Вольф Серно - Тайна затворника Камподиоса

– Ну, не знаю, кирургик, не знаю...

– Позвольте сказать, сэр, – Витус тщательно подбирал слова. – Думаю, раненые на «Аргонавте» нуждаются в моей помощи и уходе, поэтому мое пребывание там необходимо.

– И, разумеется, вы хотите продолжить в Англии поиск ваших родственников?

– Признаюсь, сэр, эта мысль тоже присутствует.

– По крайней мере вы не лукавите, – Таггарт посмотрел Витусу прямо в глаза. – Я принимаю ваше предложение, хотя мысль о том, что я буду вынужден обойтись без вас, меня не особенно греет. Помимо этого я считаю, что Кэтфилду и впрямь стоит дать шанс... – Тип-пер-тон!

Тот появился две минуты спустя.

– Извините, сэр, вы хотели, чтобы вам никто не мешал...

– О том, что я хотел и чего не хотел, можете мне не напоминать! – прикрикнул на него Таггарт. – Пришлите ко мне Кэтфилда, и поторопитесь!

– Да, сэр!

Прошла минута с небольшим, и Кэтфилд вытянулся по струнке перед капитаном. Он был спокоен, однако, судя по всему, испытывал сильную боль. Его нос был заметно свернут вправо.

– Явился по вашему приказанию, сэр!

– Хорошо. Типпертон, можете быть свободны.

Таггарт сразу взял быка за рога:

– Кэтфилд, я принял решение предоставить вам еще один шанс. Вы вернетесь на «Аргонавт» и будете на нем за капитана. Доведите корабль до Портсмута. Я отряжу вам еще матросов из команды «Фалькона», они тоже будут в вашем подчинении.

– Сэр, я... сэр... – Кэтфилду потребовалось некоторое время, чтобы осознать, как ему повезло. Забыв о боли, он просиял: – Благодарю, сэр, благодарю от всей души! Я вас не подведу!

– Благодарите кирургика, это он замолвил за вас словечко.

– Кирургика? – Кэтфилду опять потребовалось некоторое время, чтобы переварить эту новость. А потом решительно подошел к Витусу и затряс его руку:

– Я вам так признателен, кирургик! Могу лишь повториться: я сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти «Аргонавт». Смею вас заверить, вчера я ни в коем разе не собирался...

– Кэтфилд, – перебил его Таггарт, – по пути в Англию у вас будет предостаточно времени, чтобы объясниться с кирургиком.

Он взял большой лист бумаги, на котором красивым летящим почерком был написан адрес:

Супруге капитана корабля

Тимоти Эванса

лично в руки через

– Как ваше имя, Кэтфилд?

– Ричард, сэр.

Капитан взял перо, обмакнул в большую чернильницу и аккуратно дописал под этими строками:

Ричарда Кэтфилда

– Вот так. – Таггарт подсушил чернила песком, скатал лист в трубку, запечатал сургучом и положил в парусиновый мешочек. – Вот, Кэтфилд. Поручаю это вам. По прибытии в Портсмут первым делом наведите справки о том, где проживает семья капитана Эванса, и навестите ее. Вручите хозяйке дома мое послание. В нем я выражаю свои соболезнования и поручаю ей снять в моем банке деньги для своих нужд, деньги на сумму... Это не имеет значения... Надо помочь бедной женщине.

– Благодарю, сэр. Можете на меня положиться.

Заметив, что кирургик хочет что-то сказать, Таггарт обернулся:

– Сэр?

– Я прошу вашего разрешения, чтобы в Англию со мной отправились мои друзья – магистр Гарсия и малыш Энано. При условии, конечно, что это совпадает с их желанием.

Таггарт криво усмехнулся:

– Предугадав направление, которое примет наш разговор, я предварительно поговорил с обоими. И оба сказали, что рады будут отправиться в Англию. При том, однако, условии, что вы тоже желаете этого.

– Значит, решено? – обрадовался Витус.

– Решено, – кивнул Таггарт. – Типпертон! Тип-пер-тон! Черт побери, куда подевался этот соня?

Тот стремительно вбежал в каюту.

– Слушаюсь, сэр!

– Проводите меня с обоими офицерами к команде, которую мы отряжаем на «Аргонавт». Вы упоминали, будто они собираются что-то мне передать?

– Так и есть, сэр!

На палубе, на теплом полуденном солнце выстроились матросы «Фалькона». Они подравнялись, лица серьезные. Сбоку, у борта, стоял Мак-Кворри и смотрел на шлюпку, плясавшую на волнах. В ней уже сидело несколько будущих матросов «Аргонавта», в том числе и Магистр с Энано. Маленький ученый замахал Витусу руками, указывая на целый ряд узелков и пакетов у них под ногами и за спиной. Витус понял, что все его имущество там же. Хорошо, когда есть верные друзья. Особенно сейчас, когда он потерял Арлетту. Арлетта... Он заставил себя отвлечься от мыслей о ней. Рядом с Мак-Кворри стоял Род, у которого в руках было что-то блестящее. Худощавый шотландец с длиннющими ручищами отделился от релинга и приблизился к Таггарту:

– Сэр, от имени бывших моряков «Фалькона» мне поручено передать вам вот это, – и он высоко поднял вверх позолоченную астролябию. – Примите это от нас с благодарностью на добрую память!

Витус недоумевал, где это матросы раздобыли подобную редкость? Пока не понял, что источник был один: капитан Болдуин. Хорошо было бы, чтобы он при этом не сильно урезал долю матросов...

Лицо Таггарта стало непривычно серьезным и вместе с тем грустным. Приняв астролябию, он нашел удивительный ответ на этот жест матросов:

– Благодарю вас, парни, но взять ее у вас не могу. – Он поставил астролябию на релинг. – Слишком дорогая это вещь, мне не пристало получать от вас такие подарки. Однако я хочу отблагодарить вас по-своему. Хотя вы, мерзавцы, были самой ленивой сворой, с которой я когда-либо выходил в море! – Таггарт улыбнулся так широко, что, казалось, даже шрам на его щеке растянулся.

Кое-кто захихикал.

– Тихо! – прикрикнул Таггарт, подняв руку. – Вы должны понимать, что вас ждет теперь самое суровое испытание в жизни. И не смейте это недооценивать! Будьте бдительны и осторожны, Избегайте любых прямых столкновений – лишь бы добраться до Портсмута! Молитесь, чтобы Посейдон не слишком раздувал щеки. И еще: держитесь друг за друга крепко, как будто вас спаяли, не то отправитесь на корм рыбам. И не забывайте: «Аргонавт» не что иное, как склеенное сито.

Таггарт перевел дыхание. Глаза всех были обращены на него, даже впередсмотрящий с фок-мачты смотрел вопреки правилам не в сторону горизонта, а на капитана.

– Добраться на этом корабле домой неимоверно трудно. Поэтому командовать вами будет офицер, который знает вас лучше других: вы будете служить под началом Ричарда Кэтфилда!

Кэтфилд сделал шаг вперед и сдержанно поклонился; его свернутого на бок носа никто не заметил. Матросы в шлюпке удивленно задрали головы, но особого значения происходящему не придали: раз Старик так решил, значит, так и должно быть.

– А теперь, парни, я освобождаю вас от принесенной присяги. Счастливого пути, «аргонавты»!