Российская империя и польский вопрос накануне и в годы Первой мировой войны - Виктор Александрович Зубачевский

мировой войнами. Причину относительного кризиса вооружения в России перед войной историк видит в социально-экономической отсталости страны. Ученый раскрывает природу ведомственных конфликтов и подоплеку личных амбиций, оказавших негативное влияние на ход военных реформ. По мнению Шацилло, участие России в гонке вооружений снижало порог национальной безопасности[23].

В 1990-е гг. к 100-летию начала Первой мировой войны вышли в свет сборники материалов конференций. Статьи первого сборника[24] неравноценны по содержанию и глубине анализа. Во втором сборнике[25] представлена квинтэссенция того, что дали российские и зарубежные историки по проблемам мировой войны. В. П. Булдаков, В. А. Емец, А. В. Игнатьев, Т. М. Исламов, Л. Г. Истягин, В. Л. Мальков, С. В. Тютюкин с современных позиций раскрывают новые подходы к истории войны. Авторы подчеркнули роль национального вопроса и психологического фактора; «вывели» Россию из блока инициаторов конфликта, но отказались считать её младшим партнёром в Антанте. Историографию причин мировой войны и внешнюю политику России анализирует ряд отечественных ученых[26]. Западная историография не свободна от тенденциозных оценок, и преувеличивать ее достижения в освещении истории мировой войны нет оснований.

В коллективных трудах рассмотрены генезис мировой войны, ее влияние на развитие цивилизации, итоги и последствия. Одна из центральных тем – социальные перемены в России, повлиявшие на ее внешнюю политику. Коллектив ученых МГУ представил книгу «Первая мировая война и судьбы европейской цивилизации»[27]; историки Санкт-Петербурга и Москвы – двухтомник «Россия в стратегии Первой мировой войны»[28]. Коллективный шеститомный труд o мировой войне посвящен анализу вопросов военного, экономического, внутриполитического и международного положения России, стран Центральной и Западной Европы накануне и в годы войны[29]. В первой четверти XXI в. прошли конференции о мировой войне, ряд отечественных ученых издали книги и статьи о войне. Но остались нерешенными вопросы о «многовариантности» истории и неизбежности войны. Необходимо также исследование польского вопроса и взгляды политиков России на воссоздание Польского государства и определение его границ[30].

Историография ФРГ. Националистически настроенные немецкие историки и публицисты в 1920-1930-е гг. доказывали правильность политики Германии в регионе в годы войны. В 1920-е гг. немецкие историки стремились интерпретировать неудачу усилий Германии стать мировой державой как «субъективное упущение объективно достижимой цели», но с начала 1930-х гг. в центре их внимания оказались агрессивные цели Антанты. По мнению ряда немецких историков, Россия не имела военных целей в отношении Германии. Ее враждебность относилась к монархии Габсбургов.

В 1960-е гг. историки перевели проблему причин Первой мировой войны в русло конструктивных дискуссий. Барьер «патриотического» подхода преодолел либеральный историк Ф. Фишер, изложивший объективную трактовку генезиса мировой войны в книге «Рывок к мировому господству»[31]. Работы Фишера и его учеников, в частности И. Хайсса, являются моделью современной историографии, свободной от националистической узости. Хайсс в книге «Польская пограничная полоса в 1914–1918 гг.», конкретизируя концепцию Фишера, критиковал правящие круги Германии за аннексионистские планы в отношении Польши[32]. Консервативная историография отвергла политико-социальную историю Фишера, противопоставив его принципам геополитический подход. Консерваторы обусловливали политику Германии в XX в. «срединным положением в Европе» и «бедностью занимаемого ею пространства».

Политике Российской империи и Германии уделяет внимание Польша. Интерес представляет книга Р. Дмовского (лидер польской буржуазно-помещичьей партии «Национальная демократия» – эндеки, депутат Государственной думы Российской империи) «Германия, Россия и польский вопрос»[33]. В современной польской историографии выделим третий том «Истории польской дипломатии»[34] и труд А. Ахматовича о политике России по польскому вопросу в начале Первой мировой войны[35].

Историографический обзор доказывает, что есть потребность в изучении политики Российской империи по польскому вопросу.

Источниковая база книги определяется многоплановостью темы. В качестве задачи автор видел изложение на архивно-документальной основе роли российской внешней политики и дипломатии в решении польского вопроса. Разнообразие источников обеспечивает репрезентативность источниковой базы исследования. Источники разделены на группы: 1) делопроизводственные материалы; 2) источники личного происхождения; 3) периодическая печать.

В 1920-е гг. вышли изданные с классовых позиций сборники царских и иностранных дипломатических документов. Так, в сборнике о русско-польских отношениях в период мировой войны воззвание Верховного главнокомандующего русской армией к полякам от 1(14) августа 1914 г. набрано петитом и помещено в приложениях[36]. Большим подспорьем при работе над книгой стали публикации Комиссии по изданию документов эпохи империализма, частично осуществившей свой замысел. Полно представлены документы в 10 томах с января 1914 по март 1916 г.; позже были изданы еще три тома, включающие материалы за 1911–1913 гг.[37]

Среди источников личного происхождения выделяют следующие: 1. Мемуары и воспоминания очевидцев, участников событий. Мемуары глубоко освещают описываемые явления. Ряд мемуаров написан по памяти, другие – по записям во время событий; третьи – литературно обработаны. Воспоминания отражают общественно-политическую атмосферу времени, когда они писались. 2. Дневники – записи впечатлений, наблюдений, мыслей. 3. Эпистолярное наследие (частная и официальная переписка) – обмен впечатлениями о событиях своей и общественной жизни. Условием использования источников личного происхождения является основной прием научной критики – проверка с помощью других источников.

Отдельные мемуары изданы в СССР, но в основном это переизданные в РФ книги эмигрировавших представителей военно-политической элиты. Воспоминания бывшего царского министра иностранных дел (1910–1916) С. Д. Сазонова показывают борьбу в правящих кругах России вокруг проблемы западных рубежей империи и польского вопроса. Сазонов довольно объективно оценил политику Антанты в отношении России в годы войны[38].

Источники личного происхождения извлечены автором из фондов «Особый политический отдел» и «Секретный архив министра» Архива внешней политики Российской империи (АВПРИ). Интерес представляют переписка и статьи[39] информатора МИДа журналиста В. П. Сватковского. Геополитическим прогнозом итогов будущей войны стала записка (февраль 1914 г.) члена Госсовета П. Н. Дурновó Николаю II[40]. Государственные и политические деятели уделяли внимание роли международного фактора в мировой войне: ее исход определил западные рубежи России.

Третий вид источников – периодическая печать, публиковавшая информационно-аналитические материалы и выражавшая интересы и позиции разных групп правящих классов. Периодическая печать интересна скрытой информацией – мотивами и целью публикаций, концепцией автора и газеты.

Таким образом, в силу недостаточного исследования темы в научной литературе главную роль в решении поставленных цели и задач исследования сыграла источниковая база. Цитаты из архивных документов приведены согласно современным правилам орфографии и пунктуации, но сохранены написание географических названий и стилистика. Археографическая обработка документов осуществлена в соответствии с правилами публикации в России архивных материалов. Информация, содержащаяся в них, имеет различную степень достоверности и нуждается в критическом анализе при ее рассмотрении.

Глава II. Западные рубежи в системе геополитических