Амеде Ашар - Бель-Роз

Его ответ был вызван взглядом Бергама, который смотрел на него, как кот на мышь. К тому же постоянно бегающие глазки мальчика-слуги также не внушали доверия. Бель-Роз решил поостеречься, помня предупреждение герцога Люксембургского.

— Вы все получите своевременно, — сказал он. — Я лишь, с вашего позволения, пойду приготовлю деньги.

И вышел к Ладеруту.

— Слушай, пока я буду развязывать мешок, подойди к тому мальчишке и заткни ему глотку.

Но едва Ладерут приблизился к Пеппэ — так звали слугу, — тот отодвинулся на пару шагов.

Тем временем Бель-Роз взвалил мешок на спину и бросил несколько монет на землю, сказав, что это для Пеппэ. Тот кинулся к золоту. По пути Ладерут успел схватить его за горло и заткнуть кляпом рот.

Бель-Роз вернулся к Бергаму.

— Вот ваше золото, — сказал он.

— А где Пеппэ? — спросил Бергам.

— Да знаете, он привязывает моего коня, — небрежно ответил Бель-Роз.

— А где же деньги?

— Деньги за бумаги. Деньги здесь. А вот бумаги — пока там. — И Бель-Роз указал на пакет с печатью.

— Хорошо. Тогда у вас ещё должно быть рекомендательное письмо.

— Как же, есть. Вот оно. — И Бель-Роз вытащил из кармана пистолет и направил его на Бергама.

— Слово или жест — и вы мертвы.

Бергам молчал.

— Итак, вот деньги. Где же бумаги? — спросил Бель-Роз.

— Мсье, это покушение на убийство, — хладнокровно заметил Бергам.

— У вас мрачный взгляд на вещи, мсье. Это всего лишь обмен.

— Но как я все объясню Лувуа?

— Скажите, что состоялась простая коммерческая сделка.

И Бель-Роз вскрыл пакет, достал из него бумаги и быстро пробежал их глазами. Это были пожелтевшие письма и списки имен, под которыми имелись подписи Бутвиля и Конде.

— Прекрасно. Вот ваши деньги. Я забираю этот товар. — И Бель-Роз, захватив документы в обмен на деньги, вышел наружу.

Ладерут подал лошадь, затем освободил Пеппэ, и они с Бель-Розом покинули двор Бергама. Пеппэ, прибежав к хозяину, боявшемуся гнева Лувуа, получил от него приказ скакать следом за Бель-Розом и Ладерутом. Он быстро нагнал их на своей маленькой лошадке и выследил до гостиницу добрейшего Меризе. Затем Пеппэ — итальянец был шустрым малым — решил подождать, когда покажется наряд городской стражи.

Тем временем Бель-Роза и Ладерута встретил сам Меризе.

— Я вам приготовил завтрак, а вы мне за это расскажите новости.

— Хорошо, но сначала окажи мне одну услугу, — попросил Бель-Роз.

— Какую?

— Растопи камин в комнате.

— Вы не заболели? Топить в июне?

— Огонь не только греет, но и сжигает.

Меризе разжег камин и вышел. Бель-Роз развязал кипы документов и бросил бумаги в огонь. Но через некоторое время снизу раздался голос Пеппэ, Меризе и ещё кого-то. Бель-Роз подошел к окну и негромко позвал Ладерута.

— Здесь конная стража. Беги отсюда, — сказал он.

— А вы?

— Я остаюсь.

— Я тоже.

— Но мне нужно дождаться, пока сгорят бумаги, а ты должен рассказать герцогу все, что видел.

Раздался стук в дверь:

— Именем короля, отоприте!

— Лучше вышибить её, — посоветовал за дверью Пеппэ.

Раздались удары в дверь, и та вскоре рухнула. В комнату ворвался унтер-офицер. Бель-Роз ворошил остатки бумаги в камине. Пеппэ, увидев эту картину, взвыл.

— Мсье, — обратился унтер-офицер к Бель-Розу, — вот человек, который ищет бумаги, бывшие собственностью господина Бергама.

