Клара Моисеева - В древнем царстве Урарту

Габбу и Рапаг проходят мимо высокой ограды царского дворца, прямо к Ванской скале. У самого озера Ван стоит храм, памятный Габбу с детства. Лепные украшения этого храма и причудливая резьба на камне сделаны его отцом, Нарагу. Все ли сохранилось? С волнением переступает Габбу порог храма. Как странно: все на месте. Будто только вчера он побывал здесь. Вот и светильники из розового камня, подобные волшебным цветам. Вот и каменный жертвенник со сценами жертвоприношения. Мягкий трепетный свет льется из розовых чаш. Благоухают в курильницах ароматические травы. Габбу подходит к высокому светильнику, гладит его полированную чашу. Над ней трудился отец… Где он сейчас? Габбу опускается на колени у жертвенника и, касаясь губами холодной каменной плиты, думает об отце.

– Бедный раб! – шепчет Габбу. – Ты проклят богами… За что?

Выйдя из храма, Габбу с грустью говорит Рапагу:

– Я вернулся на родину отца, я переступил порог моего храма, а вот жертвы нет. Как горестно мне! Где же моя благодарность богам? Боги отвернутся от меня, и не будет мне больше удачи.

– Мы добудем ягненка, – утешает его киммер. – Мы добудем двух ягнят и принесем жертву благодарности нашим богам.

Друзья направляются во дворец. Но как решиться войти в него? Страшно! Ведь могут схватить и снова надеть колодку… После стольких лет рабства Габбу не может привыкнуть к мысли, что он такой же свободный человек, как и другие.

Габбу рассказывает Рапагу о своей нерешительности.

– Цари всюду злобны и жестоки, – говорит он киммеру. – Я для Русы такой же раб, только что без цепи.

– От царей никуда не уйдешь, – отвечает Рапаг словами своего отца. – Зайдем к доброму человеку, – предложил юноша. – Расскажем ему обо всем – пусть пойдет с нами во дворец.

Они зашли в первый попавшийся двор. Весь двор был уставлен глиняной посудой – сосудами для вина и масла, мисками и громадными горшками для зерна. Из дома вышел старый гончар. Он думает, что перед ним покупатели, и спешит показать им самую красивую посуду.

– Что вы предложите в обмен на эти горшки? – спрашивает гончар у Габбу.

– Нам не на что менять, – ответил каменотес. – Мы пришли за добрым советом. Не откажи в добром слове, – мы из дальних мест.

– Мой дом – для вас, мое сердце слушает вас, – ответил гончар, усаживая гостей на пороге дома.

– Мы доверим тебе нашу тайну, – сказал Габбу, садясь рядом с хозяином. – Мы бежали из Ассирии, мы были рабами Асархаддона. Меня увезли из Урарту еще при Саргоне.

Услышав такие слова, старый гончар вскочил и стал с удивлением рассматривать пришельцев.

– Со времен Саргона? – воскликнул он.

Габбу, усаживая старика, спокойно продолжал:

– Стране нашей снова угрожают враги. Недалек тот час, когда войска Асархаддона придут сюда. Они разграбят селения, сожгут наши жилища и уведут в рабство урартов. Я пришел, чтобы сообщить Русе о грозящей опасности. Пусть направит войско урартов навстречу ассирийцам.

– Великая честь выпала мне, – прошептал хозяин, потеряв от изумления и голос и мысли. – Конечно, пойдем во дворец. Я поведу тебя к военачальнику Улусуне, и ты все ему расскажешь. Но прежде узнайте мое гостеприимство…

Гончар тотчас же скрылся в доме, а Габбу, улыбаясь, рассматривал громадные карасы.

В это утро в Тушпу прибыли и люди лазутчика Белиддина. Много месяцев ходили они по городам и селениям Урарту, выполняя грозный наказ Асархаддона. Сегодня они должны были сообщить Белиддину обо всем, что узнали и что увидели. Долго записывал их сообщения писец Белиддина. У него устали руки и затекли ноги, а записи все еще не кончились. Белиддину предстояло все продумать, все взвесить и сообщить великому Асархаддону добрую весть. Ох и сложная же это работа – рыскать по чужой стране и, подобно верному псу, все примечать и сообщать своему царю-господину! Когда писец закончил свою работу и сложил к ногам Белиддина десять глиняных табличек, Белиддин тяжко вздохнул и велел оставить его на время, а позднее вернуться для записи важного донесения.

«Да будет мир царю, моему господину! – писал Белиддин. – Пусть процветает страна моего царя, пусть процветает город моего царя, пусть процветают стада моего царя!

О мой повелитель, мой господин, волею Шамаша, владыки вселенной, раскрылись мои глаза и уши. Увидел я силу и могущество Русы, поганого урартского царя. Воздвиг он крепость Тейшебаини со стенами, подобными скалам, с башнями для зорких часовых. Медные ворота той крепости охраняет стража грозная. А живет в той крепости наместник царя урартов Иштаги, подобный жирному борову. Вокруг той крепости войско живет и копьями своими сверкает. А дань превеликая идет в ту крепость, и в дани той много руды медной и железной. А льют ту руду искусные литейщики, и делают они оружие всякое для царского войска.

Предложил я купцам в обмен на наше добро дать нам той руды либо копья и шлемы железные. А они не меняют. Говорят, не велено царем Русой. Пусть проклянут их боги Ашшур и Шамаш!

А еще я увидел коней резвых, горячих. Угнать бы их к нам… А еще видел я сады плодовые, поля и виноградники. Все то добро к ногам твоим сложим…»

Во дворце Русы Габбу сообщил охранникам, что у него важное дело к Улусуне. Он послушался совета доброго гончара и решил рассказать обо всем царскому полководцу.

Высокий, тонкий Улусуна, с горбатым носом и густыми, нависшими бровями, напоминал горного орла. Он вселял страх и уважение своим подчиненным, потому что был суров и справедлив.

Улусуна внимательно смотрел на Габбу своими черными сверлящими глазами. Он молча выслушал рассказ Габбу и вдруг спросил:

– А почему у тебя уши рваные? Или ты плохо работал?

– Это за другое, – ответил Габбу тихо. – Я вступился за девушку-рабыню. Ее жестоко избили, а вины за ней не было.

– А тебе какое дело было до нее? – удивился Улусуна.

– Я любил ее, – признался Габбу. – Я бросился на жестоких палачей, а за это мне продырявили уши и, протянув веревку через отверстия, потащили на середину двора, потом дали пятьдесят палок.

– Ты сам вернулся в свою хижину? – спросил Улусуна.

– Ползком, – ответил Габбу. – Меня спас мой друг Аплай. Он меня лечил.

– А девушку ты спас? – спросил суровый воин.

– Нет, не смог. Она умерла от ран.

– Теперь расскажи подробно, что тебе известно о походе ассирийцев! – приказал Улусуна.

Габбу рассказал обо всем, что велел ему старый Аплай. Он рассказал и как старик узнал тайну ассирийцев во время жертвоприношения, и как настаивал он на побеге Габбу, и как помог ему бежать. И о том, как они вместе с киммером преодолели трудный путь через горы, пробираясь там, где нет дорог и нет людей.