Пьер Понсон дю Террайль - Тайны Парижа

Эти слова были сказаны даже с некоторым волнением, которое глубоко тронуло капитана. В том унижении и полном одиночестве, в которых находился капитан вследствие, угрызений совести, в том презрении к себе, которое не давало покоя этому несчастному, ему показалось, что сочувствие лакея явилось как бы утешением в его страданиях.

Он молча смотрел на Жермена.

— Право, — продолжал лакей, — нельзя прожить с человеком несколько лет без того, чтобы не полюбить его хоть немного, к тому же, видите ли, преступление связывает людей так же прочно, как и все остальное…

— Молчи! Молчи! — воскликнул капитан. — Ради всего святого, замолчи!

— Ну, ладно! — согласился Жермен. — Не будем больше говорить об этом. Что сделано, то сделано: что было, то прошло, и баста. Теперь, мой дорогой господин, позвольте мне сказать вам только одно: быть может, я поступил легкомысленно, украв шкатулку, но вы знаете, что случай родит вора… простите меня…

Дойдя вследствие угрызений совести и страданий до такого состояния нравственного озверения, в каком находился капитан, человек бывает иногда способен задавать самые наивные вопросы.

— Разве ты раскаялся, — спросил он, — и хочешь вернуть мне шкатулку?

— Как бы не так! — вскричал Жермен, который не мог удержаться от громкого взрыва смеха. — Вы неподражаемы, мой добрый барин. Правду говорят, что крайности сходятся, умные люди говорят глупости, старцы впадают в детство, и грех ведет к добродетели. Вы становитесь наивны, точно красная девушка, которая только что появилась на свет.

И Жермен со смеху катался в кресле.

— Разве люди, подобные нам, возвращают то, что раз взяли? — спросил он, продолжая смеяться.

— Так зачем же ты явился сюда? — спросил Жермена Гектор Лемблен смешавшись.

— Я пришел повидаться с вами.

— Неужели?

— Повидаться и дать вам добрый совет. Видите ли, я уже говорил вам, что люблю вас, мой дорогой капитан, и хоть я поставил себя в такие условия, что больше не нуждаюсь, но позвольте мне сказать вам еще раз, что я скучал без вас.

— Благодарю, — пробормотал Гектор Лемблен, против воли впадая снова в презрительный тон.

Жермен, по-видимому, не обратил на это внимания и продолжал:

— Я пришел оказать вам покровительство.

— Ты?

— Я.

— Да это верх наглости!

— Скажите лучше, верх доброты с моей стороны, потому что — честное слово! — вы не заслуживаете той привязанности, которую я питаю к вам. Ну что ж, все равно! Я хочу быть благородным и великодушным, хочу оказать вам услугу без вашего спроса.

— Что значат твои слова?

— Я хочу доказать, что вас обманывают.

— Но… кто?

Капитан задал этот вопрос, весь дрожа.

— Гм, да «эта дама», черт возьми! — ваша будущая жена.

— Жермен, берегись! — прошептал капитан, в сердце которого проснулась прежняя любовь к Даме в черной перчатке.

— Если уж я пришел сюда, чтобы сказать вам всю правду, так дайте же мне договорить до конца!.. — воскликнул Жермен.

— Говори, — вздохнул Гектор Лемблен, покоряясь властному тону Жермена.

— Видите ли, дорогой капитан, я пришел сюда единственно за тем, чтобы помешать вам совершить одну глупость.

— Какую глупость?

— Жениться…

— Я люблю ее! — произнес капитан тоном, в котором слышалась решимость.

— Клянусь вам, что вам не отвечают взаимностью.

— Ты лжешь!

— Хотите, я вам докажу противное?

Капитан покачал головой с упрямством капризного ребенка.

— Ответьте на мои вопросы, — настаивал Жермен.

— О чем ты хочешь спросить?

— Вы вернулись из Парижа два дня назад?

— Да.

— Где была mademoiselle де Рювиньи, когда вы приехали сюда?

— Каталась по морю.

— В лодке?

Капитан нахмурил брови.

— Не знаю… она не хотела мне сказать… это ее тайна.

— Ладно! Я знаю ее…

— Ты знаешь?

— Погодите. Разве она не выразила желания, чтобы вы каждый вечер от восьми до десяти часов уезжали кататься верхом?

— Правда.

— А вы знаете зачем?

— Она говорит, что хочет меня испытать. Жермен пожал плечами.

— Вчера вы уехали с майором; он заставил вас объехать все соседние леса, не объяснив даже зачем, держу пари.

— И это правда!

— Затем в десять часов, когда вы вернулись, он попросил вас протрубить в рог. Знаете зачем?

— Нет.

— Чтобы предупредить в замке, что вы вернулись.

— Значит, эта женщина меня обманывает?

— Весьма вероятно.

— Как! Ты не уверен?

— Ах, черт возьми! Разве можно быть когда-нибудь уверенным в подобных вещах?

— Жермен, — пробормотал капитан, скорее с огорчением, чем с досадой, — ты заставляешь меня дорого расплачиваться за…

Жермен остановил капитана движением руки.

— Погодите, капитан, я наперед знаю все, что вы хотите мне сказать. Во-первых, вы любите дочь генерала, а любимые женщины всегда обладают всеми добродетелями. Затем мы находимся в Рювиньи, в уединенном замке на берегу моря, на расстоянии ста верст от Парижа и женской неверности. Невозможно допустить, чтобы женщина, которая живет здесь всего только две недели…

— Правда, — согласился капитан.

— Я могу утвердительно сказать только одно, — продолжал Жермен, — а именно, что третьего дня и во все предшествующие дни «эта дама» и майор, который является ее злым гением, вышли во время густого тумана из дома и сели в лодку, которой управлял какой-то неизвестный мне человек.

— Дальше, — проговорил капитан, задрожав от ревности.

— Вчера вы отправились в лес между восемью и десятью часами, и вот, в восемь с половиной часов, какой-то человек вошел в замок, а вышел оттуда как раз в ту минуту, когда вы затрубили под стенами…

— И ты не врешь?

— Я повторяю вам, что вас обманывают.

— Но с какой целью?

— Не знаю.

— О, — прошептал капитан, дрожа от злобы, — я доищусь правды и отомщу за себя!

— И хорошо сделаете.

— Сегодня вечером…

— Слушайте, — прервал капитана Жермен, — сегодня вечером, если вы позволите мне дать вам совет, уезжайте, как и вчера.

— Нет! Нет!

— Погодите. Доехав до леса, дайте шпоры лошади, опередите майора и возвращайтесь в замок около девяти часов.

— Хорошо, — согласился капитан, — и я внезапно войду к ней.

— О, нет… не спешите так.

— Что же мне делать?

— Вы оставите лошадь на мельнице, пойдете по дороге, которая ведет к морю, и подниметесь в замок по Таможенной тропинке… знаете?

— А потом?

— Потом возьмите пистолеты, которые вы предварительно тщательно вычистите и зарядите двумя пулями.