Семь Оттенков Зла - Роберт Рик МакКаммон

ему было около тридцати. Он выглядел здоровым, был высок и строен. Подбородок был острым, обрамленным аккуратно подстриженной черной бородой, над губами темнели усы. Волосы, собранные в очень тугую косу, тоже казались черными или, по крайней мере, темно-каштановыми, с едва заметными следами седины на висках. Глаза у него тоже были темными, а нос слегка расширялся у ноздрей, хотя переносица была довольно тонкой. На незнакомце был дорогой качественный кожаный жилет с перламутровыми пуговицами поверх бледно-желтой рубахи, бриджи и ботинки того же оттенка. Хадсон уловил в его голосе нотку голландского акцента, которая покоробила его слух, как жужжание насекомых, круживших в свете фонаря.

Прошло несколько секунд, прежде чем мужчина оценил вопрос Хадсона… и рассмеялся. Это был сдержанный смех человека, имеющего хорошие манеры. Он стих довольно быстро, хотя выражение искреннего веселья сохранилось на лице незнакомца.

— Я? Монстр? — Он усмехнулся. — Что за байки они вам скормили?

— Они?

— Прекрасные граждане Брайартуса, разумеется. Это ведь они забили вам голову страшилками собственного сочинения? — Его черные брови поползли вверх. — Кстати, могу я узнать ваше имя? И как вам удалось разбить лагерь в полночь на моей территории?

— На вашей территории? Разве земля не принадлежит городу?

— Весь город и этот участок земли вплоть до поселения могавков — моя территория. Моя собственность. Должен сказать, она принадлежала моей семье и была передана нам англичанами более двадцати лет назад. А теперь… ваше имя и вашу историю, пожалуйста.

— Хадсон Грейтхауз. Приехал из Нью-Йорка по поручению мэра ван Деккера, чтобы…

— Боже мой! — воскликнул мужчина, нахмурившись. — Они со Слитом решили втянуть в это дело человека со стороны? Вы, я полагаю, уважаемый констебль?

— Не констебль, но в некотором смысле уважаемый. — Хадсон криво улыбнулся. — Очевидно, ван Деккер и Слит тоже прониклись ко мне уважением. — Он кивнул в сторону темной границы леса позади мужчины. — Я так понимаю, это ваш дом я увидел в подзорную трубу с холма? Он весьма хорошо сконструирован для жизни в такой глуши. Кстати, как ваше имя?

— Август ван Ремм. Да, мы с сестрой живем в том доме. Он был построен, когда Брайартус был всего лишь маленьким торговым постом. Затем, к нашему большому сожалению, сюда стеклись охотники и звероловы.

— К сожалению? — переспросил Хадсон.

— Наш отец, — с холодком в голосе начал ван Ремм, — не стал бы строить дом так далеко от ближайшего поселения, если бы не жаждал уединения. Но незваных гостей ничем не удалось сдержать, когда здесь началась охота на бобров. — Он замолчал, и Хадсон почувствовал, как взгляд ван Ремма изучает его с головы до ног. — Что ж, — резюмировал он, — по крайней мере, они нашли джентльмена достаточно большого размера, чтобы сразиться с этим воображаемым монстром. Если тот изволит появиться, конечно.

— А вам известно, что монстр давал о себе знать несколько дней назад и напал на маленькую девочку по имени Андра ван Оттен?

Ван Ремм покачал головой.

— Я об этом не знал. Мы с сестрой Леопольдой не общаемся с горожанами больше, чем это необходимо. Но меня огорчают разговоры о зверях и монстрах в этом лесу. Смею вас заверить, это все полная чепуха. — Он нахмурился сильнее, на лбу показались морщинки. — Та маленькая девочка… с ней все в порядке?

— Я не видел ее, она явно перенесла тяжелое потрясение. Ну или она очень испугалась того, что ей привиделось. Что касается физического состояния, в этом смысле ей повезло, потому что она смогла убежать от этого существа.

— И она описала, каким оно было?

— Да. Она сказала, это был крупный белый мужчина, лысый, с темной бородой, без одежды… и в довершение ко всему он был циклопом.

Несколько секунд ван Ремм молчал. Он выглядел оглушенным, как будто кто-то одним ударом выбил из его легких весь воздух. Затем он прерывисто вздохнул и повторил:

— Циклопом.

— Во всяком случае, Андра сказала, что у него был один глаз ровно посередине лба. Думаю, циклопов обычно как-то так и описывали.

— Я никогда… никогда не слышал о таких существах в реальной жизни. Разве что в мифах! Вы производите впечатление разумного человека. Что лично вы об этом думаете?

Хадсон пожал плечами.

— Мне известно, что каждый год в этом районе за последние пять лет пропадало минимум по двое мужчин. Полагаю, вам о них известно?

— Известно. Никто никогда и не говорил, что в этих лесах безопасно.

— Последним пропавшим был ботаник по имени Джон Стоддард. А после этого случилась та история с маленькой девочкой. И мне заплатили, чтобы я разобрался в этом деле. — Хадсон поднял пистолеты. — Как видите, я подготовился ко всему.

— Я увидел ваш костер из окна своего кабинета, — сказал ван Ремм. — И мне пришлось прийти сюда и выяснить, какому глупцу взбрело в голову разбивать здесь лагерь. Я догадывался, что это кто-то… — он помедлил, подбирая слово, — посторонний. Ведь ни один житель Брайартуса не стал бы появляться здесь после наступления темноты.

— А я намерен здесь остаться, — сказал Хадсон. — Вне зависимости от того, является эта территория вашей собственностью или нет. Меня наняли, и я собираюсь закончить дело.

— Как именно закончить? Убить монстра и принести его тело в город, чтобы с него содрали шкуру и повестили на стену ратуши? Сколько денег вы выбили с этих простаков? Я не знаю, что видела Андра ван Оттен, и не знаю, что произошло с пропавшими охотниками, но… циклоп? Вы серьезно, сэр?

— Я знаю лишь то, что рассказала девочка, — пожал плечами Хадсон. — Но я вижу, что вас не слишком пугает возможность наткнуться на чудовище в темноте. Как далеко отсюда до вашего дома? Четверть мили? И вы прошли все это расстояние безоружным? Вы можете не верить в монстров, но разве здравый смысл не подсказывает вам, что на болоте ночью опасно?

— Отсюда к нашему дому ведет тропа. Я очень хорошо ее знаю. — Он указал фонарем в сторону предполагаемой тропы, о которой Хадсон и не подозревал. — Мы с Леопольдой любим