Луи Бриньон - Чаша императора

— Геката благословляет нас, — ликуя, воскликнул Гета. — Предсказание не свершится. Род Константина погибнет. Ты меня слышишь, великий император?! — Гета с искажённым ненавистью лицом наклонился к жертве, — не ты нас уничтожил, а мы тебя низвергли…

Неожиданно струя крови из раны выплеснулась прямо ему в лицо. По телу девушки прошла дрожь, оно судорожно выгнулось и, последний раз дёрнувшись, окончательно неподвижно замерло. Теперь уже навсегда.

Гета издал яростный вопль.

— Скорее, во Францию, В Шенонсо! Возьмите всё… всё — яд, кинжал, золото… Найдите и разбейте Чашу, ибо она снова готова наполниться!..

Глава 13

— Герцогиня, очнитесь… Вы слышите меня?

Тяжкая муть дурмана понемногу отступала, пелена перед глазами рассеивалась — Изабель разглядела склонившееся над собой женское лицо, несколько обрюзгшее, с тяжёлыми веками над выцветшими от возраста глазами с холодным, оценивающим взглядом.

— Герцогиня…

Глубоко вздохнув, Изабель попыталась приподняться, но головокружение заставило её вновь откинуться на подушки.

— Так я… не умерла? — слабый голос девушки прозвучал с глубокой горечью.

— Нет. У вас отменное здоровье, сударыня. И это обстоятельство не может не радовать.

— Кто вы? Мне кажется знакомым ваше лицо…

— Екатерина Медичи. Вам известно это имя?

Изабель невольно вздрогнула, с трепетом глядя на эту невысокую полноватую женщину — «Чёрную Королеву», как именовали её современники за пристрастие к траурным нарядам, которые она не снимала после смерти горячо и страстно любимого мужа.

— Вижу, что известно, — холодно произнесла королева — мать, — сейчас вам принесут платье и драгоценности. Я пришлю двух горничных. Они позаботятся о том, чтобы вы выглядели надлежащим образом. Сегодня состоится торжество в честь окончания королевского покаяния и поста. Вечером приедет мой сын, король Франции. К его приезду вы должны быть готовы. Если сумеете покорить короля, ваша дальнейшая судьба будет устроена, а жизнь обеспечена. Вы официально войдёте во владение наследством. А к тому времени я лично подыщу для вас подходящего супруга.

— Супруга? — В глазах Изабель показались слёзы. — Нет, нет, я не могу!.. Выйти замуж… это невозможно!

— И почему же? — ледяным тоном осведомилась королева.

Изабель пугал этот взгляд, как внушала невольный страх и сама королева, но и молчать она не могла.

— Я помолвлена…

— Ах да, — протянула королева, окидывая Изабель презрительным взглядом, — я слышала об этой истории. Кажется, его звали Ренар Шатобриан. Забудьте, сударыня, и это имя, и вашу с ним помолвку. И постарайтесь впредь не произносить фразы подобные «не могу» или «не хочу». Я не привыкла слышать такие слова, и будет лучше, если вы сразу усвоите эту истину, — в голосе королевы послышалась внятная угроза. — К счастью или несчастью, вы нужны мне. Когда вы исполните всё, что от вас требуется, я отпущу вас. Надеюсь, вы всё поняли, герцогиня?

— Могу я исповедаться, ваше величество? — смиренно опустив мокрые от слёз ресницы, тихо спросила Изабель.

— Вас отведут к священнику, как только вы будете готовы. Это всё?

— Я хотела… я хотела узнать, что стало с тем человеком, который…

— Ваш любовник? Слуги короля его убили. И достаточно вопросов, сударыня. Я навещу вас позже. К моему приходу вы должны быть одеты.

Как только дверь за королевой захлопнулась, Изабель в отчаянии прошептала:

— Ты был мне братом… отцом… Несчастный Сервитер!.. Стоило ли меня спасать? Моя жизнь хуже смерти. Повсюду мрак… только мрак…

— Госпожа! — две горничные, вошедшие в опочивальню, присели в почтительном реверансе.

Следом слуги внесли большую деревянную бадью, которую споро заполнили горячей водой. С помощью горничных Изабель погрузилась в исходящую паром воду. Служанки вымыли её душистым мылом, умастили тело ароматными маслами, расчесали и уложили в изысканную причёску, украшенную жемчужинами, волосы, и, наконец, облачили в роскошное платье.

Горничная застёгивала на шее Изабель жемчужное ожерелье, когда вернулась Екатерина Медичи. Весьма придирчиво осмотрев девушку, королева осталась довольна и даже соизволила милостиво улыбнуться Изабель.

— За дверью тебя ждёт стражник, который проводит тебя в часовню, и он же будет сопровождать тебя, если тебе вдруг вздумается прогуляться. Не смей выходить из комнаты без плаща и вуали — ни к чему тебе привлекать лишние взгляды.

Послушно надев бархатный плащ на меховой подкладке и накинув капюшон, с которого спускалась на лицо плотная вуаль, Изабель вышла вслед за королевой. Ожидавший девушку охранник, бросив на неё бесстрастный взгляд, поклонился.

— Я хотела бы исповедаться, — негромко произнесла Изабель, обращаясь к своему стражу.

— Вас уже ждут, госпожа. Следуйте за мной! — склонив голову в новом поклоне, ответствовал тот.

В замке царил суетливый переполох. Слуги торопились подготовить замок к приезду Генриха III.

То и дело на пути Изабель возникали препятствия в виде нагромождённой мебели или служанки с огромным ворохом белья. Девушка, погружённая в невесёлые мысли, впрочем, мало что замечала вокруг, молча следуя за своим провожатым. Пропустив её внутрь часовни, он прикрыл створку за её спиной и остался снаружи дожидаться её возвращения.

Изабель прошла в исповедальню. Опустившись на скамью, она услышала негромкий, мягкий голос:

— Что мучает тебя, дитя моё?

— Я всё время думаю о смерти. Это ведь грех, святой отец? — Изабель говорила тихо, и в голосе слышались душевные муки и боль.

— Конечно, дитя моё. Господь дал нам жизнь, и лишь ему одному решать, когда забрать её обратно. Но почему ты думаешь о смерти, дитя? Судя по голосу, ты ещё слишком юна для подобных мыслей. Сколько тебе лет?

— Девятнадцать, святой отец. А мысли о смерти преследует меня лишь последний год. Прежде я была счастлива. Очень счастлива. Я любила жизнь и всё, что меня окружало.

— Расскажи всё, дитя моё. Облегчи душу перед Господом.

— Я росла, окружённая любовью. Мой отец, герцог Д’Эгийон, был очень добр ко мне. Матушка же души во мне не чаяла. У меня был старший брат, которого я любила, и который любил меня.

Когда мне исполнилось пятнадцать, появился ещё один человек, к которому я сильно привязалась. Он был нем от рождения, но я его хорошо понимала. Этот человек… он недавно умер, защищая мою жизнь. Он не раз спасал и утешал меня, когда другой, которого я полюбила всей душой, тот которому отдала своё сердце, бросил меня, оставил одну… — Изабель старалась сдержать свои чувства, но слёзы помимо воли текли и текли из её глаз.