Ланс Хорнер - Дьявол

— Мистер Махаунд, — он наклонил голову в знак уважения к Рори, — хоть я и сказал, что буду обращаться к вам только «мистер», полагаю, что исключительность случая позволяет мне временно пренебречь «мистером». Будучи окруженным мошенниками и плутами, у меня редко появляется возможность называть человека «сэр». Так что, сэр Родерик, конечно, если не возражаете, я хочу принести извинения за свою небрежность.

— Не понимаю, сэр. — Рори был сбит с толку. Он попытался поймать взгляд Тима, но тот не поднимал головы.

— О, вы слишком скромны, сэр Родерик. Джентльмен остается джентльменом, даже если он простой суперкарго. Я, конечно же, имею в виду ваше требование, высказанное в то злосчастное утро, когда вы появились на судне. Вы потребовали сатисфакции от матроса Тима О'Тула.

Спаркс откинулся в кресле, играя янтарными четками на шелковом шнурке, которые он пропускал сквозь пальцы, щелкая одной о другую.

— Да это давно забытая история, сэр. Я не держу зла на Тима. — Рори протянул Тиму руку через стол, но тот и не по шевелился, чтобы ее принять. — Вряд ли в этом можно винить Тима. Винить надо саму порочную систему вербовки матросов, сэр. Тим выполнял лишь то, что вы ему приказали, да сам себя и наказал, ничего не получив за свою хитрость. В конце концов, разве он не доставил меня туда, куда надо, пусть даже и через задний ход?

— О да. — Спаркс широко улыбнулся и щелкнул тремя костяшками четок подряд. — Тим у нас большой специалист по задним проходам. Однако надо быть терпимым в таком долгом плавании и закрывать глаза на нарушения законов его величества. А то рано или поздно всех придется вздернуть на нок-рее, и не останется ни единого морячка на кораблях Британии. Но я отвлекся. Речь шла о споре между вами и Тимом, и, хотя меня заподозрили в забывчивости, я ничего не забыл. Я всего лишь был поставлен в тупик.

— Давайте забудем про эту историю. Мы с Тимом стали друзьями.

— Ах вот оно что! — многозначительно подмигнул капитан Спаркс. — Так вы стали любовницей Тима, а? Или, наоборот, он вашей? Что ж, это станет еще интересней, потому что, видите ли, сэр Родерик, я дал себе слово немного поразвлечься, и все, что может придать пикантность этой истории, сделает развлечение еще интереснее. Так что, если вы с Тимом против, то для меня это будет еще увлекательнее.

— Но я не собираюсь драться с Тимом, — решительно возразил Рори и добавил с опозданием: — Сэр.

— Конечно, нет, — наслаждался игрой в кошки-мышки капитан Спаркс. — Ни один офицер на моем корабле не посмеет ввязаться в кулачный бой с простым моряком. Ну, а если ввяжется? И предположим, что матрос окажется получше бойцом? Он станет королем на баке. А если совсем серьезно, то он нарушит закон, который гласит, что если матрос поднимет руку на офицера, то это — бунт. Да и будет ли шотландский барон драться с таким портовым отребьем, как наш Тимми. Воистину он может сделать с ним все, что угодно, но только не драться! Вот в чем была у меня загвоздка, и должен признаться, она заставила меня поволноваться еще и потому, что прошлой ночью я был слегка разочарован, а я не такой человек, чтобы не принимать всерьез разочарования.

Спаркс встал, выбрал ключ на цепочке, привязанной к поясу, снял его с кольца и вручил Тиму.

— Матрос О'Тул, отоприте шкафчик над оружейным сундуком и принесите то, что там найдете.

Тим вышел из своего транса, протянул руку, взял ключ и пошел на другую половину каюты, следуя направлению указательного пальца Спаркса. Он отпер дверку в деревянной панели над большим сундуком с медными углами, но когда открыл ее, то отшатнулся, повернулся и посмотрел на капитана, лицо его было перекошено от ужаса.

— Только не это, сэр. — Тим готов был разреветься, как маленький ребенок. — Только не это, сэр. Этого я не могу сделать. Не могу.

— Не можешь? — передразнил его голос Спаркса. — Никто и не спрашивает тебя, что ты можешь, а что не можешь, и более того, всем на это плевать. Вынь то, что там есть, принеси сюда и положи на стол.

Медленно, трясущимися руками Тим потянулся к шкафу и достал два длинных плетеных кнута, свернутых и связанных в виде толстых колец. Обращаясь с ними так осторожно, как будто это были раскаленные докрасна куски железа, он принес их к столу и положил на зеленое сукно. Палец Спаркса указал на тесемки из сыромятной кожи, которыми они были перевязаны, и Тим развязал их, после чего Спаркс развернул один из кнутов и щелкнул им, расправив во всю длину. Кнут оказался около шести футов в длину, сужаясь от рукоятки толщиной в ползапястья до кончика чуть толще шнурка. Капитан еще раз хлестнул кнутом, с большей силой на этот раз, щелчок был подобен выстрелу пистолета, а потом бросил его на пол, где тот свернулся кольцами, как змея.

— В Италии это называется duello con scodiscios. — Улыбка не сходила с его лица. — Это редчайшее зрелище. Этот пережиток, должно быть, остался еще со времен гладиаторских боев в цирке. — Он адресовал улыбку Тиму: — Жуткое зрелище, Тимми, не так ли?

— Я видел это, — Тим бросил взгляд на змеиное кольцо на полу и передернулся. — Угу, сэр, видел, когда мы два дня стояли в Гаване на пути домой. Бились Пиблс с Мартинесом. Но то было совсем другое дело. Они готовы были убить друг друга: между ними была вражда. Да, сэр. Я видел это только раз и никогда в жизни не хочу больше увидеть ничего подобного. У Пиблса глаз мотался снаружи, а Мартинес хлестал его, превращая в кровавое месиво. Но между мистером Махаундом и мною нет вражды, сэр, он вам так и сказал.

— Ага, вражда появится, Тим, обязательно появится, как только ты почувствуешь первый удар кнутом мистера Махаунда, а он — твой, вы оба забудете про свою дружбу. Тогда уж каждый будет сам за себя: убить или быть убитым, хотя, — он протестующее взмахнул рукой, — я не позволю, чтобы дело дошло до убийства. Я должен помнить, что мистер Махаунд — племянник мистера Маккаэрна, и я не могу доложить ему, что его родственник сэр Родерик был убит обыкновенным моряком. А что касается тебя, Тим, я тоже не хочу твоей смерти. Ты хороший парень, и ты мне нужен. Но все будет совершенно законно и приемлемо, если вы оба встретитесь в таком бою. Твои кулаки, Тимми, не коснутся офицера, а мистеру Махаунду не придется дотрагиваться до тебя. Так что решено; и поверьте, мне пришлось-таки поломать голову над этой задачкой. Завтра вечером, когда пробьет шесть склянок, посередине корабля. Я прикажу боцману свистать всех наверх после мессы. И так как орудия эти давненько не были в употреблении, я дам по одному каждому из вас теперь же. Кожа утратила гибкость, и я рекомендую ее смазать. Кок предоставит вам в распоряжение свиное сало для этой цели, и я никоим образом не буду возражать, если вы попрактикуетесь в обращении с кнутами после дежурства. Однако не пытайтесь потерять их, выкинув за борт. Вам это не поможет, у меня есть еще одна пара. Бери кнут и уходи, Тимми, — он повернулся в кресле и указал на дверь.