Джоржетт Хейер - Саймон Холодное Сердце

— Бунтарская дерзость, скажите-ка! — все больше распалился Морис. — Сначала докажите, что у вас достанет силы быть надо мной господином! Думаете, я подчинюсь какому-то молокососу?

— Да, — сказал Саймон.

— Ну так знайте, что нет! Не подчинюсь я вам и буду противиться вам, сколько бы вы тут ни оставались, а мои люди откажутся выполнять ваши приказы. Каждый из них и все они имеете будут за меня! Вы решили унизить меня, но я покажу вам, что за человек Морис Гаунтри!

— Вы уже показали мне это, — сказал Саймон. — За то время, что я здесь, вы показали, что вы пьяница и бессовестный человек, которому нельзя доверять в отсутствие хозяина. Вот и сейчас вы стоите передо мной — грубый, задиристый смутьян, чьи мускулы ослабели от бездействия, чей нрав озлобился от беспутной и праздной жизни нескольких последних месяцев. В таком виде вы мне не нужны, Морис Гаунтри. Я ищу вокруг себя верных и надежных людей, а не никчемных хвастунов и забияк, которые только и делают, что бахвалятся да горланят, и у самих нет ни чести, ни силы, да — чести и силы удержать своих людей в повиновении, пока на этой земле не было хозяина.

Мертвенно-бледный от злости Морис потерял самообладание. Ярость обуяла его с такой силой, что лишила остатков благоразумия. В мгновение ока Морис выхватил из ножен кинжал и бросился на Саймона.

В завязавшейся недолгой отчаянной схватке руки Саймона, словно железные клещи, схватили запястья Мориса. Морис дрогнул и руки его опустились. Тяжело дыша, Морис свирепо смотрел в зелено-синие глаза Саймона и — не видел в них ненависти.

— Два раза в моей жизни меня пытались подло убить, — сказал Саймон. — Второй раз — сейчас. Первый — когда один подонок, изменник ничем не лучше свиньи не сумел одолеть меня в борьбе. Тогда, как всякий подлый ублюдок, он схватился за нож.

Саймон умолк, прямо глядя в глаза Мориса. Морис опустил глаза, и вслед за ними опустилась темноволосая его голова. Тогда Саймон брезгливо отпустил запястья Мориса и повернулся к нему спиной, теперь беззащитный перед кинжалом, который остался в руке Мориса. И услышал сзади себя звон стали о каменный пол.

Саймон спокойно подошел к столу и сел на стул, не оглянувшись на Мориса Гаунтри.

— Я… никогда раньше… не… не стал бы… так, — прерывисто заговорил Морис.

Саймон не отвечал.

— Вы спровоцировали меня! Я никогда не взялся бы за кинжал, если бы не ваши насмешки!

Саймон молча смотрел на Мориса. Морис, тяжело переставляя ноги, подошел к окну, и стоял, отвернувшись от Саймона. Внезапно он вернулся на прежнее место. Рот его кривился, как от сильной боли.

— Убейте меня! — сказал он. — Моя честь все равно погублена.

Саймон по-прежнему молчал. Морис остановился перед ним.

— Вы не желаете говорить со мной! — крикнул он. Голос его дрожал. — Из камня вы сделаны, что ли? Я же хотел подло заколоть вас, как… как подонок! Что вы хотите сделать со мной? Смерть была бы…

— Я не хочу вашей смерти, — холодно ответил Саймон. — Но за одно это грязное дело вы отдадите вашу жизнь и свободу в мои руки.

Морис постарался выпрямиться и расправить плечи, но головы не поднял. Пальцы его дрожали.

— Хорошо, — сказал Саймон. — Я назначу вас своим маршалом.

На миг Морис застыл ошеломленный, потом нерешительно переступил с ноги на ногу и отшатнулся назад.

— Вы смеетесь надо мной? — крикнул он.

— Нет.

Морис хотел еще что-то сказать, но лишь провел языком по пересохшим губам. На лбу у него блестели крупные капли пота.

— Вы не… не… я ничего не понимаю, объясните мне, — запинаясь, сказал он охрипшим голосом.

