Майкл Форд - Огонь Ареса

— О ней позаботятся, — ответил Страбо. — Послушай, хозяин поручил мне много дел, поэтому у меня больше нет времени. Должен ли я понять так, что ты отказываешься от этого предложения?

Времени на размышление не оставалось. Лисандр невольно подумал, что, видно, настала пора тех самых великих дел, о которых ему постоянно твердила мать. Он протянул руку к шее, где прежде висел амулет. Но его там не было.

Мать заметила его движение.

— Лисандр, где твой амулет? — Ее лицо смертельно побледнело. — Пожалуйста, скажи мне, что он на месте, — произнесла она дрожащим голосом.

«Какой же ты глупец!» — тихо выругал себя Лисандр. Но не успел он вымолвить и слова, как заговорил Страбо.

— Амулет украли, — честно сказал он, не отрывая глаз от Атеназии. — Видно, твоего сына так и тянет ко всяким преступникам.

— Почему ты мне ничего не сказал? — занервничала мать. — Ты ведь знаешь, какое значение имеет Огонь Ареса…

— Не хотел тебя расстраивать, — ответил Лисандр. — Я ничего не мог поделать. На меня кто-то напал у рынка, и он знал, что ищет…

— Твой дед думает, что похищение амулета, как-то связано с парнями, которые набросились на тебя позавчера, — сказал Страбо. — Правильнее всего искать его в казарме. Найдешь виновного, вернешь себе Огонь Ареса.

Наверно, Страбо прав.

— А как же моя мать? — спросил юноша. — Вы сказали, что о ней позаботятся. Она ведь не может остаться совсем одна. Не станет же принц Кирос заботиться о рабыне, которая не может заработать себе на пропитание…

— Пусть тебя это не волнует, — я сама о себе позабочусь.

Лисандр знал, что мать говорит неправду. В таком состоянии у нее не было ни малейшей возможности заработать себе на жизнь.

— Мне велено отвезти ее в дом Сарпедона, — пояснил Страбо. — Там ей выделят комнату и начнут лечить как следует.

Атеназия от удивления ахнула, Лисандр с волнением взглянул на нее. Страбо улыбнулся, но его глаза были холодны.

— Это меньшее, на что может пойти Сарпедон, — сказало он, затем спросил: — Итак, господин Лисандр, что мне передать ему?

Он оставит поселение илотов, покинет знакомые места. Даже с Тимеоном придется расстаться. Впереди ждет новая жизнь и новые испытания. Еще одна, более смутная мысль пришла в голову Лисандра.

«Так я смогу помочь Сопротивлению. Узнать замыслы спартанцев. Узнать своего врага и подготовить илотов».

— Прислушайся к Страбо, Лисандр, — заговорила мать. — Только так ты сможешь избавиться от участи илота. Никогда не думала, что у тебя появится такая возможность. В спартанскую школу трудно попасть, если ты лишь наполовину спартанец и за тобой нет никакого богатства. Там ты станешь мужчиной, и когда меня не станет, заживешь настоящей жизнью. — В ее глазах стояли слезы, но она была счастлива.

Лисандр обратился к Страбо.

— Пожалуйста, скажите Сарпедону, что я считаю большой честью принять его предложение.

— Это не все, — сказал посыльный. — Пока ты будешь учиться, тебе полагается слуга из илотов.

Эта мысль Лисандру не понравилась.

— Слуга мне не нужен. Я уже давно обслуживаю себя сам. Никто не заслуживает участи раба.

— Так принято, господин. Тебе не обязательно бить своего раба, хотя некоторые ученики делают это не без удовольствия. Разве у тебя здесь никого нет? Может, у тебя есть друг?

«Как же я мог забыть, — подумал Лисандр. — Конечно, есть!»

— Я возьму с собой Тимеона, — заявил он.

— Вот и хорошо, — ответил Страбо. — Я приду завтра утром. А пока проведи время в обществе матери.

Страбо поднялся и вышел.

В тот вечер Лисандр с матерью, сидя у лачуги, радовались последним лучам заходящего солнца. Когда Страбо ушел, Атеназия проспала всю вторую половину дня, а сейчас оба почти не разговаривали. Илоты, возвращавшиеся с полей, странно поглядывали на них, но никто не спросил, почему они в этот день не вышли на работу.

— Мама, — нарушил молчание Лисандр, — а что в этом Огне Ареса такого особенного?

Атеназия продолжала смотреть на небо, солнце уже садилось за горизонт. Мать поджала губы.

— Я не хотела ничего рассказывать, ибо подобное знание чревато опасностями. Я не думала, что ты каким-то образом разделишь жизнь того, кому принадлежал амулет прежде — твоего отца. А до него амулет принадлежал Сарпедону. А до этого отцу Сарпедона. И так с самой Троянской войны, которая разразилась шестьсот лет назад. Ты слышал историю о царе Менелае? — Лисандр покачал головой. — Много столетий тому назад в Спарте были не два, а один царь. Его звали Менелай. Его супруга Елена была самой красивой женщиной в Греции. Ее похитили мужчины, прибывшие со стороны Эгейского моря, мужчины из города Трои. Вместе с Еленой эти люди забрали все ее богатства и драгоценности. Все, кроме амулета. Менелай нашел его на берегу, от которого отплыли троянские похитители. Так он узнал, что случилось с его супругой. Менелай назвал этот амулет Огнем Ареса и поклялся на нем вернуть Елену. На оборотной стороне амулета есть надпись на древним языке. Она гласит: «Огонь Ареса воспламенит праведных».

Менелай вместе со своим братом Агамемноном собрал огромный флот и отправился в Грецию. Там он одержал победу, но лишь через десять лет. Все десять лет Огонь Ареса оберегал Менелая, а после победы Елена подарила амулет своей дочери Гермионе. С тех пор его передают из поколения в поколение.

— Как же Огонь Ареса уцелел за это время? — спросил Лисандр.

— Он обладает уникальной силой, — ответила мать без намека на шутку. — Той самой, что привела царя Менелая в Трою и помогла ему разрушить стены вражеского города. Этой силой будет обладать тот, у кого окажется амулет. Он олицетворяет собой древний род, которому ты обязан своим существованием. Алый цвет камня — твоя родословная, твоя связь с прошлым.

Лисандр понял, что должен любой ценой вернуть камень.

Мать протянула к нему руки.

— Не сомневаюсь, что буду тобой гордиться, — сказала она и прижала сына к груди.

Солнце давно ушло за горизонт.

ГЛАВА XI

Лисандр вместе с Тимеоном и Страбо подошли к казарме. — Мы будем жить здесь? — спросил Тимеон, разглядывая стоявшее перед ними здание. — Оно не радует глаз. Могли бы построить и получше, правда?

Лисандр был вынужден признать, что друг прав. Казарма представляла собой огромное квадратное деревянное одноэтажное здание. Он видел лишь две стены, но на каждой из них были двери и ряд окон, расположенных гораздо выше человеческого роста.

— Подождите здесь, — велел Страбо и исчез в казарме.