Романовы. История великой династии, Страна Советов. Забытые вожди. Комплект из 2 книг - Марина Михайловна Бандиленко

Дарья Салтыкова, или Салтычиха, зверски замучила 139 крепостных, в основном молодых женщин, и в том числе беременную жену жалобщика. Оказалось, что крестьяне уже много лет жаловались на Салтычиху, но безрезультатно: помещица давала взятки и прибегала к помощи знатных родственников, и до суда дело не доходило. Екатерина оказалась перед дилеммой: с одной стороны, ссориться с родовитым дворянством было опасно, с другой стороны, она ведь обещала стать «матерью своего народа»… Следствие о помещице Салтыковой длилось шесть лет. Потрясенная подробностями дела, Екатерина II повелела лишить Салтычиху не только дворянского звания, но и возможности именоваться женщиной и назвала ее «уродом рода человеческого». Однако смертный приговор она заменила пожизненным заточением в яму – сруб глубиной около двух метров, где было темно и холодно в любое время года. Салтычиха просидела в яме тридцать три года.

Екатерина понимала, что наказание одной отдельно взятой злодейки мало что изменит. Прочитанные в юности философские сочинения дали свои плоды: императрица вознамерилась создать в своем государстве «новую породу людей» – просвещенных и гармоничных. Для этого сначала следовало установить в России новый порядок – «просвещенный абсолютизм».

Просвещенный абсолютизм – распространенная по всей Европе в XVIII веке государственная политика, основные принципы которой гласят: все люди должны быть равны; государство создается в результате общественного договора, следствием которого являются взаимные обязательства монарха и подданных; в основе деятельности государства должен лежать принцип «Все для народа, и ничего – посредством народа»; просвещение – одна из важнейших функций государства и одновременно способ воспитания из подданных сознательных граждан; признание свободы слова, мысли, самовыражения. Эти принципы положены в основу американской Декларации независимости (1776), французской Декларации прав человека и гражданина (1789), а также Всеобщей Декларации прав человека (1948).

Екатерина оказалась первой и единственной женщиной на престоле, которая большую часть времени посвящала не развлечениям, а работе. В отличие от своих предшественниц она вела размеренный образ жизни, предпочитала диетические продукты (любимым блюдом была отварная говядина с солеными огурцами), почти не пила спиртного (даже на парадных обедах в ее бокале было не вино, а сок черной смородины) и всегда придерживалась строгого распорядка дня.

Екатерина II вставала в 6 часов утра, до 8:30 читала и составляла свои сочинения, с 9:00 до 11:00 с помощью секретарей работала с бумагами. С 11:00 до 13:00 – туалет, совмещенный с придворным приемом, с 13:00 до 14:00 – обед. С 14:00 до 16:00 ей читали вслух, затем до 18:00 – снова прием посетителей, и только потом отдых – прогулка, спектакль, карточная игра. В 21:00 – ужин, не позже 22:00 она ложилась спать.

В соответствии с идеями просвещения Екатерина полагала, что уничтожению пороков и развитию добродетелей способствуют хорошие законы. Но в Российской империи с законами дело обстояло плохо: использовалось Соборное уложение 1649 года, безнадежно устаревшее, плюс море разнокалиберных указов разных императоров. Необходим был современный кодекс – новое Уложение. Для его разработки Екатерина созвала Уложенную комиссию: депутаты от всех сословий и всех земель империи должны были собраться в Москве и привезти с собой заготовки для законотворчества – «наказы» от своих избирателей. Таким образом Екатерина рассчитывала выяснить все проблемы и чаяния своего народа. Созыв комиссии продолжался два года, и все это время императрица составляла собственный «Наказ». «Я занимаюсь законобесием!» – шутливо говорила она, работая по 15 часов в сутки. Лакеи едва успевали наливать в прибор новые чернила и очинять перья.

Готовое произведение Екатерина Алексеевна дала прежде всего прочитать своему канцлеру графу Никите Панину. Изучив документ, он заявил, что, по его мнению, надобно кое-что вычеркнуть. «И что же» – поинтересовалась императрица. «Все!» – ответил граф Панин. Они спорили до глубокой ночи. Панин настаивал, что сочинение государыни подобно пороховой бочке, которая взорвет государство, что все это опасно и даже крамольно. В конце концов Екатерина все же согласилась с его доводами и вычеркнула три четверти написанного, в том числе и проект освобождения крестьян, с которым Екатерина попыталась опередить свое время почти на столетие.

Граф Панин был реалистом и гораздо лучше императрицы знал истинное положение вещей. Он оказался прав. Даже в урезанном виде «Наказ» вызвал бурю возмущения в России и произвел сильное впечатление в Европе. Во Франции, на родине вольнодумства, он был даже запрещен к распространению. Зато теперь внимание всей Европы было приковано к Екатерине и ее законотворчеству. Русская императрица настолько прогрессивна, что созвала комиссию для составления законов. Неслыханно!

Комиссия по составлению Уложения состояла из всех категорий населения, кроме крепостных и духовенства. Всего было избрано 564 депутата, 30 % – дворяне, 39 % – городские обыватели, 14 % – сельские обыватели, 5 % – чиновники и 12 % – прочие сословия (государственные крестьяне и однодворцы, казаки, инородцы). Комиссия провела 203 заседания.

Уложенная комиссия работала в Грановитой палате Кремля, а Екатерина, чтобы не смущать депутатов, наблюдала за ними из тайной комнатки на антресолях, – каких-то сто лет назад из этой комнатки царица и царевны смотрели на приемы и пиры, не имея права сесть за стол вместе с мужчинами… Поначалу Екатерине было интересно, но вскоре ее стала раздражать путаница, медлительность и беспорядок в работе Комиссии. Каждый депутат радел только о своих нуждах и совершенно не слушал всех остальных. О составлении новых законов речи не было, все увязло в нескончаемой говорильне.

Чем дольше заседала Комиссия, тем яснее становилось, что никакого «общественного договора» она выработать не может: слишком разные стремления были у различных категорий населения. Порой правительство являлось единственной силой, которая удерживала сословия от драки. Представители всех слоев были едины в одном: и купцы, и казаки, и промышленники, и инородцы требовали права владеть землей с населявшими ее людьми. В то время, когда Екатерина стремилась к сокращению числа несвободных жителей страны, общество жаждало обратного и не стеснялось высказывать претензии подобного рода.

Единственное, в чем депутаты оказались единодушны, – они решили поднести Государыне почетные титулы «Великая», «Премудрая» и «Матерь Отечества». Екатерине это не понравилось, и она с раздражением записала:

«Я велела им делать рассмотрение законов, а они делают анатомию моим качествам. Премудрый – один Бог! Великая? О том рассудит потомство!»

Екатерина приняла только титул Матери Отечества.

Деятельность Комиссии была прекращена за отсутствием результата. Хотя на самом деле результат был, и очень важный: на заседаниях Екатерина узнала реальное положение дел в империи. Ее поразили масштабы узаконенной коррупции: воеводы не получали жалованья и открыто кормились взятками. Оставив свои глобальные и фантастические проекты, императрица взялась штопать самые ужасающие прорехи. Был запрещен вывоз хлеба за границу, под госконтроль взяты цены на соль. Издан указ о капитальном деле, манифест против взяточничества. Результаты обнадеживали: хлеб и соль подешевели, оживилась торговля, восстановилась судебная система.

Екатерина не забыла