Агасфер. Вирусный транзит - Вячеслав Александрович Каликинский

Собственно, и срочной необходимости в общении с германскими кураторами у Берга пока не было, но место для экстренной связи нужно было подыскать непременно. Не откладывая до последнего — на этом настаивали специалисты «Найтё».

Но где бы найти местечко, откуда можно было бы без помех связаться с немецкими связниками? Разрешив Бергу временно поселиться в режимном помещении Исследовательского центра, Деннис категорически не советовал гостю выходить наружу без документов.

Берг раздраженно покосился на часы и поджал губы: и шести утра еще нет! Не будить же в такую рань шефа охраны только потому, что очень хочется есть… Из прочих вариантов напрашивался единственный: связаться с дежурным на посту охраны и попытаться узнать — когда изволит просыпаться мистер Деннис?

Связаться с охранником можно было по рации, но Майкл всегда предпочитал личное общение. Захватив карточку-ключ, он сунул рацию в задний карман брюк и вышел из своей комнаты.

Коридор был таким же безжизненно-пустым, как и вчера. Тихо шумели невидимые механизмы, из потолочных отверстий вентиляции сильно дуло. Манекены в скафандрах так же мрачно сверкали из шкафов очками. За стеклянной стеной, отделяющей коридор от рабочей зоны, тоже было безлюдно, там горело только редкое ночное освещение. Шагая к посту охраны, Берг никак не мог выбросить из головы ощущение беспокойства: технические консультанты ведомства генерала Тоси неоднократно заверяли его в том, что в действующих лабораториях никогда не бывает совершенно безлюдно. Биология, как и химия, не может работать с перерывами, в пробирках и ретортах кипит невидимая жизнь — за всем этим хозяйством нужен круглосуточный неусыпный присмотр. А здесь за стеклянной стеной тихо, как в морге. Зачехлены все микроскопы, термостаты и холодильники, пуста лабораторная посуда, выстроившаяся на уходящих в глубину помещений полках и стеллажах. За девственно чистыми столами — никого… Странно…

Завернув за пару углов, Майкл оказался перед столом дежурной части центра. Верхний свет тут, как и во всем коридоре, был пригашен — лишь светились экраны мониторов.

Охранник был на месте. Он уютно и чисто по-американски устроился за невысоким барьером: взгромоздив ноги на стол и максимально откинувшись назад так, что офисное кресло под ним чудом удерживалось лишь на двух задних опорах. При появлении Берга дежурный пошевелился, оторвал взгляд от мониторов и приветственно поднял подбородок:

— Не спится, мистер? Какие-то проблемы?

Берг покосился на мониторы перед дежурным — почти все они светились. Стало быть, видеокамеры контролируют множество закоулков Исследовательского центра, включая, в том числе, его комнату и кусок коридора перед ней. Вывод напрашивался сам по себе: не заметить ночного уборщика, проникшего в комнату Берга, дежурный никак не мог. Майкл начал злиться и решил, что настало время показать зубы:

— Спрашиваешь про проблемы, дружище? Полчаса назад меня разбудил какой-то здешний уборщик, вздумавший порезвиться глухой ночью! Можно подумать, что ты не видел его на одном из своих экранов! Вопрос: ты позволил ему — или ей, черт возьми — разбудить гостя, чтобы повеселиться? Или элементарно проспал?

Сердитый тон подействовал, и дежурный нехотя сбросил со стола ноги:

— Это Мотька, сэр, местный уборщик. Вообще-то он присматривает за виварием и курятником. Когда местный персонал разбежался, шеф поручил Матвею и уборку внутренних помещений. Он вполне безобиден! Гей или трансвестит — я плохо в этом понимаю, сэр! Наши парни считают, что Матвей просто чокнутый. Или немного не в своем уме, если вы успели заметить. Признаюсь, сэр: я видел, как Мотька со своей тележкой шляется по коридору, но никак не ожидал, что он завернет среди ночи к вам.

— Так это он или она? Я заметил у него усы и глаза, накрашенные как у последней вокзальной шлюхи… И отрекомендовался он Марысей.

— Я ж говорю — он немного не в себе, сэр. Выглядит как парень, а физиономию красит, как девка. А в штаны я ему — хе-хе-хе — не заглядывал.

— Ладно, черт с ним. Или с ней — вообще-то мне нужен мистер Деннис… Когда он появляется на службе?

— С тех пор, как русские начали свою войнушку на востоке страны, мы перешли на казарменное положение, сэр. Шеф ночует здесь, через стенку, в помещении для охраны. Разумеется, в отдельном блоке, сэр. Если у вас что-то срочное, я попробую его разбудить!

— Не стоит, дружище! Никакой срочности нет — если не считать того, что я третий день не жравши! Он обещал что-то придумать с кормежкой, но, видимо, позабыл. Давай сделаем так: шепни мне по рации, как только он проснется и появится на службе, ладно?

— Сделаем, сэр! — осклабился дежурный. — А пока могу предложить половину своего сэндвича. От всей души, сэр!

— Спасибо, капрал. А скажи-ка мне, отчего в вашем Исследовательском центре весело, как на кладбище? — Берг мотнул головой в сторону стеклянной стены. — Тихо и нет никого — чудно! У нас в Харьковской лаборатории работа шла днем и ночью, — а здесь пусто!

— Так ведь во Львове военное положение, сэр! Наши «яйцеголовые» частью отозваны в Штаты, частью перебрались от греха в Польшу, а местные взяты на фронт. Осталась тут пара-тройка аборигенов — биологов и лаборантов, до которых местные военкоматы еще не добрались — так они и носа боятся высунуть на улицу, чтобы не попасть в лапы патрулей.

— Понятно. А начальство? Шефу Исследовательского центра меня никто не представил…

Охранник нахмурился и поджал губы:

— Я и сам шефа давно не видел — так что понятия не имею, сэр! Об этом вам лучше расспросить мистера Денниса.

Берг понятливо кивнул и направился к своей комнате, однако был окликнут:

— Сэр, я не вижу вашей карточки! Разве вам не сказали, что ее нужно постоянно носить на шее?

Берг вынул карточку из кармана и покрутил ею в воздухе.

— На шею повесьте, сэр! — построжел дежурный. — Здешняя компьютерная система охраны считывает данные с карточек персонала и гостей и может поднять тревогу, если чип спрятан слишком далеко! А то и что похуже может произойти… Разве на прежнем месте службы подобных требований безопасности не было?

— Было, все было дружище! — успокоил охранника Берг. — Просто я слишком зол после визита вашего полоумного Мотьки. Скажи-ка, а во внутренний двор гостям выйти не возбраняется?

— Ради бога, сэр! Кстати, там же можете и сигареткой побаловаться. А я не буду отмечать в журнале, что вы курили в комнате! — дежурный по-свойски подмигнул Бергу. — Вообще-то это строго запрещено, сэр! Вам должны были сказать, да и таблички в комнате висят…

— Непременно учту, капрал!

Прихватив из номера куртку, Берг снова выбрался в коридор, и, ориентируясь на указатели, вскоре набрел на двойную бронированную дверь с табличкой «Служебный выход».