В шаге от войны - Владимир Петрович Заковряжин

class="p1">– А как обстоят дела с присутствием немецких войск у наших границ? – поинтересовался Сталин. – Товарищ Берия, как куратор разведки погранвойск НКВД, постоянно шлет тревожные сообщения на этот счет.

– По нашим сведениям, товарищ Сталин, немцы разместили не более 45 % своих дивизий поблизости от наших границ. Они объясняют их дислокацию наличием хороших продовольственных резервов в Польше и отсутствием английских бомбардировок. В то же время основная часть их войск находится в западной части Германии и нацелена против Англии.

– Можно определить какую-то условную линию на карте, которую крупные соединения вермахта не переходят? – вновь осведомился генеральный секретарь.

Тимошенко на несколько секунд задумался:

– Да, товарищ Сталин. Такой линией можно назвать рубеж по городам Тарнув, Варшава, Кенигсберг.

– Это где-то по реке Висла? – уточнил Сталин.

– Так точно, – подтвердил нарком обороны.

Сталин продолжил неспешное движение по кабинету.

– Товарищ Молотов, а как вы оцениваете немецкую дезинформацию? – обратился он к наркому иностранных дел. Тот сосредоточенно помолчал и начал отвечать, тщательно подбирая слова:

– Я хочу доложить, что вчера вечером пришло сообщение о беседе нашего посла в США Уманского с заместителем государственного секретаря Уэллесом. Американец заявил о наличии у американцев абсолютно надежных данных, согласно которым сразу же после победы над Англией Гитлер нападет на СССР. Уэллес подчеркнул, что этим жестом доброй воли президент Рузвельт хочет предупредить Советский Союз о нависшей над ним опасности. Таким образом, и американцы уверены в том, что Германия может начать войну против нас только после разгрома Англии. По моему мнению, немцы не рискнут напасть на СССР, пока не договорятся о мире с Лондоном. В этом вопросе чекисты, как всегда, преувеличивают опасность. Кроме того, у нас все-таки действует договор о ненападении с Германией. Гитлер при всей его авантюрности не решится просто так его разорвать. Он будет искать повод, который мы ему ни при каких условиях не дадим. В настоящее время мы ведем доверительные переговоры с немцами о возможности заключения нового, более широкого соглашения с Германией. Это создает возможность втянуть Гитлера в дискуссию и отодвинуть сроки возможного нападения. Участник этого диалога германский посол в Москве Шуленбург вызывает доверие.

Сталин указал трубкой на Молотова и сказал:

– В Германии вызывает доверие только один человек – Вильгельм Пик![1]

Глава 5

Уроки истории

Генеральный секретарь вернулся к своему письменному столу и взял книгу, которую только что читал:

– Я тут выкроил время и почитал книгу о походе Наполеона в Россию в 1812 году. Кстати, кто-нибудь из вас ее читал?

Собравшиеся потупили головы.

– Времени не хватает, товарищ Сталин, – виновато заметил Молотов.

– Времени не хватает, – задумчиво повторил Сталин. – Только у товарища Сталина хватает. Видимо, потому, что он среди вас, людей занятых, самый большой бездельник. Вы когда будете читать книги? Ленин в самые трудные часы для советской власти находил время читать книги и писать теоретические статьи. Почему вы все это переваливаете на меня? Я вас заставлю оторвать зад от теплых кресел, – с угрозой произнес он.

Стараясь справиться с охватившим его раздражением, генеральный секретарь раскурил трубку, сделал несколько глубоких затяжек и уже более спокойным тоном продолжил:

– Вы, наверное, думаете, книга о войне Франции с Россией – причуда товарища Сталина? Совсем нет. Еще пару лет назад разведка сообщила, что Генеральный штаб немцев тщательно изучает поход Наполеона в Россию. Они даже заказали бывшему белогвардейскому генералу Краснову, который сейчас обретается в Берлине, стратегический обзор на данную тему под углом зрения возможности повторения такого похода в настоящее время. Разведка подчеркнула, что немцы позаимствовали многие идеи у Наполеона. Для нашего сегодняшнего разговора интересна идея об активном дезинформировании России, чтобы обеспечить неожиданный характер нападения. Так, Наполеон держал свою 2-ю армию на берегу Ла-Манша, всячески демонстрируя русским якобы подготовку к высадке в Англии. Своим войскам он категорически запрещал до последнего момента переходить линию реки Одер, чтобы не переполошить царя. Это вам ничего не напоминает? – задумчиво спросил Сталин.

В воздухе повисла грозная тишина.

– А если Гитлер попытается проделать такой же фокус с нами? Вы все время говорите, что немцы избегают войны на два фронта. А где первый фронт, товарищ Тимошенко?

Нарком недоуменно развел руками:

– Не совсем понимаю, товарищ Сталин.

– Я человек гражданский, может, в чем-то ошибаюсь, но, по-моему, фронт – это окопы с колючей проволокой, блиндажи, батареи, пехота, идущая в атаку и захватывающая вражескую территорию. Где это все?

– Но Англия и Германия ведут в основном воздушную и морскую войну. Хотя вы правы, сухопутного фронта в Европе нет, – согласился Тимошенко.

– Вот как интересно, – иронично подытожил Сталин. – Оказывается, и одного-то фронта нет, чего же тогда Гитлеру бояться? Скажите, товарищ Тимошенко, а сколько времени понадобится американцам, чтобы подготовить мощный экспедиционный корпус и вместе с англичанами высадиться в тылу немцев?

– По нашим оценкам, они смогут это сделать не ранее конца 1942 года, – ответил Тимошенко.

– А за какое время немцы разгромили Францию? – не отставал Сталин.

– За 38 дней, – виновато потупясь, сказал нарком.

– И сколько Франций они могут захватить до конца 1942 года? – продолжил спрашивать Сталин.

Никто не ответил.

– Но англичане могут без американцев ударить немцам в тыл, если те перебросят основные силы против нас, – возразил Молотов.

– Совсем не обязательно, – отвел этот аргумент генеральный секретарь. – Берия предположил, что немцы могут напасть на нашу страну и без заключения мира с Англией. В этом он прав только отчасти. Вы все упускаете из виду, что для Гитлера будет достаточно безо всякого мира просто договориться с англичанами не открывать сухопутный фронт, пока он будет воевать с нами. Товарищ Молотов, какую позицию мы занимаем в войне Германии с Англией?

– Мы соблюдаем строгий нейтралитет, – ответил Молотов.

– А почему Лондон не может занять такую же позицию в возможной войне Гитлера с нами?

– Конечно, может, товарищ Сталин, – подтвердил Молотов.

– И если мы прозеваем такую договоренность, мы проспим неожиданный удар немцев, – подвел итог Сталин. – Нам важно знать, как отреагируют американцы на германскую дезинформацию и станут ли они поддерживать возможную договоренность англичан с немцами. Это сейчас важнейшая задача для ваших ведомств.

Собравшиеся встали, чтобы покинуть кабинет, но Сталин вновь обратился к Тимошенко:

– Генштаб заверяет меня, что сил нашего первого эшелона войск достаточно, чтобы задержать немцев на границе и не пустить на нашу территорию. Вы уверены в этом?

– Так точно, товарищ Сталин, – подтвердил нарком.

– А я не уверен, – заметил генеральный секретарь. – Проверьте лично, как обстоят дела в этих частях, копните глубоко и качественно, по-чекистски.

– Но я не имею никакого