Эмма Выгодская - Опасный беглец. Пламя гнева

Калькуттцы повеселели: помощь, наконец, начинает подходить.

Прошло еще несколько дней, и майор Бриггс увидел на ступеньках калькуттской пристани свой шотландский полк, хайлэндских горных стрелков, старых знакомых по севастопольской кампании. Хайлэндцы плыли в Китай, но их перехватили в пути и вместо Шанхая повезли в Калькутту.

Индусы-носильщики в порту раскрывали рты, глядя на короткие юбки шотландских стрелков, на их рыжие бороды и голые коленки.

— Женщины? Или дьяволы? — пугались индусы. — Нет, ни те, ни другие. Должно быть, какие-то еще невиданные в наших местах полулюди-полузвери.

Майор Бриггс получил в штабе назначение в свой старый полк. Джордж Нэйль раньше других отплыл со своими мадрасцами вверх по Гангу. Нэйл торопился, он хотел поскорее применить при усмирении индийского восстания уроки, полученные им у турок.

Так продолжалось недели полторы. Капитан Бедфорд ждал приказа о выступлении. Дженни сидела взаперти за тростниковыми занавесками пембертоновской веранды. Еще в первый вечер их прибытия в Калькутту в дом Пембертонов прибежал Сам, пес шотландца Макфернея. Должно быть, он нашел путь по следу мистера Бедфорда. Сам жалобно визжал и терся о ноги Дженни, точно прося ее о чем-то. Дженни приютила собаку у себя.

Прошло еще дня три. Рано утром солдат, охранявший наружные ворота дома Пембертонов, увидел перед собой индусскую девушку-подростка в длинной белой запыленной юбке, в белом платке, прикрывшем черные кудрявые косы, в браслетах из синих стеклянных бус на обеих руках.

Солдат нахмурился. Ему строго было приказано никого из туземцев за ограду не пускать.

— Зачем ты в сапогах? В такую жару! — тоненьким певучим голосом спросила девушка.

Солдат ничего не ответил.

— Сними сапоги! — сказала девушка. — Ноги сопреют.

Солдат переступил с ноги на ногу.

— Проходи! — хмуро сказал солдат.

— Я тебе говорю: сними! — настаивала девушка. — Хочешь, помогу?

В ту же секунду она лежала ничком на песке у ног солдата, ухватившись за правый сапог.

— Прочь! — сказал солдат, отряхая ногу. — Уходи, негодная девчонка!

— Ухожу! — ответила Лела. Она проскользнула между ног солдата и мгновенно исчезла в туче зеленого кустарника, обступившего зеленую ограду сада с внутренней стороны. Оглянувшись, солдат не увидел ничего, кроме пустой входной аллеи сада и кустов, разросшихся вокруг нее.

В то самое утро Дженни, проснувшись, вышла и сад. В доме еще только поднимались. В дальнем углу сада, под большим разросшимся платаном, она увидела чьи-то маленькие босые ноги. Под деревом кто-то стоял, укрывшись в густой листве.

Едва Дженни подошла ближе, смуглая рука в синем стеклянном браслете раздвинула ветви и быстрый певучий голос спросил:

— Ты Дженни, дочь Гаррис-саиба?

— Да, — ответила Дженни. И тотчас навстречу ей из-под дерева выскочила смуглая девушка-индуска.

— Твой друг Макферней-саиб заперт в джелхане! — быстрым шепотом сказала девушка. — А ты гуляешь по саду и ничего не знаешь, ай-ай!.. — Девушка всплеснула руками. — Сегодня его будут судить на суде саибов. А что, если судья велит бить его плетьми до трехсот раз? Или назначит испытание рисом?.. Скорее иди, спасай своего друга!

— Мистера Макфернея будут судить? За что?

— За то, что он добр и дружит с нами… За то, что он говорит с нами на нашем языке. За то, что он жалеет наш народ, — торопливо говорила девушка. — Саибы не любят этого.

— Где же он? Как мне найти его?

Звонкий мальчишеский голос в эту самую минуту прозвучал под деревьями неподалеку, послышался топот детских ног. Это Фредди катил по саду свой обруч.

Девушка тотчас исчезла в густой листве.

— Где же я найду мистера Макфернея? — еще раз растерянно спросила Дженни.

— В джелхане! — ответил ей из листвы придушенный шепот. — На базаре спроси, где джелхана. Всякий скажет.

Вернувшись в дом, Дженни собрала все деньги, какие у нее были: двухфунтовую бумажку, когда-то подаренную отцом, четыре серебряных шиллинга и немного мелкой монеты. Сам, точно поняв что-то, ткнулся ей в колени толстой печальной мордой. Дженни привязала ремешок к ошейнику собаки и вышла с нею за ограду.

Миссис Пембертон хватилась Дженни только ко второму завтраку. Где Дженни? Слуги обыскали дом и сад, — Дженни нигде не было. Маленькая гостья потерялась! В три часа дня капитан Бедфорд прислал своего ординарца с известием: приказ о выступлении получен, надо готовиться к отъезду. Дженни не нашлась и к обеду.

— Ее похитили заговорщики индусы! — объявил мистер Пембертон. К половине седьмого миссис Пембертон уже лежала в своей комнате с уксусной примочкой на лбу. В семь часов явился сам Бедфорд.

— Спокойствие, Маргарет! — сказал капитан, увидев растерянное лицо миссис Пембертон и, не спросив ее ни о чем, прошел в гостиную.

На помощь к нему скоро пришел майор Бриггс, и оба уселись над картой.

Мистера Бедфорда назначили сопровождать поезд тяжелых осадных орудий, отправляемый из Калькутты на Помощь британским войскам, осадившим Дели.

Предстояло выбрать маршрут следования поезда, а это было не так просто.

Бриггс, ползая с трубкой по карте Индостана, усыпал крепким зеленым табаком всю северную половину полуострова, захватил и Непал, и даже кусок Бирмы.

— Сложнее всего — Верхний Бенгал! — огорчался Бедфорд.

— Ауд и соседние провинции еще сложнее, — хрипел Бриггс.

— Спокойствие, дорогой майор, — твердил Бедфорд. — Давайте по порядку. Динапур?

— В Динапуре взбунтовался Тридцать второй пехотный.

— Так. Пошли обходом. Бенарес?

— В Бенаресе брожение.

— Там ведь есть полроты британских солдат!

— Была! — возразил майор. — Мы не знаем, что с нею сталось.

— Дальше! Аллахабад?

— Из Аллахабада добрые вести. Там! уже прошел со своим отрядом Джордж Нэйл.

— Значит, от Аллахабада идем сушей, к северо-западу, насквозь через Доаб. Как обстоит на левом берегу Джамны?

— Погодите! Тут еще Лакнау по пути.

— В Лакнау, дорогой майор, дела нехороши. Британский гарнизон блокирован мятежниками.

— Великий бог! — простонала миссис Пембертон. — Наш Джон в Лакнау!..

— Спокойствие, Маргарет!.. На выручку нашим силам в Лакнау спешит генерал Хавелок.

— Он уже давно спешит. И всё не может дойти.

— Это не так просто, дорогая. Все военные станции взбунтовались на его пути. Что же у нас дальше?..

— Аллигур.

— Да, Аллигур, и мой друг Дик Гаррис. А где же Дженни? — вдруг вспомнил Бедфорд. — Мы еще не решили, как с нею быть.