Мальчишка, что посмел мечтать - Кирилл Владимирович Волков

стал переломным в истории этого «чертеныша». Мать стала приносить домой старые, потрепанные книжки, всякие что попадались ей под руку, или под руку ее господина, у которой та выпрашивала любой манускрипт.

Отец же Эдварда, Питер, скорее был разочарован взрослением Эдварда. Время шло, а мальчишка все также оставался худощавым. И не редки были моменты наказания, то при наличии причины, то без, но Эдвард во всей красе ощутил «суровый» нрав отца. «Он боится, что я буду слабым?» — задавался вопросом мальчик. В редкие выходные своего отца Эдвард подвергался «воспитательному процессу». В то время как другие дети его соседей резвились на улице, Эдвард был вынужден помогать своему отцу в тяжелом плотницком деле, которым тот подрабатывал.

Из-за частого одиночества в детстве, суровых телесных наказаний и тяжелой работы Эдвард стал слишком холоден и спокоен, в сравнении со своими ровесниками. Мальчишка только и умел, что мыслить и ввести внутренний диалог в надежде на получение хоть каких-то ответов. Но по прошествии шести лет после рождения, произошел один занимательный случай.

В их дом ворвались люди в коричневых обносках и начали сначала кричать на его отца, а потом один из них ударил Питера кулаком в лицо. Питер упал на пол, а тот мужчина наступил ему сапогом на грудь. Он достал нож и подставил его к лицу мужчины и что-то проговорил. После кивания отца, те люди ушли. Незначительный эпизод, так вы подумаете. Эдвард согласиться с вами. Но кто же знал, что этот удар был предупредительным, что этот удар принесет событие, которое даст начало «чудовищу в теле человека».

Тогда мальчишке никто не удосужился объяснить, что это было. Но после того как те люди ушли, Эдвард приметил страх в глазах отца, взгляд которого был направлен на него самого. Страх не за свою жизнь, далеко не за свою. Чуть позже, вечером ему удалось услышать одно слово из шепота своих родителей в соседней комнате — «Долг». И в один момент мальчишке все стало понятно.

Спустя какое-то время матушка перестала приносить книги, и Эдвард переключился на других людей, на ровесников на улице. Все свободное время он проводил на улице в играх со своими товарищами из таких же семей, как и у него. Те же товарищи и начали обучать его одной способности, что будет кормить его несколько лет — воровство. А когда их ловили, приходилось либо удирать, либо драться. Эдвард быстро научился и тому, и тому.

Наступает очередной вечер, мальчонке уже четырнадцать лет, и при приближении к своему дому не замечает силуэтов своих родителей. А хлипкая дверь была открыта настежь, в доме же горел свет. Эдвард, согнувшись в коленях и медленно переставляя ноги, зашел в дом и увидел лежащих на полу в луже алой крови своих мать и отца. Над ними стояли те самые люди, которые приходили семь лет назад. Эдвард застыл от страха.

— Отпрыск этого глупца. Забавно. — проговорил один из них, подходя к Эдварду. — Одно твое слово, мальчик, и я организую тебе встречу с родителями. Ты же хочешь к ним? — облизнувшись он злобно засмеялся, не считая мальчишку за угрозу.

— Джек, успокойся. — проговорил тот самый человек, который несколько лет назад ударил отца Эдварда и поднес к его лицу нож. — Вот смотрю на тебя… — он подошел поближе к испуганному мальчику. — И не вижу ничего. Ни силы, ни ума, ни даже задатков на это. Жалкое худощавое тело, что вот-вот свалиться от голода. Да, зачем плодить, если прокормить не можете? — бросив взгляд на Питера и Марию, выплюнул последнюю фразу. — Твой отец задолжал нам дом. Уходить не захотел. Вот и итог. А что касаемо тебя. — он приблизил свое омерзительно острое, щетинистое лицо к лицу испуганного ребенка. — Вали отсюда. Слишком гуманно будет тебя сейчас убить. Смерть от голода хуже, а если выживешь. Станешь сильным, но сделать нам, к сожалению, ничего не сможешь. — Эдвард после этих слов попятился к дверям. Еще чуть-чуть и рванет, но чего-то ждет. — Проваливай и побыстрее. Еще раз увижу — прикончу. — спусковой крючок и Эдвард рванул со всех ног, с наливающимися слезами на глазах.

— Все же он слаб. — мужчина развернулся к телам. — Как и ты, мой дорогой друг, Питер. Уберите тела, отмойте кровь и побыстрее продайте дом. — после секундного молчания проговорил кредитор своим людям. — Единственный якорь, что держит меня в этом ужасном городе.

Воровство стало единственным источником еды для юноши. Через несколько дней он нашел открытый чердак старого дома, в соседнем районе, и поселился там. Мыться он ходил в Темзу, другого выхода просто на просто не было.

Юноша рос, становясь все более искуснее в беззаконии. И в одно из таких вылазок, когда уже восемнадцатилетний Эдвард проголодался, выкрав трехдневный запас мяса у отвлекшегося торговца, его поймала юная девушка. Прекрасная дама, чью красоту не описать ни пером, ни кистью. И в тот самый момент, когда девушка стала отчитывать неряшливого и грязного юношу, тот самый воришка влюбился в запретный плод. После той встречи он смог узнать ее имя — Элизабет. О боже, что сладострастный нектар ласкает слух каждый раз произнося это имя. Трепет, страх, волнение и робость — эта смесь эмоций обрушилась на Эдварда словно лавина. Но он не упустил момента представиться. И в этот самый момент, судьба связала эти две нити восемнадцатилетних инфантильных людей в один прочный канат.

Элизабет была дочерью богатого человека, Уильяма Грина. Человека, чей отец прославился на весь Лондон своим талантом к торговому делу и ведению светский бесед. Все чаще и чаще Эдвард стал рыскать по улицам в поисках прекрасной девушки, клянясь ей в любви. Слово за слово, встреча за встречей, и Эдварду улыбнулась удача. У них все быстро закрутилось и вот, спустя пару лет, Эдвард вместе с Элизабет живет уже в купленном Уильямом маленьком деревянном доме на окраине Лондона. Ой как же долго выпрашивала это гнездышко Элизабет у своего отца. Как выяснилось, сама Элизабет с самой первой встречи все укрепляла сладострастный образ юноши в своем сердце. Бойкое молодое сердце, черноволосый голубоглазый парнишка вдыхал в ее жизнь столько эмоций, сколько она не испытывал никогда.

Эдвард внутри себя чувствовал, что поступает неправильно, живя за чужой счет. А отношения с отцом Элизабет были бесконечно утрачены из-за разницы в статусе. Ульям не желал видеть радом со своей дочерью безработного и бедного человека. Он постоянно разговаривал с дочерью по этому поводу, в надежде, что Элизабет бросит Эдварда.

Мать у Элизабет умерла при