Серебряная Рука - Говард Пайл

на ухо напутственные слова, бедный Отто ничего не расслышал.

Императорские покои представляли собой большой зал с каменными панелями. Пол устилали богатые ковры, а на стенах висели гобелены. Одни из них изображали рыцарей с дамами, гуляющих в зеленых дубравах, другие — королей с их воинством, атакующих неприятеля.

Из окон, расположенных над потолком длинными рядами, струились потоки света. В конце зала, где располагался очаг с полыхающими поленьями, сгрудилась группа придворных. Они были разодеты в шелк и бархат, золотые цепи украшали их грудь.

У самого огня Отто заметил отдельно стоящего человека. Одеяние на нем было самое простое, без всяких украшений. С кожаного ремня свисал меч в ножнах, у ног свернулась породистая охотничья собака. Когда аббат вместе с Отто приблизились, мужчина поднял голову и посмотрел на них. Его приятное немолодое лицо с морщинами на лбу и складками по краям рта вполне могло принадлежать человеку простого звания, например, купцу, озабоченному тем, как идет торговля.

— Кто бы это мог быть? — подумал Отто. — И что этот человек делает среди столь знатных вельмож?

Но аббат почему-то устремился именно к нему и встал перед ним на колени, так что мальчик, не переставая удивляться, последовал его примеру. Да и откуда он мог знать, что перед ним сам император Рудольф?

— Кто вы такие? — спросил император, рассматривая аббата и мальчика.

— Ваше Величество, — ответил аббат, — мы смиренно подали прошение от имени Вашего вассала, барона Конрада из рода Вульфов из Замка Отважного Змея. Он недавно побывал при дворе и принял присягу. Он просит Вашей справедливости и заступничества для своего сына, которого Вы видите перед собой. Юный барон лишился своих владений — его замок был сожжен, а сам он заперт в темнице и жестоко искалечен врагом своего отца — бароном Генри из рода Родербургов из Замка Змеелова.

Выслушав это, император нахмурился так, что его серые глаза почти скрылись за мохнатыми бровями.

— Я получил ваше прошение и уже рассмотрел его.

С этими словами он повернулся к вельможам.

— Только посмотрите на этого ребенка, ставшего жертвой бесчеловечности и жестокости! Клянусь небом, я положу конец грабежам и насилию, которые творят эти бесчинствующие негодяи. Я предам огню их замки, а их самих сотру с лица земли.

И затем, повернувшись к Отто, добавил:

— Бедный малыш, я восстановлю твои права и заставлю жестоких Родербургов заплатить тебе за все, что они у тебя отобрали. А пока они не выплатят тебе своего долга, я велю держать всю семью этого негодяя под стражей.

Маленький Отто вгляделся в склонившееся к нему доброе лицо и сказал слабым, дрожащим голосом:

— Нет, господин император, я бы не хотел причинять вред этим людям. Семья барона Генри — это его жена и маленькая дочь, на которой я обещал жениться, когда мы вырастем.

Император усмехнулся:

— Что ж, мне нравится твой план. Твои слова определенно не лишены мудрости. Всегда лучше решать дело мирным путем. Земля и имущество Родербургов отныне будут считаться за тобой, и ты вступишь во владение ими, когда войдешь в возраст. Девочку я возьму под свою опеку, а тебя, если ты согласен, сделаю своим вассалом.

— Да, — простодушно ответил Отто, — я согласен, потому что ты кажешься мне добрым человеком.

Вельможи, услышав эти слова, не могли не улыбнуться, а сам император громко рассмеялся:

— Благодарю тебя, господин барон. Такой чести мне не оказывал ни один из моих подданных.

Тут наша история подходит к концу. Но, может, вы хотите знать, как сложилась дальнейшая судьба маленького Отто? Должна же нить повествования иметь узелок на своем конце!

Итак, прошло восемь лет, и Отто занял достойное место при дворе короля Рудольфа. Прямота и доброта, которым Отто научился у монахов в монастыре, пригодились ему на службе при дворе, так что, когда он вырос и возмужал, к его мудрым советам частенько прислушивались не только вельможи, но даже сам император.

Правда, сам он никогда не держал меч или лук в своей руке — ведь его правая рука была сделана из серебра и твердые холодные пальцы не могли сжиматься. Люди прозвали его «Отто — Серебряная Рука» и уважали за то, что он стал правой рукой своего милостивого и справедливого господина.

Ну а теперь следует рассказать, как Отто исполнил обещание, данное Паулине. В один прекрасный день он остановился на пороге комнаты императорского замка с сильно бьющимся сердцем. С трудом преодолев волнение, он вошел в покои, где жила Паулина, которую он не видел с того дня, как покинул свою мрачную темницу в Замке Змеелова.

Паулина сидела на скамье под окошком, устремив навстречу Отто взгляд сияющих темных глаз. Юноша подошел ближе и в изумлении замер, так как увидел перед собой не свою маленькую знакомую, а прекрасную девушку в расцвете молодости. Но и ее удивление было не меньшим, ведь перед ней стоял стройный юноша с золотыми волосами, любимец императора, о котором она слышала столько хорошего.

Эпилог

Замок Змея восстановили из руин, благо каменные стены уцелели. Но теперь, когда Отто и Паулина зажили в нем, он перестал быть разбойничьим логовом. И на его воротах появились выбитые в камне слова — новый девиз рода Вульфов, который барону Отто предложил сам император Рудольф: «Серебряная рука лучше железной»[1].

© Copyright: Ольга Невзглядова, 2021

Примечания

1

Manus argentea quam manus ferrea melior est (лат.).