нужным присутствовать при помещении Эхнатона в гробницу. Все жрецы вернулись в свои провинции. Чтобы узнать их мнение, нужно было ехать в Мемфис, в Фивы, а на это ушло бы два дня. Он пожалел, что его брат Анен, жрец культа Амона высокого ранга, был далеко отсюда. Он дал бы хороший совет.

— Значит, нужно будет вернуть Сменхкаре регентство, — сказал Ай, покоряясь обстоятельствам.

— Регентство — это один из вариантов, ты же сам его и предложил. Мне он кажется не самым подходящим. На востоке и юге идет война. Враги больше уважают царя, чем регента. Неужели мы оставим страну без монарха до тех пор, пока Тутанхатон не достигнет совершеннолетия? Мне это не кажется мудрым решением.

— Так значит, ты не против восхождения Сменхкары на трон? — возмущенно спросил Ай.

Хоремхеб еле заметно улыбнулся и прищурил свои желтые глаза.

— Но кем я буду, если воспротивлюсь этому? Несомненно, я поддержу любое принятое решение.

Ай выдержал удар со стойкостью борца: этот ответ зятя подтверждал его участие в заговоре. Ай услышал уже достаточно. Теперь он решил отдохнуть и подумать в одиночестве насчет Хоремхеба. Провожая его до двери, военачальник добавил:

— Отец, я считаю, что ввиду всех этих трагических событий Царский совет должен собраться немедленно и принять нужное решение.

Это был практически приказ. Ай лишь слегка прикрыл веки, попрощался с военачальником и удалился, сопровождаемый свитой. Сразу после того, как он ушел и закрыл за собой дверь, вошла Мутнезмут с осунувшимся лицом.

— Чего хотел мой отец? — спросила она.

— Он пришел узнать, согласен ли я на то, чтобы Сменхкара был всего лишь регентом.

— А кто будет фараоном? Тутанхатон?

Хоремхеб покачал головой.

— И о чем думает мой отец? Двадцатилетний юноша и семилетний мальчишка во главе царства! Даже моя сестра с ее опытом… — Тут она резко оборвала себя и внезапно спросила: — Я слышала, он говорил об отравлении. Что он имел в виду?

Хоремхеб знал, что его супруга не брезгует подслушивать у дверей. Он раздумывал, как поступить: рассказать Мутнезмут о подозрениях ее отца и высмеять их или сделать вид, что это недоразумение. Но Мутнезмут могла слышать больше, чем показывала.

— Он думает, что твою сестру отравили, — сказал военачальник.

Мутнезмут была поражена.

— Кто?

— Не знаю.

— У него есть доказательства?

— Нет.

— Кого он подозревает?

Хоремхеб пожал плечами.

— Этого он мне не сказал.

Мутнезмут села.

— А кому выгодна ее смерть? Сменхкаре? Но как ему это удалось? Он живет далеко от дворца у бывшего Распорядителя церемоний. Это могут быть люди, которым выгодно, чтобы Сменхкара вернулся к власти. А ты что думаешь?

— Я думаю, что от горя у Ая помутился разум. У Сменхкары не так много приверженцев, которые горели бы желанием видеть его на троне такой ценой. Посягнуть на жизнь царской персоны — на такое не каждый решится. Я его просил не втягивать тебя в эту гнусную историю. Когда ты с ним встретишься, сделай вид, что ничего не знаешь. Надеюсь, он достаточно мудр, чтобы не заявлять громогласно о своих подозрениях. Это только посеет панику во дворце, а проблемы не решит.

Мутнезмут глубоко вздохнула.

— Думаю, ты прав, — сказала она. — Что же касается Сменхкары, необходимо положить конец двусмысленности его положения.

— Я согласен с тобой.

— Нужно, чтобы он наследовал трон. Ему найдут хорошего советника. Такого, как ты, например.

Хоремхеб оставался бесстрастным.

Она тяжело поднялась, открыла дверь и приказала надсмотрщику прислуги подмести зал и комнаты, потом попрощалась со своим супругом и заявила, что пойдет к племянницам.

Когда она вышла, Хоремхеб с облегчением вздохнул. Ему удалось избежать грозы.

Пасар приоткрыл дверь своего убежища: никого. Слуги, вооруженные вениками и половыми тряпками, были заняты своими делами во внутреннем дворике. Пасар незаметно проскользнул в сад и побежал на набережную, к садам, примыкавшим к Дворцу царевен.

Закончив умываться, одетая в свежее платье, в красиво причесанном парике, Анхесенпаатон вышла на террасу встречать Пасара. Она заметила его фигуру за живой изгородью, которая отделяла сады от набережной. Он только что пришел и никак не мог отдышаться. Царевна помахала ему рукой и побежала в комнату Меритатон.

— Он здесь!

Меритатон встала и пошла за сестрой в сад. Она чувствовала себя изможденной, словно была старухой. Увидев, что Анхесенпаатон не одна, Пасар быстро спрятался. Придя на место встречи и не найдя мальчика, юная царевна удивленно вскинула брови.

— Да где же он? — спросила Меритатон.

— Он только что был здесь… Пасар!

Она посмотрела по сторонам.