Уилбур Смит - Неукротимый, как море

Ознакомительный фрагмент

Что ж, в этом случае придется бросить завозной якорь-верп и запитать насосы лайнера… Ник перебирал в уме возможные решения. Будет нелегко, но «Колдун» способен выдать двадцать две тысячи лошадей. К тому же имелись и другие козыри…

Ник взглянул на часы — Жюль поставил двухчасовой ультиматум.

— Радист, — тихо позвал он. Вахтенные офицеры напряглись и как один подались вперед, стараясь не упустить ни слова. — Установить телексную связь с «Флотилией Кристи» в Лондоне и отправить следующее сообщение: «Лично Дункану Александеру от Николаса Берга, капитана „Колдуна“. Точка. Я подойду к „Золотому авантюристу“ через час сорок минут. Точка. Предлагаю спасательный контракт по открытой форме Ллойда. Точка. Предложение действительно до 13.00 по Гринвичу».

Трог удивленно уставился на него и часто-часто заморгал покрасневшими глазами.

— Повторите, — потребовал Ник. Радист, чуть ли не выкрикивая, зачитал текст и недоуменно замер, словно ждал, что капитан отменит распоряжение.

— Выполнять! — Ник встал и повернулся к Дэвиду: — Мистер Аллен, жду вас со старшим механиком у себя в каюте.

Возбужденный гул голосов провожал его, пока капитан не закрыл за собой дверь.

Через три минуты раздался стук, и вошел Дэвид. Ник оторвался от записей.

— Что говорят на мостике? Считают меня сумасшедшим?

— Они еще дети, — пожал плечами Дэвид. — Что они могут знать?

— Не так уж и мало. Впрочем, люди правы. Предлагать открытую форму, не осмотрев место, и есть сумасшествие! Но это сумасшествие человека, у которого не осталось выхода. Садитесь, Дэвид. — Ник уже не мог хранить бесстрастное молчание, ему требовалось выговориться. — Самым настоящим безумием было решиться на эту гонку и выйти из Кейптауна. Я поставил на карту все, отказавшись от контракта с «Эссо», а ведь мне позарез нужны живые деньги. Все висит на волоске: компания, «Колдун», второе судно — все!

— Понятно, — пробормотал сконфуженный неожиданным признанием Дэвид и залился румянцем.

— Так что сейчас я ничем не рискую. Если не получится вытащить «Золотой авантюрист», я теряю лишь то, что и так потеряно.

— Мы могли бы согласиться на более низкую посуточную ставку, — предложил Дэвид.

— Нет. Дункан Александер мой личный враг. Он заключит со мной контракт только в одном случае — если предложение окажется настолько заманчивым, что ему некуда будет деться. Попробуй он отвергнуть открытую форму, я потащу его на заседание комиссии Ллойда, выставлю не в лучшем свете перед его же акционерами. Я вытяну из него все кишки и завяжу узлом на глотке. У него нет выбора. Если же я предложу посуточную ставку на несколько тысяч меньше, чем «Ла-Муэт»… — Ник замолчал и потянулся к коробке с сигарами, но тут же замер с протянутой рукой и вместе с креслом повернулся на громкий стук в дверь. — Войдите!

На синем рабочем комбинезоне Бейкера не было ни пятнышка, и только повязку на голове украшали потеки машинного масла. Развязность и хвастовство, которые Ник выбил из него о переборку машинного отделения, опять вернулись к стармеху.

— Ну и ну! — заявил он с ходу. — Мне тут сказали, что ты решил немного попрыгать. Говорят, у тебя съехала крыша и ты сиганул за борт, а когда тебя выловили, ты, не откладывая в долгий ящик, предложил открытую форму на полную безнадегу.

— Я бы тебе объяснил, — не моргнув глазом ответил Ник. — Да только мне не хватит нецензурных выражений. — Старший механик озорно ухмыльнулся, и Ник поспешил продолжить: — Просто поверь, что играю я с чужими фишками. Все, что можно было, я уже потерял.

— Звучит заманчиво, — снизошел австралиец и нахально угостился «манилами» Ника, не спросив разрешения.

— К тому же стандартные двенадцать с половиной процентов от суточной ставки — жиденькая кашка для команды.

— И тут я соглашусь. — Вин Бейкер поддернул комбинезон.

— А вот если мы доберемся до «Авантюриста», заштопаем его, откачаем воду и отбуксируем за три тысячи миль, не дав пойти на дно, то вырисовываются совершенно иные цифры. Тут уже слышится аромат сочного куска мяса.

— Я тебе вот что скажу… — Винни Бейкер хмыкнул и нехотя продолжил, качая головой, словно удивлялся самому себе: — Пусть ты и британский хлыщ, но мне начинает нравиться твой голос.

— От тебя сейчас требуется продумать, как подать энергию на насосы и якорные брашпили «Авантюриста». Если лайнер выбросило на берег, то придется его верповать, а времени будет очень мало.

Верпование применялось, чтобы помочь буксиру стащить судно с мели, задействовав для этого его собственные якоря и лебедки.

Бейкер беззаботно взмахнул сигарой.

— Вот за это можешь не волноваться — сделаю в лучшем виде.

Не удосужившись постучаться, в дверную щель просунул голову Трог.

— Шкипер, у меня срочное сообщение лично для вас, — объявил он и преувеличенно небрежно, словно королевский флеш, бросил на стол распечатку.

Ник пробежал глазами текст и зачитал вслух:

— «Капитану „Колдуна“ — „Флотилия Кристи“. Предложение открытой формы Ллойда „без спасения нет вознаграждения“ принято. Точка. Вы назначены главным подрядчиком спасательных работ». — Ник широко улыбнулся, показав великолепные белые зубы. — Итак, джентльмены, похоже, мы снова в деле — но одному дьяволу известно, что из него выйдет.

«Колдун» обогнул мыс с тремя перекрученными столбами, уходившими в спокойную зеленую воду. Низкие волны лениво набегали друг за другом на черные скалы.

Взору неожиданно открылся широкий, запруженный льдом залив. Брошенный лайнер, сверкавший и искрившийся в лучах желтого солнца, словно сошедший со страниц волшебной сказки ледяной корабль, величественно высился на фоне грозных скал.

— Какая красота… — с горечью прошептал старший помощник. Прозвучавшую в его голосе боль разделял весь экипаж «Колдуна». У собравшихся на мостике офицеров любое судно, словно живое существо, находило отклик в душе. Даже вид старого, изношенного парохода не оставлял их равнодушными, а что уж говорить о «Золотом авантюристе», который казался прекрасным, породистым зверем.

Николас Берг переживал сильнее других — ведь лайнер был его детищем. Ник лично наблюдал за тем, как на кульманах инженеров-судостроителей рождались изящные обводы «Авантюриста», как он закладывался на стапелях, как его остов обрастал заботливо обработанной сталью бортов. Помнил Ник и о том, как любимая женщина, бывшая некогда его женой, благословила лайнер и, разбив о форштевень судна бутылку, весело смеялась, а брызги шампанского искрились на солнце.