Пират. Тайна золотого клинка - Андрей Андреевич Леонтьев

минут. Капитан поднялся на палубу, подошел к рулевому и отдал ему какие-то указания.

– В порт! – прокричал рулевой.

Капитан, отходя от штурвала начал рыскать взглядом по палубе. Я втянул голову в воротник бушлата, но это не помогло.

– Эй ты! С хвостом! – прокричал мне капитан, спускаясь по лестнице на шканцы16.

Я сделал вид, что не расслышал команды из-за шума на палубе, хотя все прекрасно слышал.

– Я к тебе обращаюсь, матрос! – и он схватил меня рукой за плечо.

– Да сэр! – я обернулся и отдал честь.

– Как тебя там? – скривившись, он попытался вспомнить мое имя, которого не знал.

– Мистер Эдан, сэр!

– Идем со мной, – негромко сказал он и, повернувшись ко мне спиной, направился на нижнюю палубу.

– У меня много работы, сэр! – я сделал последнюю попытку отделаться от него.

– Я сказал, идем! – более настойчиво повторил он, чуть повернув ко мне голову.

Делать было нечего, спорить с капитаном при целой команде незнакомых наемников было глупо и бессмысленно, и я направился следом.

Мы спустились на нижнюю палубу и зашли в каюту, где находился друид.

Он лежал на столе с распоротым балахоном, а медик заканчивал зашивать рану на его животе. Повсюду была кровь. В каюте, помимо медика и капитана, было еще несколько наемников, но они не обратили на меня внимания, поскольку были заняты помощью здешнему врачу.

Капитан отвел меня в сторонку и негромко спросил:

– Что вас с ним объединяет? – он кивнул головой в сторону друида.

– Абсолютно ничего, – с максимальным недоумением постарался ответить я.

– Ты думаешь, я идиот?! – нахмурился капитан. – Почему из всей команды он спас именно тебя? – с подозрением глядя на меня, сказал он.

Я, продолжая делать недоуменный вид, переводил взгляд с друида на капитана и обратно, но не успел ничего сказать, как вдруг услышал вдалеке выстрел пушки. Все находившиеся в каюте отвлеклись от своих дел, глядя по сторонам. Неподалеку от судна раздался звук от упавшего в воду ядра.

– Черт! Все на палубу! – закричал капитан и в спешке побежал наверх вместе с остальными наемниками.

Я тоже двинулся прочь из каюты, но, проходя мимо раненого друида, никак не мог ожидать, что он очнется и схватит меня за руку:

– Она выбрала тебя, Леонард, и никогда уже не отпустит!

Я с легким испугом посмотрел на него. Друид пристально посмотрел мне в глаза, но тут всполошился доктор и начал укладывать его на место. От слабости раненый лег на спину и, похоже, снова потерял сознание.

«Что он имел в виду? Откуда он знает мое имя?» – думал я про себя. Неужели он что-то знает о картине? Может, по этой причине он спас меня? Еще один бесконечный поток вопросов. Я рассеянно пятился спиной к двери, глядя на лежащего на столе друида, которого держал и осматривал доктор.

Я поднялся на палубу, и все мысли мгновенно улетучились при виде огромного пиратского корабля, который виднелся сквозь дождь. Судно было настолько огромным, что едва качалось на волнах. В носовой части корабля были расположены пушки и судно, могло палить по нам, даже не поворачиваясь боком.

Мое беспокойство куда более усилилось, когда я разглядел еще два подобных корабля, идущих позади главного. На мгновение я оцепенел и не мог пошевелиться. «Черт, кто же это такие?» – вертелось у меня в голове. Из ступора меня вывела команда капитана:

– Готовьте пушки по левому траверсу! – и на судне началась слаженная суета.

Нам удалось сделать несколько выстрелов из пушек, но попасть по цели в столь безумной качке было практически невозможным, даже по такой огромной. Одно ядро все же попало по ведущему кораблю, но это достижение было ничтожным. Продолжать сражение не имело смысла, но и удрать вряд ли удастся.

Пиратский корабль снова выстрелил, и кусок палубы возле меня разнесло в щепки, сбив меня с ног. Поднявшись на ноги и взглянув на корабль противника, я услышал, что он продолжил обстрел. Послышался свист очередного ядра, и вдруг возле меня появился раненый друид.

Он поставил руки на перила, и все вокруг немного изменилось. Перестал лить дождь, качка тоже прекратилась, волны больше не бились о корабль. Я увидел, как наше судно окутывает слабо различимая голубоватая пелена. Раздался оглушающий свист, и раскаленное чугунное ядро как будто ударилось о невидимый барьер, разлетевшись от мощного столкновения в пыль. То же произошло и с остальными ядрами.

Корабль-гигант перестал палить по нам и подошел уже на достаточно близкое расстояние для абордажа. Судно с черными парусами было очень старым и побывало во множестве боев: на уже потемневших от времени коричневых досках были видны следы реставрации.

Раненый друид, отпустив перила, упал на доски палубы. Подбежав к нему, я присел на одно колено и не удержался от вопросов.:

– Откуда ты меня знаешь? Почему ты спас меня?

– Я все про тебя знаю, Леонард, – прохрипел друид. – Мне жаль тебя, ты одержим чужой волей и практически не принадлежишь себе, так же, как и я в своей прежней жизни. – закашлявшись, он остановился.

– О чем ты? – удивился я.

– Наши жизни имеют смысл только пока они тянутся к какой-то невидимой цели, отдаляя от нас реальные ценности.

Мне нечего было ему больше сказать. Вероятно, он каким-то образом выяснил, что я отправился на добычу кристалла только чтобы еще на один шаг приблизиться к картине – той самой вещи, которая мне уже кажется нереальной выдумкой.

Началась пальба из мушкетов, и возле меня упал трап, вонзившийся в палубу стальными крюками. По нему уже кто-то бежал. С другой стороны от меня лежало тело наемника, возле которого валялся клинок. Подняв кинжал, я готовился встретить мчавшегося на меня пирата. Он был лыс и практически без одежды, если не считать коричневых бриджей и широкой кожаной ленты наперевес, на которой болтался огромный пистолет. В руках разбойник зажал огромный и широкий меч.

Замахнувшись одновременно с ним, я нанес удар первым, но он перерубил мою тонкую сталь своим огромным тесаком. Я взглянул на обрубок лезвия, а когда поднял взгляд, на меня уже смотрел огромный пистолет, направленный мне в грудь.

Констатировав, что меня сейчас попросту застрелят, я как можно быстрее повернулся боком, стараясь встать параллельно дулу пистолета, но пуля оказалась гораздо стремительнее меня и все же угодила в плечо. Дикая боль пронзила все тело, в глазах потемнело, и я упал на палубу.

Сознание помутилось, перед глазами стояла пелена, то ли от боли, то ли от снова начавшегося дождя. Я воспринимал все происходящее вокруг как страшный сон.

Через