Лотосовый Терем - Тэн Пин

а затем оттуда неторопливо вышел человек. Его белое одеяние слегка промокло, но оставалось блестящим и чистым, без единой пылинки, и пусть двигался он очень медленно, выглядел утончённо. По сравнению с этим распутником в жёлтых одеждах, его изящный облик производил впечатление благородного человека, и девушки невольно прониклись к нему симпатией.

— Постойте, — заговорил человек в белом. — Почтенный Хуанци, вижу, вы в добром здравии.

— Ты кто такой? — пылая злобой, мрачно уставился на него мужчина в жёлтом.

Ли Ляньхуа слегка улыбнулся, но не ответил на вопрос.

— Хуанци из Удана, шисюна главы Цзыся, некогда все уважали за ту славу, которую он завоевал для гор Удана, почему же теперь он стал злодеем, губящим учениц Эмэя…

Оказывается, этот развратник — Хуанци из Удана! Девушек в голубом от ужаса пробил холодный пот, некоторые тут же бросились в заросли искать тела убитых сестёр.

Если станет известно, что Хуанци из Удана убил учениц Эмэя, несомненно, разразится ужасный скандал.

— Ты кто такой? — резко повторил Хуанци. На самом деле он встречался с Ли Ляньхуа у могилы первого ранга, однако тогда тот вырядился девицей из борделя и так размалевал лицо, что было не понять, то демон или человек, так что, естественно, сейчас Хуанци его не узнал.

По-прежнему не отвечая, Ли Ляньхуа снова улыбнулся.

— Почтенный, по-видимому, сбежал с подножия пика Дуаньюнь?

Хуанци хмыкнул, он в самом деле ускользнул во время пожара под пиком Дуаньюнь — Хо Пинчуань увёз его в «Сотню рек», затем его заперли в шестой тюрьме, но вскоре его отбила Цзяо Лицяо, и с тех пор он оставался в банде «Юйлун». Теперь он шёл в Удан, желая силой отнять звание главы школы. Добравшись до этого места, он случайно наткнулся на девушек из Эмэя, которые направлялись в терем Успокоения реки на берегу Чанцзяна. Среди них ему приглянулась третья по старшинству, мягкими и нежными чертами лица похожая на его сяо-Жу, у него зародились дурные намерения, и вчера он взялся за старое — одурманил её и изнасиловал. Кто бы мог подумать, что ученицы Эмэя строго следуют наставлениям и просыпаются рано на рассвете — обнаружив его выходящим из комнаты третьей шимэй, собрались толпой и бросились за ним в погоню.

Удовлетворив похоть и видя, что все девушки юны и прекрасны, он сначала не хотел убивать их, но, когда сбежал в ущелье Бугуй, а они без устали продолжали его преследовать, потерял терпение и убил двоих. Если бы не появление человека в белом, он прикончил бы и оставшихся шестерых. Однако неожиданно возникший неизвестный откуда-то знал его, и это помешало его убийственным намерениям.

— Какая разница мертвецу, кто я и откуда? — зло усмехнулся Хуанци и направил в него раскалывающий удар.

Ли Ляньхуа мгновенно уклонился.

— Героини Эмэя, боевое мастерство этого человека непревзойдённо, связываться с ним опасно, уходите скорее, — мягко предупредил он.

Когда ладонь Хуанци просвистела рядом с ним, края рукавов слегка затрепетали, будто элегантно развеваясь на ветру.

— Юный герой, вы ради нас преградили путь этому демону, разве мы можем уйти? — вырвалось у одной из девушек в голубом, а затем она покраснела. — Никак… не можем.

Ли Ляньхуа кивнул и не стал больше уговаривать.

После первого промаха ноги Хуанци замелькали в приёмах багуа, тело двигалось как летящий дракон — он владел забытым навыком «Летящий дракон багуа», рукава раздувались, полные «Пятикратной мощи Удана» — объединив две техники, он намеревался убить Ли Ляньхуа одним ударом.

Что-то свистнуло…

Едва у девушек Эмэя оборвалось сердце при виде мощи Хуанци, как одним мазком пронеслась вспышка света, словно нить паутины, поймавшая солнечный луч, и из горла злодея брызнула кровь, а ладони замерли от испуга, не совершив удар. У всех на глазах вокруг шеи Хуанци обернулся очень узкий и длинный гибкий меч, настолько стремительно, что движение казалось неуловимым и почти невидимым — попросту невообразимым.

Хуанци покосился на героя в белом, увидел, что он держит меч в левой руке, и понимающе усмехнулся.

— Так ты левша!

Однако он не знал, что Ли Ляньхуа уже видел его боевые навыки в действии, к тому же застиг врасплох, взяв меч в левую руку, потому и смог победить одним ударом.

Ли Ляньхуа лишь улыбнулся — Хуанци слишком долго жил отшельником, пропустил время славы Ли Сянъи и не узнал Вэньцзин.

С мечом Вэньцзин, обёрнутым вокруг шеи Хуанци, стоило ему шевельнуть запястьем, злодей расстался бы с головой. Ли Ляньхуа стоял не шевелясь, только что говорившая девушка в голубом подбежала и ударила Хуанци по акупунктурным точкам, надёжно связала его верёвкой, а затем общими усилиями они взгромоздили его на белого коня и наконец перевели дух.

Вспомнив о гибели своих сестёр по учению, девушки тихо заплакали. Прошло довольно много времени, прежде чем одна из них мягко обратилась к Ли Ляньхуа.

— Юный герой, у нас назначена встреча, мы направляемся в терем Успокоения реки. Этот демон слишком силён, боюсь, нам не удержать его всю дорогу, не могли бы вы… — Щёки её зарделись. — Не могли бы вы проводить нас?

Неподвижно стоя на том же месте, Ли Ляньхуа спустя некоторое время слегка улыбнулся и кивнул.

Обрадованные, девушки в голубом переглядывались и смущённо краснели, не догадываясь, что благородный молодой господин в белых одеждах всего лишь хотел постоять на месте ещё чуть-чуть.

Поистине, истории о том, как герой спасает красавиц, ему уже не слишком подходили.

Он только хотел спокойно перевести дух.

Глава 98. Встреча на Восточном море

Ли Ляньхуа провёл в дороге с влюблёнными девушками из секты Эмэй два дня, и наконец они добрались терема Успокоения реки на берегу Чанцзяна.

В пути девушки просыпались ещё до рассвета. Как благородный молодой герой, он не мог спать дольше них, поэтому два дня ему приходилось вставать после четвёртой стражи*. И, поскольку герою непременно положено искоренять зло и помогать слабым, он заботился о жилье и питании для девушек, размещал их дорожные мешки, перевозил гробы седьмой и восьмой сестриц, поил лошадей, управлял повозкой… И даже о Хуанци, весившем сто пятьдесят-сто шестьдесят цзиней, должен был лично заботиться тоже молодой герой.

Четвёртая стража — время от 1 до 3 часов ночи.

Через два дня — двадцать четыре больших часа, показавшихся ему целой вечностью, Ли Ляньхуа с трудом довёл героинь до терема Успокоения реки и наконец выдохнул. Женщины, когда они не жёны, доведут до предела терпение даже сдержанного мужчины.

Терем Успокоения реки — трёхэтажная обзорная башня на берегу Чанцзяна, построенная