Семен Каратов - Каменный исполин

Корру, как и все, находился у края обрыва. Он стоял, сжимая в руке ремень с каменным шаром. Неожиданно кто-то схватил его за руку. Горбатый охотник обернулся и встретился с глазами Зей. Он невольно вздрогнул. Впервые видел он у молодой маумки такие глаза. Они просили, они требовали. Корру перевел взгляд на распростертое тело Хауба и понял, чего ждет Боязливая от Рыжего Сайгака…

Корру с трудом сдержал охватившее его волнение. Губы его тронула чуть заметная улыбка.

— Рыжий Сайгак сильнее Зуба Мамонта! — негромко проговорил он. — Маум одолеет зверя с острым рогом!..

И, прыгая с бугорка на бугорок, он быстро стал спускаться в овраг.

Люди с трепетом следили еще за одним смельчаком, который не побоялся встретиться один на один со страшным зверем.

Маленький рост Корру и на этот раз помог ему. Носорог заметил горбатого маума, когда тот остановился в нескольких десятках шагов от него. Корру быстро размотал ремень, к которому был прикреплен каменный шар, и со страшной силой стал вращать его вокруг себя. «О-эй! О-эй!»— выкрикивал Корру, стараясь привлечь внимание Бесхвостого. Как раз в эту минуту Хауб очнулся и попытался привстать. Некоторое время носорог не двигался, как бы изучая обоих появившихся в поле его зрения людей. Все же именно Корру привлек его внимание: с коротким ревом остророгое чудовище двинулось к нему. Горбатый охотник, вращая каменный шар, в то же время зорко следил за движениями животного. Носорог не торопился с нападением, он стоял, беспокойно двигая ушами. И тогда Корру сам перешел в наступление. К удивлению стоявших наверху людей, Бесхвостый, испуганно пофыркивая, заметался по оврагу: свистящий в воздухе шар испугал его. Люди ликовали: свирепое чудовище отступало перед человеком! Послышался сильный глухой звук. Каменный шар настиг носорога и нанес ему страшной силы удар. Носорог зашатался, на губах у него показалась розоватая пена. Чувствуя, что развязка близка, люди, толкаясь, сбивая друг друга с ног, устремились в овраг. Носорог, опустив голову, шумно дышал. Корру бесстрашно подошел вплотную к зверю и нанес еще один удар. Подогнув колени, смертельно раненный носорог стал медленно валиться на бок.

Корру, чуть подавшись вперед, стоял рядом с ним, готовясь нанести последний удар. Вдруг в предсмертной агонии исполинское животное резко дернуло головой — острый рог коснулся Корру… Никто сразу не понял, что произошло. Горбатый охотник покачнулся и, будто собираясь отдохнуть, опустился на уже неподвижную тушу носорога. Когда к нему подбежали, он был мертв. На виске Корру алела небольшая, но глубокая ранка — след удара рогом…

…Высоко в небе парил беркут. Пернатый хищник кружил над оврагом: поблизости на скалах было его гнездо. Такого скопища людей зоркому беркуту еще не приходилось видеть. Птица, не мигая, глядела на пляшущие фигурки. Люди праздновали победу над остророгим чудовищем — победу, стоившую жизни смельчаку.

Эпилог

Царство зимы окончилось. Тысячи ручейков завели веселые песенки, устремляясь к полноводной реке. Пятна снега исчезали в степи, как шерсть у линяющего оленя. И когда синева небес стала по-весеннему яркой и глубокой, степь зазеленела. Воздух наполнился звонкими трелями жаворонков. Покинули свои берлоги медведи.

Осунувшийся, с всклокоченной шерстью, огромный медведь грузно шагал по степи, потягивая носом. Зверь был стар. В его золотисто-коричневой шерсти поблескивало много белых волосков, особенно их было много на морде у губ. Медведь — это был Шэрк — вскоре миновал глубокий овраг и, не без труда взобравшись на обрыв, пошел по направлению к скале, на вершине которой восседал его каменный собрат.

Он медленно взобрался на площадку у каменной статуи и, как всегда, нашел пищу, сложенную в углу террасы.

Здесь не было летних лакомств, но зато были прошлогодние желуди, коренья и пучки свежей вкусной травы — все, чем можно было заполнить пустое, голодное брюхо…

С противоположных сторон к скале, на которой расположился Шэрк, подходили две группы людей. В одной были молодые охотники. Они шли по следам медведя, держали наготове копья и палицы, внимательно прислушиваясь, не спуская настороженных глаз со скал. Другая группа людей шла открыто, не таясь, переговариваясь между собой… Помимо оружия, с которым первобытный человек никогда не расставался, в руках у них были камни и кремневые орудия, которыми из мягкого известняка высекались фигурки. Обе группы сошлись у высокой скалы, на вершине которой восседал каменный медведь. Молодые охотники жестами показывали на скалу: там, мол, медведь. Из другой группы навстречу им вышел рослый молодой охотник. В знак дружелюбия острие его копья было обращено кверху.

— Сын Зуба Мамонта и Боязливой, — сказал он, — по прозвищу Молодой Мамонт, спрашивает пришельцев, почему они нарушили обычай айхов и коччу, маумов и окха-гухов и хотят охотиться у скалы, где похоронен горбатый маум, по прозвищу Рыжий Сайгак?

Охотники, которые шли по следу Шэрка, были смущены словами. Молодого Мамонта.

Отозвался юноша с открытым мужественным лицом. Улыбнувшись, он объяснил, что они — охотники из рода остророгих туров — первый раз пришли сюда. Долл, вожак охотников-маумов рода толсторогих бизонов, позвал их сюда, сказав, что у оврага будет большая охота.

Молодой Мамонт уселся на корточки, вокруг него разместились остальные.

Не выпуская из рук круглого камня, стал рассказывать:

— Прошло много зим с тех пор, как здесь, в пещере, похоронен горбатый Корру. Наверху стоит медведь, которого он вырезал из камня… Корру примирил враждующие орды. И каждую весну у оврага собираются маумы из рода толсторогих бизонов, айхи, коччу и окха-гухи; они охотятся сообща и потом обмениваются шкурами зверей. Сюда приходит и четвероногий брат Корру — Шэрк. Охотники смотрят на живого и каменного зверей и высекают из известняка маленьких медведей. У большого костра вожди выбирают лучшую фигурку и берут ее с собой на охоту. Она приносит людям удачу…

Молодой Мамонт неожиданно умолк. Послышалось шарканье медвежьих лап. Со скалы осторожно спускался Шэрк..

Старый медведь безбоязненно прошел мимо людей и улегся у входа в пещеру. Морда зверя была обращена к живительным лучам солнца. Нижняя губа его свесилась, обнажив желтые корешки зубов, глаза были прикрыты — он задремал. Шэрк лежал совсем неподвижно… И Молодой Мамонт с товарищами не теряли времени. Когда Шэрк, кряхтя, наконец поднялся и, тяжело ступая, удалился прочь, у каждого ваятеля работа была уже почти закончена. Однако молодые охотники еще довольно долго повозились, тщательно отделывая свои каменные фигурки. Каждому из них хотелось, чтобы его работа была признана у большого костра лучшей.