Морозных степей дочь - Александр Анфилов

И это еще больше растревожило душу. «Он ждал меня? И теперь ранен, умрет из-за меня?»

— Я могу что-то сделать? — припал Рэй на колени, силясь рассмотреть ранение. — Ты лежи, я позову на помощь…

Парень схватил за плечо, покачав головой, и объяснил, что идти нужно на артель да как можно скорее!

— Мы там всех героев встречаем, ага. А меня Пташка звать! Оруженосец, значит, — тревожная улыбка пробилась на побледневшем лице.

Рэй поддержал его под плечо, помогая подняться.

— Что за артель, далеко? Ты можешь идти?

— Недалече, — махнул он в неясном направлении. — Тудой вон.

— Прости, что замешкался. Но, понимаешь, я ведь…

— Да по́лно, по́лно, переживу, — ответил Пташка.

Странное заявление для человека, только что раненного копьем в живот, но не в том состоянии был Рэй, что это воспринять.

— Слушай, а ты другого героя тут не видел? Амадея.

— Что за Амадея? — напрягся парень. — Он с тобой?

— Наверное. Он ведь тоже был в Правой Башне. Разве он не должен был оказаться здесь?

Пташка потер крючковатый нос:

— Пропустили, видать. Может, еще и сыщем. Ну айда скорее, нас ведь ждут! — спохватился он и зашагал бойчее.

Полупрозрачное покрывало ночи утягивало на запад, и меж деревьев занимался холодный рассвет. Собеседник уверенно шагал по тропинке, придерживая ранение рукой, всё менее опираясь на плечо героя.

— Как вышло, что на тебя напали?

— Так то ж бандюга местный! — хмыкнул Пташка. — Ну, точнее, не местный, а наоборот. Иоах… Яким, в общем, звать. Ганзейский атаман! Принесла нелегкая в наш край. Всех подряд щупает, упаси господь ему на дороге попасться. А я вот попался.

— Прости, — склонив голову, повинился Рэй, — на героев тут, похоже, рассчитывают? А ты знаешь Светлобая?

— Да не тревожься, — отмахнулся парень. — Ты теперь не один, сейчас с ребятами познакомишься и сразу всё понятно станет! Вон, напрямки пойдем.

Они сошли с тропинки, углубившись в облетевшие кустарники среднего яруса. Бодрящая утренняя свежесть наполняла легкие, а твердая походка визави придавала надежды на то, что ранение вовсе не такое глубокое, как показалось сначала. «Только бы успеть», — страшась за оруженосца, что преданно ожидал своего героя, думал Рэй.

«Бедный Пташка, поди, не догадывался, ради какого бездаря рисковал жизнью!» Да-а, сейчас узнают, что ему-то, Рэю, никакого божественного таланта в Правой Башне не дали, да и погонят в три шеи. И ведь правильно сделают, на что такой герой нужен?

За́росли малины шипами пытались задержать путников, но только облепили кафтаны цепкими, крошащимися листьями. Двое очутились на просеке с выступающим лысым холмом посредине. На том стоял осевший лубяной домик, потемневший от суровых зим.

Пташка шагал ходко, пересекая лощину у подножия холма. Двое взошли на пригорок. Пташка стукнул по двери из горбыля четыре раза с интервалами. «Это что, и есть артель?» — не без разочарования подумал Рэй.

— Щас всё будет, — выдохнув клубочек пара, зачем-то подмигнул Пташка.

Внутри зашуршало. Заросшая сальными волосами голова мелькнула в дверном проеме и сразу исчезла. Пташка отпустил плечо Рэя, притянул дверь на себя и сделал пригласительный жест. Рэй шагнул первым, склонившись под низкой перекладиной, а краем глаза увидел, как Пташка щерится широкой, тонкой улыбкой, да так лучисто, вовсе уже не крючась от смертельного ранения.

Воздух внутри стоял теплый и душный. В центре очаг по-черному, горстка красных углей, подернутых золой. В полумраке герой разглядел двоих, не считая Пташки, что вошел следом. На артель героев, хоть бы и самых пропащих, эта землянка не тянула. Щеколда шаркнула за спиной.

Мужики затаенно перекинулись, будто решали, кто из них начнет. Двое в серых рубахах встали с соломенных лежанок. И в эту секунду Рэй поймал на себе еще один взгляд: неприятный и почему-то уже знакомый. Но присутствие этого человека здесь казалось столь неправильным. Дорожный разбойник Яким, что напал на Пташку полчаса назад! И этот булатный слиток почему-то был тут как дома. Привалившись на стену, он поставил копье и щит подле, почесал короткую бороду и скучно оглядел заявившегося героя.

Сердце сжалось, когда Рэй понял, в какой ситуации оказался.

— Я ж говорил, сейчас всё поймешь, герой, — произнес позади Пташка, вытирая бутафорскую кровь о подол кафтана.

Не успел Рэй испугаться, как в спину врезались две ладони, да с такой силой, что он кубарем полетел прямо в тлеющие уголья очага! Сильная рука подхватила за грудь, остановив паденье, тут же швырнула обратно, и с противоположной стороны на щеку рухнул кулачище, по весу сравнимый с пудовой гирей. Взгляд размыло, горизонт запрокинулся, тело по инерции отбросило в другую сторону, где такой же встречный удар прострелил чуть выше живота.

Сознание разлетелось на осколки, дыханье сперло, тело враз превратилось в комок ревущей боли! Герой свалился на прелую холодную землю, пытаясь поймать ртом воздух. Яким, видимо, оказавшийся главным среди присутствующих, раскурил трубку.

— Дохлый, — раздалось наверху. — Точно герой?

— Отвечаю, — усмехнулся Пташка и весело объяснил: — я ж их сразу чую, по говору скудоумному! Наш брат такой чепухи не мелит. Башня, таланты, кот — эт токмо услышишь, гони сомненья, очередной огузок с деньгами к нам спустился, принимай родимого!

Ловкая рука юркнула под кафтан Рэя и вынула кошелек.

— Еще доказательства нужны?

Кто-то подкинул мошну в воздухе и поймал, звякнув монетами. Деньга порадовала бандитов. Рэй начал подниматься, но под задор получил следующий увесистый пинок. Хлопнул тупой звук, и в этот раз под удар попала печень. Он сжался в позе эмбриона, до слез зажмурив глаза.

— Птаха, — рыкнул один из бандитов. — А че так мало?

— С чем пришел. Я их сразу веду, уж негде ему было спустить.

— А ну как этот селезень припрятал в лесу? Не думал?

— Да он ротозей, — убеждал Пташка. — Очередной мозгляк, что пришел на подвиги. Сейчас у них с каждым разом всё меньше денег, сам ведь знаешь.

— Да хрен пинаешь! Три серебряных отруба и ладошка меди. Нешто мы за эту шелуху неделями в твоем сарае тухнем?

Пока грабители выясняли отношения, волна боли немного откатила. Рэй, собирая по частям сознание, отполз, но быстро уперся в стену — всё под внимательным взглядом булатного копейщика, что покуривал трубку и пока не утруждал себя даже раздачей приказов. В маленьком окошке, что оказалось выше, отсутствовала рама, но герою никак не удалось бы протиснуться в этот кошачий лаз. Единственным выходом оставалась дверь на противоположной стороне землянки. Бандиты отвлеклись, пересчитывая монеты, так что герою удалось подняться на дрожащие ноги. Справа в боку кольнуло.

Под руку не попалось ничего, что можно было бы