— Сядьте, — приказал ему Саймон и ждал, пока Морис медленно и как-то неловко опускается на стул. — Что я сказал, то сказал. Я хочу назначить вас на место Эдмунда Фентона, но вы должны будете подчиняться мне.

— Но… но, — Гаунтри в замешательстве схватился за голову. — Я же пытался убить вас! В тот момент я мог бы сделать это, да, и хотел, хотел!

— Я знаю.

— Но… В таком случае… Милорд! Это… Какое наказание придумали вы для меня?

— Никакого.

— Никакого? — Гаунтри вскочил на ноги. — Вы… Вы… прощаете меня?

— Я все забыл.

— Но почему, почему? Как заслужить мне ваше прощение?

— Сядьте и слушайте. Когда я прибыл сюда, ваши люди пьянствовали и забыли о дисциплине и службе. Не лучше были и вы сами. Я быстро распознаю людей. И знаю, что вы за человек, коли на то пошло. Я умею ценить воинов и вожаков. Вот почему я говорю, что я хотел бы назначить вас вместо Эдмунда. На этом посту вы сможете доказать, что вам можно доверять. Но я требую подчинения и не желаю никаких наветов и интриг у себя за спиной. Так что если вы меня ненавидите и хотите убить, вам лучше покинуть навсегда Бьювэллет.

Наступило долгое молчание. Потом, до конца осознав то, что услышал от Саймона, Морис опустился перед ним на колени.

— Как можете вы сделать то, что сказали! — произнес он, сильно дыша от волнения. — Как можете вы доверять мне — мне, негодяю, который хотел ударить вас кинжалом в спину, когда вы были безоружны!

Саймон улыбнулся и ничего не сказал в ответ на это.

— Виселица — вот чего я заслуживаю! Вы сказали, что застали здесь пьянство и беспорядок, вы сказали, что и сам я был подобен горькому пьянице. Это правда, видит Бог. Какая же польза вам от меня теперь?

— Я уже сказал вам об этом.

Морис схватил руку Саймона и поцеловал ее.

— Милорд, клянусь, как только вы решили забыть мое предательство и незаслуженно повысить меня… Я… я… никогда не ним вам ни единого повода… пожалеть об этом — о, Господи, помоги мне!

— Я знаю, — спокойно и просто сказал Саймон и опустил руку на плечо Мориса.

Морис поднял голову и заставил себя прямо смотреть в неодолимо властные глаза Саймона.

— Милорд, простите! — прошептал он.

— Забудем об этом, — ответил Саймон и встал. — Приходите ко мне сегодня вечером. Мне надо о многом расспросить вас и думаю, вы сумеете дать мне хорошие советы.

Он подал Морису руку. Преодолев смущение, Морис в ответ протянул свою. Для Мориса это долгое рукопожатие означало клятву в верности и преданности Саймону.

Глава X

Саймон наводит порядок в своих владениях

Следующее, что сделал Саймон, — он сместил начальника стражи Николаса. В то же самое время он объявил, что Николаса сменяет Базиль Мордаунт. Так Саймон избавился почти от всех недовольных, потому что Базиль был покладистый и честный человек с открытой душой, и все его любили и уважали. Николас не смирился со своим смещением. Стоило ему оказаться на безопасном удалении от Саймона, как он тут же принимался громогласно высказывать недовольство своим положением и заявлял, что в упор не видит нового лорда-выскочку, но хотел бы вернуть свое место и удержать на своей стороне прежних подчиненных назло Саймону прямо у него под носом. Почти ни у кого он, однако, не находил поддержки и сочувствия, потому что стражники устали от его бахвальства и пустословия. Они молча выслушивали его, а когда он, выговорившись, удалялся, большей частью сходились на том, что лучше всего — отделаться совсем бы от Николаса. Но оттого, что многие еще побаивались его по старой памяти и не знали нрава своего нового лорда, часть людей еще не вышла вполне из-под влияния Николаса. Эти люди пока что ждали, откуда подует ветер. Кое-кто даже открыто заявлял, что остается на стороне Николаса, но это были лишь его совсем немногочисленные — раз-два и обчелся — друзья.