Джин Ауэл - Под защитой камня

По пути с Летнего Схода они заглянули в Одиннадцатую Пещеру; Смелая отправилась куда-то по делам, но зато Эйле удалось повидаться с их жрецом, Мароланом, и его высоким красивым другом. Она несколько раз видела их вместе на Летнем Сходе и поняла, что между ними не только дружеские отношения, скорее они жили как одна семья, хотя и не проходили Брачного ритуала. Но бракосочетание в основном устраивалось ради будущих детей. Но помимо однополых пар, многие люди предпочитали жить вместе без всяких соединительных ритуалов, особенно женщины, уже рожавшие детей, или матери-одиночки, решившие со временем жить вместе с одним или двумя мужчинами.

Поначалу Эйла часто присоединялась к Джондалару в охотничьих вылазках. Но большие походы уже проходили без нее, она охотилась в окрестностях Пещеры с пращой или осваивала бросательную палку. В долине за Рекой гнездились куропатки и тетерева. Она понимала, что может легко сбить их из пращи, но ей хотелось научиться так же ловко владеть бросательной палкой. Ей еще хотелось научиться изготавливать это оружие. Это было трудное дело: из толстого ствола выстругивалась длинная палка особой загнутой формы, которую еще нужно было тщательно заострить и отполировать. Но еще труднее было научиться бросать ее так, чтобы она летела по воздуху горизонтально и в нужном направлении. Одна женщина из племени Мамутои отлично пользовалась таким оружием. Она умудрялась бросить его в стайку низко летящих птиц и сбивала одновременно по три или четыре штуки. Эйле всегда очень нравилась охота, требующая большого мастерства.

Овладевая новым охотничьим оружием, она чувствовала себя менее обделенной, а в итоге добилась больших успехов в бросании таких палок. Она редко возвращалась домой без пары крупных птиц. Праща всегда была при ней, и зачастую ее охотничьи трофеи разнообразили зайцы и хомяки. Благодаря таким вылазкам она могла независимо вести хозяйство. Новое жилище уже приобрело довольно уютный вид — нашли свое применение многие подарки, полученные ими на брачном празднике, — но ей хотелось раздобыть еще кое-что из обстановки, и она, осваивая тактику торговых переговоров, уже пару раз обменяла птичье перо и мясо на нужные вещи. Даже полые птичьи косточки не пропадали даром, из них изготавливали бусы и маленькие музыкальные инструменты — флейты с высоким тембром. Птичьи кости также использовались в различных хозяйственных орудиях и домашней утвари.

Но большинство шкурок кроликов и зайцев, добытых ею с помощью пращи, так же как и тонкую птичью кожу, Эйла оставляла, себе. Она собиралась сделать из этого мягкого меха и кожи одежду для ребенка, но отложила это дело до наступления морозов.

В один из холодных бодрящих дней поздней осени Эйла решила провести большую уборку в доме, намереваясь выделить место для ребенка и его вещей. Разложив все по полкам, она заметила подростковое нижнее белье, подаренное ей Мароной, и приложила к себе безрукавку. Сейчас она, конечно, была ей мала, но после родов будет впору. "Очень удобная одежда, — подумала она. — Может, мне стоит сделать еще один такой наряд самой, слегка увеличив размер верхней части". У нее имелось в запасе несколько оленьих шкур, и она отложила пока этот наряд в сторону.

Сегодня днем Эйла обещала навестить Ланогу и решила захватить с собой немного еды. Она по-настоящему полюбила эту старательную девочку и ее малышку и часто навещала их, несмотря на то, что ей вовсе не хотелось видеться и разговаривать с Ларамаром и Тремедой. Она также ближе познакомилась и с другими детьми, особенно с Бологаном, хотя общение с ним пока получалось несколько натянутым.

Подойдя к жилищу Тремеды, она увидела Бологана. Он учился делать березовицу под руководством Ларамара. Эйла испытывала к такому занятию двойственные чувства. Конечно, хорошо, когда мужчина учит какому-то ремеслу детей его очага, но вокруг Ларамара и его березовицы вечно толклись любители этого горячительного напитка, с которыми Бологану лучше бы было не общаться, хотя, разумеется, никто не станет спрашивать ее мнения по этому поводу.

— Привет, Бологан, — приветливо сказала она, — Ланога дома?

Она уже не раз здоровалась с ним после возвращения Девятой Пещеры, но он все еще удивлялся ее приветливости и, как обычно, выглядел растерянным.

— Привет, Эйла. Да, она дома, — смущенно пробормотал он и повернулся, собираясь уходить.

Вероятно, сегодняшняя разборка одежды напомнила Эйле об одном данном ему обещании.

— Ты удачно поохотился этим летом?

— Удачно? Что ты имеешь в виду? — спросил он, озадаченно глянув на нее.

— Кое-кто из юношей на нынешнем Летнем Сходе впервые убил больших животных. Я подумала, может, и тебе повезло на охоте, — сказала она.

— В общем, да. Я попал в двух зубров на первой охоте, — сказал он.

— А у тебя сохранились их шкуры?

— Одну я обменял на припасы для березовицы. А что?

— Помнишь, я обещала сшить для тебя зимнее белье, если ты поможешь мне, — сказала Эйла. — Не знаю, подойдет ли для него шкура зубра, оленья была бы лучше. Может, тебе удастся обменять ее.

— Вообще-то я думал, что она тоже пригодится мне для обмена, когда я буду делать новую порцию березовицы. Я думал, ты забыла о том обещании, — сказал Бологан. — Ты говорила об этом давно, когда вы только пришли сюда.

— Да, прошло уже довольно много времени, но сейчас я подумала о том, что мне надо бы сшить кое-что для себя, и прикинула, что могла бы одновременно сделать для тебя такой наряд, — сказала она. — У меня есть в запасе несколько оленьих шкур, но тебе придется зайти ко мне, чтобы можно было снять с тебя мерки.

Он немного помолчал, глядя на нее каким-то странным, почти оценивающим взглядом.

— Ты уже во многом помогла Лорале. И Ланоге тоже. Почему?

Она слегка задумалась.

— Во-первых, просто потому, что малышка Лорала очень нуждалась в помощи. Обычно все помогают растить детей, именно поэтому женщины согласились подкармливать ее, когда выяснилось, что у ее матери пропало молоко. Но в результате я полюбила ее и Ланогу тоже.

Бологан опять помолчал немного, потом взглянул на нее.

— Ладно, — сказал он. — Если ты действительно хочешь сделать что-то, то у меня есть также и оленья шкура.

Джондалар вместе с Джохарраном, Солабаном, Рушемаром и Жаксоманом ушли в разведывательный охотничий поход. Жаксоман совсем недавно перешел жить в Девятую Пещеру из Седьмой вместе с Дайнодой. Охотники решили отыскать северных оленей; им хотелось в основном выяснить, когда олени могут появиться в окрестностях их пещеры, но при случае они не преминули бы и поохотиться на них. Эйла не находила себе места от беспокойства. Она уже вернулась с добычей с ранней охотничьей вылазки. Волк помог ей, вспугнув пару уже почти белых куропаток, менявших окраску оперения к зимнему сезону.