Крис Хамфрис - Честь Джека Абсолюта

Оставьте ее, мерзавцы! — закричала тетушка, а потом издала вопль: второй разбойник выволок из укрытия и ее.

Успокойся, старая корова, — проворчал он в то время, как его руки обшаривали ее одежду.

Спустя мгновение он покачал головой. Ирландец кивнул в сторону распахнутой дверцы.

Наверняка там что-то припрятано. Обыщи! — приказал он факельщику, который тут же нырнул внутрь портшеза.

«Сейчас или никогда», — решил Джек и, метнувшись вперед, замер на расстоянии фехтовального выпада за спинами двух негодяев, удерживавших захваченных женщин. Свою шпагу он отослал с остальными пожитками в нанятые апартаменты, о чем сейчас пожалел, хотя и знал, впрочем, что на ношение шпаг в мирном Бате был наложен запрет. Единственным оружием Джека являлась трость, правда, не новомодная, тонкая, вроде привозимых из Индии стеков, а сливовая, добротная, суковатая — с серебряным набалдашником и железным наконечником снизу.

Этим-то наконечником юноша и ткнул легонько разбойника-англичанина сзади, а затем самым благожелательным тоном сказал:

— Добрый вечер.

Дерьмо! — снова взревел разбойник и сделал именно то, чего и ожидал от него Джек: выпустил руки пожилой леди и поворотился на звук.

Быстро взметнув в воздух трость, Джек ударил ею грабителя, причем наотмашь, как саблей, благо весила она столько же, а ее металлический наконечник сработал как острие.

Негодяй рухнул наземь, зажимая руками макушку: между его пальцами потекла кровь.

Джек тотчас сместился в сторону, угрожая ирландцу, который, видя это, воспользовался Летицией как щитом. Прикрываясь ею, он отступал, пока не удалился на некоторое расстояние, после чего с силой толкнул девушку к неожиданному врагу. Она с криком грянулась на колени, а грабитель, чьи руки освободились, мгновенно извлек из-под плаща увесистую дубину и, рыча, перешел в нападение.

Джек увернулся, но тяжелый комель просвистел в неуютной близости от его виска. Молодой человек еще не вполне восстановил силы после болезни и потому — увы! не был так прыток, как близ Квебека или на борту «Нежной Элизы».

«Но все же, — подумал юноша, — я солдат. И мне случалось иметь дело с куда более опытными бойцами!»

— Получи!

В длинном прыжке он совершил тростью выпад, как шпагой, целя ирландцу в физиономию. Тот, чтобы не лишиться глаза, отпрянул, но развить наступление Джек не успел. Боковым зрением он приметил какой-то блеск.

Из портшеза вылезал факельщик. С ножом в руке.

— Дерьмо!

Это выдохнул уже Джек, оказавшийся лицом к лицу с двумя вооруженными здоровяками.

Увернувшись от ножа, он выбросил левую руку в сторону и, ухватившись за древко факела, рывком вырвал его из земли. Следующую атаку факельщика остановил пылающий выпад. Все это время пожилая леди истошно голосила, а молодая, как заметил, бросив быстрый взгляд, Джек, стояла рядом с ней на коленях, но как завороженная наблюдала за схваткой.

Первый разбойник был явно выведен из игры: он стонал, обхватив руками разбитую голову. Двое остальных тяжело дышали, сжимая оружие.

Джек тоже устал.

— Вам лучше убраться, — выдохнул он, поведя подбородком в сторону причитающей дамы. — Мы возле Бата. Крики могут услышать.

Вместо ответа ирландец с ревом побежал на него. Джек не успел блокировать удар тростью, да если бы и успел, дубина наверняка бы ее перешибла. Взамен того юноша вскинул факел. Это спасло его голову, но факел буквально взорвался, разбрасывая повсюду пылающие камышины.

Швырнув то, что осталось в руке, навстречу метнувшемуся к нему слева факельщику, Джек, не переставая делать выпады тростью, стремительно сместился направо. Ирландец с размаху нанес новый удар своей палицей, но промахнулся, и его громоздкое оружие с глухим стуком врезалось в мягкую почву. При этом бок негодяя остался открытым: Джек прыгнул, чтобы ударить в незащищенное место, но зацепился за что-то ногой и упал.

Разбойник взревел и обрушил дубину. Джек откатился в сторону, пытаясь отмахиваться своим посохом, но было ясно, что в таком положении ему долго не продержаться.

Однако, утюжа землю спиной, он ощутил под собой что-то твердое и, извернувшись, сумел ухватить этот предмет. В результате, когда ирландец опять замахнулся, чтобы положить схватке конец, Джек привстал на колени и навел на него пистолет юной леди.

— Хватит, наигрались, — произнес он, тяжело дыша.

Летиция в спешке оттянула курок лишь наполовину, но как исправить такую оплошность, Джек знал.

Взведенный до конца курок щелкнул, и ирландец вздрогнул, уставившись на ствол. Точно так же таращился на пистолет выставивший перед собой нож факельщик. Пожилая дама примолкла, сшибленный с ног разбойник поднял окровавленное лицо. Но — странное дело! — какое-то время Джек не замечал решительно ничего, кроме взирающих на него зеленых девичьих глаз.

— Тоже мне, напугал, — проворчал наконец ирландец. — Весь порох с полки небось ссыпался: разве нет?

— Вполне возможно, — ответил Джек, припадая на колено и целясь противнику в лицо.

— И калибр у него мелкий.

— Ты прав. Я вряд ли бы потревожил и муху.

— А нас по-прежнему двое, — прорычал грабитель. — Нас двое, а заряд один. Обоих тебе не подстрелить.

— У меня и в мыслях нет ничего подобного, — насмешливо промолвил Джек, неторопливо поднимаясь на ноги, и, подражая ирландской манере речи, добавил: — Конечно: разве мое намерение не состоит в том, чтобы подстрелить только тебя?

Некоторое время тишину нарушали лишь стоны и хриплые вздохи, потом ирландец, бормоча проклятия, двинулся к своему истекавшему кровью товарищу, который, по-прежнему держась за голову, пытался встать, цепляясь свободной рукой за дверцу портшеза. Бросая на победителя свирепые взгляды и грязно бранясь, троица заковыляла к реке.

— Вы забыли портшез, — крикнул Джек вдогонку, потом заметил, что пистолет в его руке, доселе недвижный, вдруг стало потряхивать.

Сняв оружие со взвода, он сунул его в карман жилета и направился к женщинам. Молодая помогла старшей встать, но та вновь опустилась на подножку портшеза, отчаянно обмахиваясь веером.

— О сэр! Сэр! — воскликнула она, когда Джек приблизился. — Они ушли? Совсем ушли?

— Ну конечно ушли, — ответил Джек. — Пистолет вашей сестры обратил их в бегство.

Бешено двигавшийся веер замер.

— Моей… сестры? О, вы имеете в виду мисс Фицпатрик? — На лице леди появилась улыбка. — Действительно, нас часто принимают за сестер. — Веер заработал снова. — Хотя на самом деле я ее тетушка, миссис О’Фаррелл.

— О! Сходство… поразительное.