Неожиданные контакты - Александр Борисович Михайловский

Так значит, он сказал про развод не в сердцах, он окончательно это решил! И новая волна отчаяния и ярости накатила на Марину Влади, сметая остатки здравомыслия. Она бросила взгляд на журнальный столик справа от кресла. На нем стояла хрустальная ваза необыкновенной красоты. Не думая, Марина схватила ее и метнула в голову своего мужа… Высоцкий этого не ожидал, и потому даже не попытался увернуться. Однако ваза, несмотря на близкое расстояние, пролетела выше его головы и с жалобным звоном разбилась о стену за его спиной… И никому из этих двоих в этот момент не пришла в голову мысль, почему невидимые слуги не спасли дорогой хрусталь. А они, эти бесплотные помощники, просто очень хорошо уловили эмоциональный фон и позволили выплеснуть напряжение таким вот образом, лишь слегка отклонив траекторию летящего предмета.

Но неудачное метание только еще больше распалило француженку. Она озиралась вокруг в поисках еще чего-нибудь подходящего для метания.

«Хватит, Марина, уймись! — крикнул ее супруг. — Иди лучше охладись!».

На этом месте Белочка сделала паузу. Она сидела и качала ногой, глядя на меня с интригующей улыбочкой. Очевидно, дальше произошло нечто пикантное, и она желала насладиться моим любопытством.

— Ну? И что было потом? — поторопила я ее.

— Ну что-что… Вот ни за что не угадаешь! — решила подразнить меня тряпичная шалунья.

— Неужели помирились? — высказала я предположение, хотя и догадывалась, что все было намного интересней.

— Нет, не помирились, не переживай… — ехидно рассмеялась Белочка.

Вот ведь язва!

— Так рассказывай!Пожалуйста, прошу тебя! Чем все закончилось?

— Ну чем-чем… — торжествующе хихикнула кукла и наконец решила уже сжалиться надо мной: — а тем, что в итоге Маринка оказалась в Фонтане! Бултых — и поплыла… — Белочка развела в стороны свои маленькие тряпичные ручки и закатила глаза.

— Да ну⁈ — Я была просто ошарашена. Однако эта информация отнюдь не проливала свет на то, каким образом Влади очутилась в объятиях нашего водяного соблазнителя.

— Это Володяее туда отнес? — спросила я, и тут же сообразила, что сморозила глупость. — Или сама — утопиться решила? — Вот это уже была годная версия.

— Эх, какая ты недогадливая, Аннушка… — с укоризной произнесла кукла, постучав себя пальцем по лбу. — Ну ладно, я скажу тебе. Не собиралась она вовсе топиться — дура дурой, но не до такой степени. Короче, после слов «иди охладись» невидимые слуги подхватили Маринку под белы руки и повлекли к Фонтану… Да-да! Она и сообразить ничего не успела. Так удивилась, что даже не сопротивлялась, да и скандал ее изрядно вымотал. Только глаза вытаращила и заойкала. Я так поняла, что слова те — это вроде заклинания-пожелания. Если их сказать скандалящей женщине, то невидимые слуги мигом утаскивают ее прямо в Фонтан и сдают с рук на руки его духу, вот так. Ну чтоб успокоилась наверняка, хи-хи, и расслабилась… Логично же? Ну так я тебе больше скажу — она до сих пор там это самое… релаксирует, забыв обо всем на свете. А как доволен Дух Фонтана, и не передать…

Вот это да… Я даже и не знала, как реагировать на это все. А Белочка, довольная, что принесла такую вкусную новость, смотрела на меня в ожидании комментариев.

— Ну и… — осторожно начала я, — и что теперь дальше, как ты думаешь?

— Да ясен пень — свалит Маринка, — уверенно заявила кукла. — Сегодня же и свалит. Сейчас у нее в мозгах прояснится, адекватность вернется… И ту-ту до милой Франции. Так что не теряйся… — И она мне заговорщически подмигнула.

Я, кажется, даже покраснела.

— Нет, Белочка, — решительно замотала я головой, — я так не могу. Пусть она и вернется в свой мир, они все равно останутся еще какое-то время супругами.

— А я тебе что, сразу грешить предлагаю? — возмутилась кукла. — А просто пообщаться, погулять вместе? Чисто по-дружески. Ну?

— Это можно, — согласилась я. — Да только я как-то не решаюсь инициативу проявить, ему, наверное, как-то еще отойти от произошедшего надо…

— Ну смотри сама, — не стала Белочка спорить. — Если что, обращайся ко мне, я все устрою.

— Нет-нет, не надо! — поспешно произнесла я. — Спасибо, конечно, но я сама…

— Вот и славненько! — Кукла вскочила на ноги. — Ну я побегу. Есть кое-какие дела…

— Спасибо, Белочка… И да… ты прости, но я должна это сказать… — Я немного помялась. — Нехорошо шпионить за людьми. В чужих скандалах нет ничего интересного…

— Ну да, а сама как слушала! — рассмеялась Белочка. — Да и не специально я… Просто так получилось… Правда-правда.

— Не оправдывайся. Просто не делай так больше.

— Ладно, — легко согласилась кукла. — Это было последний раз. Пока!

Часть 98

Мир «Рандеву с Варягом», 18 августа 2021 года, около полудня, город Санкт-Петербург, космоавиапорт «Пулково», площадка перед императорским павильоном

От вчерашнего затяжного моросящего дождя не осталось и следа; в ясном голубом небе, с которого как проклятое жарило летнее солнце, будто тут Южная, а не Северная Пальмира, где-то высоко повисли несколько беленьких кучевых облачков. Белоснежную императорскую летающую красавицу-яхту убрали в ангар, отчего бетонное летное поле перед павильоном выглядело пустынным. Сам император Алексей Второй, суровый на вид мужчина среднего возраста (пятьдесят лет), под открытое небо пока не выходил, рано еще.

В молодости Алексей Романов закончил обязательный для членов семьи Романовых Факультет Управления кадетского корпуса ГУГБ, потом егерское командное училище Дальней Разведки имени генерала Бесоева, отслужил в первой линии пять минимально необходимых лет, после чего поступил в Императорскую Академию Управления, и отучился на диплом с отличием. И только выполнив эти минимально необходимые требования, Великий князь Алексей Александрович был зачислен в пул наследников сначала второй, а потом и первой очереди. Окончательный выбор в пользу одного из своих внуков делал император Михаил Третий. Дело это было непростым, потому что и остальные кандидаты были такими же жесткими и крепкими, как закаленные стальные гвозди. Вступил на престол император Алексей Второй в возрасте тридцати лет (не мальчиком, но мужем) и двадцать лет правил страной, рассчитывая еще на примерно такой же срок.

И тут в самой середине его царствования