Российская империя и «страна пирамид» (Египет). История в датах и лицах - Игорь Петрович Сенченко

в декабре 1832 г. со специальной военно-дипломатической миссией посетил генерал-лейтенант Н. Н. Муравьев[82]. К его миссии был прикреплен, к слову, Александр Осипович Дюгамель (для сбора военно-географических и статистических сведений), будущий российский генеральный консул в Египте.

С учетом складывавшейся тогда ситуации султан обратился к России с просьбой направить в Константинополь черноморскую эскадру и русский экспедиционный корпус. Первая русская эскадра в составе 4 линкоров, 3 фрегатов, корвета и брига под командованием контр-адмирала М. П. Лазарева встала на якорь в Буюк-Дере у Константинополя 26.02.1833 года. В марте 1833 г. в Турцию из Севастополя пришли еще две эскадры под командованием контр-адмирала М. Н. Кумани и контр-адмирала И. О. Стожевского с 14-тысячным десантом. В то же самое время 20-тысячный корпус командующего Дунайской армией генерала П. Д. Кисилева получил приказ двигаться к Дунаю. Узнав о высадке русского военного десанта на азиатском берегу Босфора (март-апрель 1833 г.), Мухаммад Али приказал Ибрагиму-паше наступление на Константинополь остановить.

Происшедшее сильно обеспокоило Англию и Францию. Опасаясь усиления позиций России в Османской империи, они экстренно вмешались в конфликт. Потребовали отвода русских войск и выступили с предложением о проведении прямых переговоров Каира с Константинополем.

Мухаммад Али успешно, надо сказать, использовал дипломатическую борьбу, развернувшуюся между Англией, Францией и Россией. В результате предпринятых дипломатических усилий султан Османской империи и паша Египетский заключили так называемое Кютахийское соглашение (14.05.1833), по которому под управление Мухаммада Али переходили Сирия (с Дамаском и Алеппо), Палестина и пашалык Адана (решительно такое требование Мухаммада Али поддержала Франция). Мухаммад Али, со своей стороны, обязался вывести войска из Анатолии и по-прежнему признавать себя вассалом султана.

26 июня (8 июля) 1833 г. Россия и Порта заключили Ункяр-Искелесийский договор о мире, дружбе и оборонительном союзе, сроком на 8 лет. Со стороны России его подписали русский чрезвычайный посол А. Ф. Орлов и русский посол и полномочный министр в Константинополе Аполлинарий Петрович Бутенев, уроженец Калужской губернии, а с турецкой стороны – великий визирь Хюсрев Мехмед-паша, маршал Февзи Ахмед-паша и министр иностранных дел. Россия обязывалась предоставлять Турции военную помощь и снабжать ее в случае войны таким количеством войск, какое обе стороны сочтут необходимым. В приложении к договору отдельной секретной статьей Турция освобождалась от оказания такой же военной помощи России, но обязывалась вместо этого по требованию России закрывать Босфор и Дарданеллы для военных кораблей всех стран, что обеспечивало безопасность южных границ России. При этом подчеркивалось, что для прохода военного флота России, как союзницы Турции, Босфор и Дарданеллы будут открыты. После подписания Ункяр-Искелесийского договора русские войска из Турции ушли. Эскадра М. П. Лазарева покинула Босфор 28.06.1833 г., а вслед за ней эвакуировался из Босфора русский десант (в июле-августе – в Феодосию и Севастополь).

Русские военные, принимавшие участие в походе 1833 г., как рассказывает в своей статье «Участие русских войск в Турецко-Египетской войне 1832–1833 гг.» Ю. В. Гирченко, были награждены специально отчеканенными турецкими медалями. Серебряными медалями наградили солдат и матросов; золотыми – офицеров, и золотыми медалями с бриллиантами – генералов и адмиралов[83].

Вице-консулом в Каире в период с конца августа 1832 по август 1833 г. включительно служил Пьер Бокти.

Часть VII

Александр Осипович Дюгамель, генеральный консул Российской империи в Египте в 1833–1837 гг

Запечатленное время

Александр Осипович Дюгамель (1801–1880), назначенный на пост генерального консула в Египте (08.08.1833), прибыл туда 1 января 1834 года. Перед отъездом из Санкт-Петербурга его принял Николай I. Во время встречи и беседы с ним царь четко указал на необходимость упрочения позиций России в Египте.

О биографии А. О. Дюгамеля известно, что происходил он из дворян Лифляндской губернии. Начинал службу прапорщиком свиты Его Величества; состоял в штате Генерального штаба. Участвовал в экспедиции полковника Ф. Ф. Берге к Каспийскому и Аральскому морям. В августе 1826 г., в звании поручика, был командирован в Константинополь, на должность 2-го секретаря при военном атташе. Участвовал в русско-турецкой войне 1828–1829 годов. Продолжив службу в Генеральном штабе, состоял при генерал-лейтенанте Н. Н. Муравьеве, посещавшем в 1832–1833 гг. со специальными военно-дипломатическими миссиями Константинополь и Каир. По поручению Н. Н. Муравьева, ему надлежало проследовать, «сухим путем», из Константинополя в Египет, чтобы «обозреть состояние Сирии, узнать о духе жителей ее и о положении египетской армии»[84]. Перед тем как отправиться в эту поездку А. Дюгамель встречался и беседовал с командующим египетским экспедиционным корпусом Ибрагимом-пашой в анатолийском городе Конья (05–06.01.1833). Убеждал его отказаться от дальнейших наступательных действий на Константинополь; информировал о своем намерении проследовать в Египет через Сирию, занятую египетскими войсками. Надо сказать, что такому намерению русского полковника, человека обходительного и переговорщика толкового, как характеризовал его Ибрагим-паша, он нисколько не препятствовал. Более того, даже снабдил А. Дюгамеля рекомендательными письмами. Однако до Сирии полковник А. Дюгамель так и не добрался – по пути туда заболел и возвратился в Константинополь. Выздоровев, составил описание укреплений Дарданелл.

Дипломатические способности А. Дюгамеля, ярко проявленные им в ходе посреднической миссии России по урегулированию турецко-египетского кризиса 1831–1833 гг., во время Босфорской экспедиции русских войск и флота, а также при подготовке и подписании Ункяр-Искелесийского договора о мире, дружбе и союзе между Российской империей и Портой, в Санкт-Петербурге оценили по достоинству. С учетом знания им египетской проблематики и проявленных качеств переговорщика его назначили генеральным консулом России в Египет, а несколько позже он получил звание генерал-майора.

После Египта (был отозван в Россию 03.08.1837) служил в Персии, исполнял особые дипломатические поручения в княжествах Молдова и Валахия, работал в нескольких департаментах в Сенате, занимал пост командующего войсками Западно-Сибирского военного округа и генерал-губернатора Западной Сибири. Умер 28 мая 1880 года.

Повышенное внимание во время службы в Египте А. Дюгамель уделял наблюдению за положением дел в Сирии. В донесении русскому послу в Константинополе А. П. Бутеневу от 30.09.1834 г., делясь с ним своими соображениями насчет сирийского аспекта внешнеполитической деятельности Мухаммада Али, писал, что тем, что «раскинул он так широко владения свои» паша Египетский «ослабил себя». Сирия, к примеру, отмечал он, «только поглощает его солдат и деньги, … и только военной силой он может держать в повиновении эту страну»[85].

Противоречивые известия, поступавшие в Каир из Сирии, подвигли А. Дюгамеля к тому, чтобы лично отправиться туда и самому во всем там происходящем разобраться, досконально и скрупулезно. Выехав в конце апреля 1836 г. из Александрии и добравшись на английском