— Но, малыш, — Бель-Роз повернулся к Пеппэ, — я все это купил по-честному.

— Это бумаги господина министра Лувуа! — вскричал Пеппэ.

— Пойдемте с нами, мсье, — сказал унтер-офицер Бель-Розу. Тот с улыбкой спросил:

— Куда вы меня ведете?

— В Бастилию.

ГЛАВА 27. ДВЕ ЖЕНЩИНЫ — ДВА СЕРДЦА

Ладерут отправился из Парижа прямо в Дуэ, куда перебралась армия. Первым, кого он встретил, был Пьер.

— Скачи к ирландцу, а я пойду к Нанкре, — сказал Пьер Ладеруту.

Нанкре подумал о герцоге Люксембургском, Корнелий — о мадам Шатофор. Он поехал к ней и сообщил:

— Мадам, Бель-Роз арестован.

Когда он рассказал, что что Бель-Роз в Бастилии, герцогиня задрожала.

— Он, значит, государственный преступник! Его невозможно освободить!

— Но вы уже спасали его от смерти…

— С тех пор мое влияние упало. Вы не знаете Лувуа. Это суровый, властный и в то же время трусливый человек. Он никогда не простит Бель-Роза.

— Пусть нельзя простить, но надо освободить. Вы не можете отказать ему в этом.

— Но я не так красива и обаятельна, как три месяца назад. Взгляните сами, правда? Не говорите иначе. В окружении короля все быстро забывается.

— Так что же делать? — вскричал Корнелий.

— Я разыщу Лувуа, поговорю с ним и не отпущу, пока не уговорю. Я все-таки герцогиня де Шатофор. Если понадобится, я дойду до короля. Если женщины не воодушевляют Лувуа, они всегда могут повлиять на короля. И я найду такую женщину.

— Но вы сами, мадам, вы! — воскликнул Корнелий.

— Нет, я уже не пользуюсь успехом.

— Кроме вас, мадам, я знаю только мадам Альберготти, друга Бель-Роза и его сестры.

— Что же, с участием мадам Альберготти дело, пожалуй, выгорит.

Но при этом лицо герцогини побледнело, и голос зазвучал как-то по-особому.

— Мадам Альберготти в Компьене, — сообщил Корнелий.

— Я съезжу туда, — ответила герцогиня. И когда Корнелий покидал её, добавила:

— Рассчитывайте на меня.

Выслушав Нанкре, герцог Люксембургский со своей стороны тоже обещал помочь.

Мадам Шатофор не теряла времени. Она той же ночью отправилась в Париж, а наутро уже была в Компьене. Сюзанна хорошо знала Женевьеву, хотя они никогда не общались. Поэтому она была удивлена прибытием её в Компьен.

Услышав от Женевьевы, что случилось с Бель-Розом, она впала в отчаяние.

— Что же мне делать, чтобы помочь ему? Он мой друг и друг нашей семьи, я так страдаю, узнав о его участи.

— Но ведь он в тюрьме, ему грозит смерть, а вы спрашиваете, что вы можете сделать! — воскликнула Женевьева. — Вы можете его спасти.

— Как?

— Вы же представлены королю, а король благосклонен к маркизу. Поезжайте в Лилль и постарайтесь, чтобы король вмешался в это дело.

Сюзанна молчала.

— Он же в Бастилии! Чего вы ждете? — спросила Женевьева.

— Мсье Альберготти здесь, он при смерти — слабым голосом ответила Сюзанна.

— Но речь же идет о Бель-Розе! Вы любите и колеблетесь!

— Но здесь мой муж, и я должны быть с ним.

— Значит вот как вы его любите! Люби он меня так, как вас, я бы обо всем забыла, обо всем! Нет, вы никогда его не любили.

— Я его никогда не любила? — Сюзанна плакала навзрыд. — Да у меня и было-то счастье в жизни только с ним. Сколько я проплакала после замужества! Без него я не живу, а вы говорите, что я не люблю его!