Александр Голованов - Дальняя бомбардировочная...

Так заканчивает свое письмо бывший солдат БАО Н. П. Голдобин. Таких писем пришло много…

Для того чтобы завершить рассказ о работе тыла АДД, приведу и некоторые цифры его взаимоотношений с промышленностью. С 1 июня 1943 по 31 декабря 1944 года, то есть за один год и семь месяцев, по плану заказов было выплачено промышленности без малого два миллиарда рублей, из них большая часть выплачена за самолеты — более одного миллиарда шестисот пятидесяти миллионов рублей. И второй финансовый показатель, который я хотел бы отметить. По вкладам за четыре месяца 1943 года и за весь 1944 год личный состав АДД занимал второе место в Красной Армии. Начальником финансового отдела был подполковник интендантской службы Галето.

Службу тыла с начала ее организации значительное время, я бы сказал, в наиболее сложный и трудный период возглавлял ранее полковник, а в дальнейшем генерал-лейтенант интендантской службы Александр Иванович Любимов, вложивший очень много труда и энергии в свое дело.

А теперь следует, как и ранее, подвести итоги боевой деятельности АДД в 1944 году. Прежде всего следует сказать о том, что если к исходу 1943 года в составе АДД было 43 полка, то к 1 декабря 1944 года таких полков стало 66, а дивизий — 22. Общий парк самолетов приближался к 3000, из которых боевых около 1800. Надо прямо сказать, что с таким количеством материальной части и личного состава можно было проводить и мы проводили весьма крупные воздушные операции.

Всего за 1944 год части и соединения Авиации дальнего действия сделали 62554 самолето-вылета. Довольно интересно распределение этих вылетов. Так, по военно-промышленным объектам, расположенным в глубоком тылу противника, было произведено 4466 самолето-вылетов, по войскам — более 16000, по железным дорогам — более 24000, по аэродромам — около 3300, по портам — более 4500, по специальным заданиям — почти 4000, на десантирование и доставку фронтам боеприпасов, горючего, продовольствия и других военных грузов — более 6000 самолето-вылетов. Наибольшее боевое применение АДД в 1944 году было при освобождении от блокады Ленинграда, освобождении всей Ленинградской области и изгнании противника из Прибалтики. При проведении этих операций сделано более 21 500 вылетов. При освобождении Белоруссии и Литвы — около 14500 самолето-вылетов, а в интересах Украинских фронтов — почти 10000.

Фронтовые части Гражданского воздушного флота в 1944 году тоже выполнили немалую работу. Ими перевезено почти 444000 человек, из них рядового и офицерского состава более 341000 человек и раненых около 72000. Подавляющее количество личного состава доставлено к линии фронта. Перевезено грузов 38500 тонн — боеприпасы, продовольствие, горючее, снаряжение и другое военное имущество. 5048 вылетов сделано к партизанам, доставлено около 3300 человек личного состава и более 1800 тонн груза, из которого более 1700 тонн боеприпасов. Вывезено из тыла врага около 8000 человек, из них более 5000 раненых. Кроме полетов к партизанам совершались полеты и в другие районы в тылу противника, куда сделано 1762 самолето-вылета, доставлено 2149 человек личного состава и 636 тонн груза, в большинстве своем боеприпасы.

Всего в тыл врага фронтовыми частями Аэрофлота сделано за год 6810 полетов и перевезено около 13500 людей и более 2500 тонн груза. Только отдесантировано, то есть сброшено на парашютах, более 5000 человек. И сделано все это на транспортных, маловооруженных, а подчас и совсем невооруженных самолетах. Не нужно обладать какой-то особой фантазией или воображением, чтобы представить себе полеты этих самоотверженных экипажей, всякий раз улетающих, прямо надо сказать, в неизвестность на занятую противником территорию… А из приведенных выше цифр мы с вами видим, что это были полеты массовые, всякий раз требующие максимального физического и морального напряжения сил всего экипажа. Полеты, где не прощаются малейшие ошибки или невнимательность, где не прощается не только растерянность, но и намек на нее, где лишь монолитность, слаженность экипажа могут решить успех выполнения задания. Не раз и сам выполняя различные задания на невооруженном самолете, я все же не могу описать все те требования, которым должен соответствовать экипаж, выполняющий такие задания, ибо, выполняя их, сталкиваешься все с новыми, не похожими на предыдущие полеты условиями.

Немало летчиков и членов их экипажей из фронтовых частей ГВФ отдали свою жизнь, выполняя такие задания…

Всячески помогая развитию деятельности ГВФ, лишь в одном вопросе, можно сказать, оставался я глух. Это относилось к просьбам руководства Аэрофлота об увеличении управленческого аппарата в связи с ростом объема работы. И вот почему.

Довелось как-то мне присутствовать при обсуждении вопросов об увеличении выпуска промышленностью боевой техники. В частности, обсуждалась возможность увеличения выпуска такой техники наркоматом станкостроения. Руководил этим наркоматом А. И. Ефремов[131], впоследствии заместитель Председателя Совета Министров СССР. Когда наркома спросили, есть ли у него такие возможности, Ефремов сказал, что возможности у него есть, но ему нужно помочь в ряде вопросов, называя которые он упомянул и о необходимости увеличения управленческого аппарата по всему наркомату, назвав цифру, кажется, в 800 человек. Верховный, как обычно, прохаживался по кабинету и внимательно слушал Ефремова. Когда тот закончил, Сталин, подойдя к нему, задал вопрос:

— Скажите, пожалуйста, вы слышали что-нибудь о фамилии Бугров?

— Нет, товарищ Сталин, такой фамилии я не слыхал, — ответил Ефремов.

— Так я вам тогда скажу, — помолчав немного, сказал Верховный, — Бугров был известным на всю Волгу мукомолом. Все мельницы принадлежали ему. Только его мука продавалась в Поволжье. Ему принадлежал огромный флот пароходов и барж. Оборот его торговли определялся многими и многими миллионами золотых рублей. Он имел огромные прибыли.

Сделав короткую паузу, Сталин спросил:

— Как вы думаете, каким штатом располагал Бугров для управления всем своим хозяйством, а также контролем за ним?!

Ответить на этот вопрос Ефремов, конечно, не мог, как и остальные присутствующие. Верховный некоторое время ходил и молча набивал трубку. Наконец он сказал:

— Раз вы все не знаете, я вам скажу. У Бугрова были: он сам, его приказчик и бухгалтер, которому он платил двадцать пять тысяч рублей в год. Кроме этого, бухгалтер получал бесплатную квартиру и ездил на бугровских лошадях. Видимо, бухгалтер стоил таких денег. Зря платить ему Бугров не стал бы, умел сводить концы с концами. Вот и весь штат. А ведь Бугров был капиталист и мог бы, видимо, иметь и больший штат. Однако капиталист не будет тратить зря деньги, если это не вызывается крайней необходимостью, хотя деньги и являются его собственностью.