Жизнь в средневековой деревне - Фрэнсис Гис

собственного надела, за который они платили ежегодную ренту. Из записей мы узнаем о них очень мало – разве лишь то, что рента в семь фунтов и десять шиллингов, уплачиваемая всеми ими за пять виргат земли, была высокой (тридцать шиллингов за виргату)195.

Слуги сельских жителей не были включены в «Сотенные свитки», но иногда обнаруживаются в списках манориального суда: Эдит Комбер, служанка (ancilla) Уильяма, сына Летиции, «унесла некоторое количество господского гороха»196; Алиса, служанка Николаса Миллера, была оштрафована за кражу сена и соломы197; слугу Джона Вагге оштрафовали за посадку бобов на господском поле198; на Хью, слугу Матильды Прюдом, напал Джон Блэккаф, ранивший его199.

Среди держателей, перечисленных в «Сотенных свитках», были многие ведущие ремесленники деревни. В Элтоне две мельницы управлялись распорядителями сеньора, а прибыль с них шла аббату. Мельник, вероятно, оставлял себе часть муки (multure). В большинстве деревень мельник брал мельницу на откуп, выплачивая сеньору фиксированную сумму; разница между этой суммой и «multure» составляла его доход. Среди селян мельник обычно пользовался недоброй славой. Так, мельник у Чосера

…слыл отчаянным лгуном и вором:

В мешок муки умел подсыпать сора

И за помол тройную плату взять.

Но мельник честный – где его сыскать?200[7]

В Элтоне мельник взимал пошлину с тех, кто использовал мельницу в качестве моста для переправы через Нин. В 1300 году мельник лишился своего места за то, что «позволил чужакам переправиться без уплаты пошлины», в обмен на «подарок».

Двое других, Матефрид и Стивен Миллер, в 1294 году подали в суд на Уильяма из Барнуэлла, заявившего, что они взяли два бушеля его солода «недолжным образом»201, – и выиграли процесс. Однако в том же суде присяжные установили, что другой мельник и его жена, Роберт и Ателина Стекедек, «неправомерно удержали у себя» ринг (четыре бушеля) ячменя. Их оштрафовали на шесть пенсов и обязали возместить ущерб202.

В 1286 году два пекаря взяли на откуп элтонские общинные печи: Адам Брид платил ежегодную ренту в размере 13 шиллингов 4 пенсов за одну из них, Генри Смит – 33 шиллинга 4 пенса за другую203. Кузница считалась куда менее ценной. Роберт, сын Генри Смита, платил за нее ежегодно два шиллинга (данные за 1308 год)204.

В судебных документах упоминаются и другие торговцы – например, Томас Дайер, обвиненный Агнес, дочерью Беатрис, в «несправедливом удержании куска льняной ткани», за окраску которой та обещала ему бушель ячменя. Присяжные решили, что Томас «поступил справедливо», поскольку Агнес так и не принесла зерна, и имеет право удерживать ткань до тех пор, пока она не заплатит ему205.

Некоторые деревенские жители подрабатывали мясниками и совершали «за исполнение обязанностей» ежегодный взнос в виде двух каплунов: Ральф Хьюберт, Джеффри Эббот, Уильям из Бамстеда, Роберт Годсвейн, Уильям из Барнуэлла, Томас Годсвейн, Роберт Стекедек (который был также мельником) и Ричард Тайдевелл.

Роберт Чепмен обрабатывал землю и в то же время занимался торговлей. В 1294 году он продал бушель пшеницы Эмме Прюдом206, а позже судился с ней за капюшон, который Эмма согласилась передать Джону, сыну Джона из Элтона, но «не взяла на себя обязательства заплатить» за него207.

Были и другие жители деревни, которые, судя по их именам, занимались ремеслом: Ральф и Джеффри Шумейкеры, Элиас и Стивен Карпентеры, Роджер и Роберт Тейлоры (которые могли изготовлять обувь, строить дома или шить одежду), а также Уильям и Генри Вулмангеры (торговавшие шерстью).

На окраинах деревни кое-как существовали сменявшие друг друга «чужаки», не встроенные в общую систему. Обитателей деревни не раз штрафовали за их «укрывательство». «За пределами места» – как говорили в те времена – были поденщики, странствующие ремесленники и бродяги, причем последние часто появлялись в документах королевских коронеров. В 1312 году шестеро жителей деревни были оштрафованы и получили предписание воздержаться от укрывательства пришлецов. Ричард Ле Уайз приютил Генри Купера и его жену «во вред деревне», Роберт Гэмел – Гилберта из Ланкашира, Марджери, дочь Беатрис, – нищего Юна. Джон Баллард, Джеффри Атте Кросс и Ричард Ле Уайз регулярно принимали у себя чужаков, «к ужасу жителей деревни»208.

Кроме подозрительных пришлецов, в деревне были свои чудаки и помешанные. В 1306 году суд велел Джону Чепмену проследить за тем, чтобы его сын Томас, «отчасти лунатик» (in parte lunaticus), «впредь вел себя прилично, находясь среди соседей»209. В отчетах коронеров зафиксированы и другие случаи, связанные с психическими отклонениями. В 1316 году крестьянка из Йелдена, Бедфордшир, страдавшая от «болезни, называемой безумием», встала с постели, схватила топор, зарубила своего сына и трех дочерей и «повесилась в своем доме, на балке, взяв две пеньковые веревки»210.

Некогда считалось, что среди крестьян в средневековой деревне царило равенство при невысоком уровне жизни. На самом же деле их имущественное положение сильно различалось. Земля была главным богатством и распределялась далеко не поровну. Более того, некоторые держатели, и вилланы и свободные, увеличивали свои владения, покупая или арендуя чужие земли.

Предполагалось, что земля должна сохраняться и передаваться наследникам как единое целое: это позволяло сохранить надел за семьей, а также обеспечить выплату ренты и несение повинностей. Поэтому отчуждение земли – продажа – в теории было запрещено. В действительности продажа и аренда земли нередко упоминаются в судебных документах конца XIII века, это не было чем-то новым. Сеньор давал согласие, так как получал доход от сделки в виде повышенной ренты и соответствующих сборов.

В Элтоне, где проживало немало свободных держателей, многие зафиксированные в документах продажи были совершены свободными людьми: одни постоянно продавали землю, другие покупали, третьи делали то и другое. Джон Херинг появляется в судебных протоколах в 1292 году, по случаю продажи двух с половиной перчей Элис, дочери Бейтмана из Клипшема211, и затем в 1300 году, когда он продал один акр Джоан, жене Гилберта Энгейна из Уэнсфорда, а также пол-акра Ричарду из Торп-Уотервилла212. В 1312 году Томас Чаузи продал пол-акра Реджинальду из Ярвелла и два перча Ричарду Карпентеру213. В 1322 году Ричард Фраунсис продал пол-акра Джону Смиту и столько же – Ричарду Элиоту214; последний тем временем приобрел еще два акра у Джона Кетела, который также продал один перч Ричарду Чаплину из Уэнсфорда215; одновременно Джон Кетел купил пол-акра луга у Клемента Крейна216. Перейдем к вилланам: Мюриэль Атте Гейт и Уильям Харп продали по акру Николасу Миллеру «без