Николай Дмитриев - Венская сказка

Тереза спрыгнула с сиденья и, помогая поручику сойти прямо на ступеньки, радостно улыбнулась.

— Ну, вот и добрались!

— Угу… — поручик взялся за перила, огляделся и спросил: — Ну и где тут твои апартаменты?

— Да вот же, вот! — Тереза показала на первые двери, чередой выходившие на длинный полубалкон. — А магазинчик с улицы, там и витрина, и вход, а если в комнаты, то лучше отсюда…

Поясняя все на ходу, Тереза быстренько рассчиталась с возчиком, открыла замок и, распахнув настежь двери, помогла поручику войти в квартиру. Очутившись в передней, Ян усмехнулся.

— И что, кроме тебя, тут никого?

— Никого! — Тереза с облегчением расстегнула крючок на платье. — Раздевайся, Янчику, сейчас я себя с дороги в порядок приведу, а потом за тебя возьмусь.

— Дела… — прихрамывая, поручик обошел две небольшие комнатки, кухоньку и неожиданно предложил: — Слушай, а может, мне все-таки лучше в отель?

— Никаких отелей! — обиделась Тереза. — У меня будешь жить. Куда тебе с твоей ногою в отель…

— А люди что скажут?

— А что мне люди? — Тереза уже успела переодеться в халат. — Ты дурного в голову не бери, Янчику. Сейчас ванну нагреем, я тебя отмою, и ты у меня за три дня на ноги встанешь.

Уже через час поручик, жмурясь от удовольствия, лежал на кушетке, а Тереза вытирала полотенцем его чисто вымытые волосы и сокрушалась:

— Янчику… Ну почему твоя голова так долго сохнет? Я хочу тебе прическу сделать…

— Так еще ж рано, — со смехом упирался поручик. — Ты вон на себя посмотри…

На голове у Терезы торчал тюрбан мокрых, туго закрученных волос, но это ее не беспокоило. Наоборот, девушке, во что бы то ни стало, хотелось немедленно причесать Яна.

— Ладно, делай что хочешь, — поручик перестал сопротивляться.

— А ты от меня никуда не пойдешь? — заглянула к нему в лицо Тереза.

— Пока нет… Полежу у тебя дня три, а потом все равно в отель.

— Зачем, Янчику?

— Ты что, забыла про мобилизацию? И потом фрау Карличек может или проболтаться, или написать пану Венгржановичу. И еще… — Поручик помолчал и после паузы, со значением, закончил: — Еще был Дунай, милая…

— Они что, тебя ищут? — встрепенулась Тереза. — Ты ж мне говорил, что с этим можно покончить.

— Можно было бы… Если б не мобилизация. Ты вспомни, сколько сейчас славян в цесарском войске? Даже украинцев, местных… И в русской армии треть солдат — тоже украинцы. Не понимаешь, что это значит?

— Ой, Янчику… — Тереза испуганно схватилась за щеки. — Я об этом не думала…

— Зато я думаю. Потому первое, — поручик загнул палец. — Мы обустроим наши дела, и я переберусь в отель… Второе, мне необходимо выяснить, как цесарцы украинский вопрос решать собираются… Между прочим, как того хлопца фамилия? Помнишь, ты как-то о нем говорила? Юрко… Юрко…

— Юрко? Грицишин? — удивилась Тереза. — Зачем он тебе?

— Думаю, он обязательно знать это должен.

— Так, поняла, — девушка кивнула. — Я вас познакомлю.

— Правильно, так лучше будет, — согласился поручик и внимательно посмотрел на Терезу. — Я в отеле как Мацей Сеньковский запишусь, и Юрку своему тоже так меня отрекомендуешь. Пускай пана Тешевского тут пока не будет, ладно?

— Что, тоже Дунай? — Тереза прикусила пальцы.

— Тоже, — кивнул поручик.

— А потом? Потом, Янчику… С фамилией, как будет?

— А ничего не будет, — поручик пожал плечами. — Ну, Юрку, наверное, кое-что пояснить надо будет, а вообще… У меня что, не может быть двойного имени? Скажем, Ян-Мацей Сенько-Тешевский, а? Такая фамилия тебя устроит?

— Ой, Янчику, какой же ты выдумщик! — и Тереза, устраиваясь на кушетке поудобнее, прижалась к поручику…

Ажиотаж первых дней мобилизации несколько стих, и теперь улицами Львова двигался обычный пешеходный поток. Озабоченные люди сновали по тротуарам или ехали в полуоткрытых трамвайчиках, а более солидная публика, конечно же, пользовалась если уж не собственным выездом, то, по крайней мере, наемным экипажем.

В этом потоке, гудя клаксонами и стараясь обогнать всех, проезжали немногочисленные авто, зато грузовые платформы, запряженные могучими тяжеловозами, наоборот, своей медленной важностью сдерживали общее движение, а их длинные тормозные рычаги словно напоминали всем вокруг, что особо торопиться никак не следует.

Через толпу, сгрудившуюся возле отеля «Жорж», стараясь остаться незамеченными, не спеша, пробирались Тереза и сопровождавший ее Юрко Гричишин. Изображая опытного конспиратора, он время от времени оглядывался и в который раз, напуская на себя важность, спрашивал Терезу:

— А ну расскажи еще раз, что ты ему говорила про меня?

— Ой, Юрко, до чего ты дотошный! — возмутилась Тереза и, укоризненно поглядывая на спутника, начала: — Ну, говорила, что ты учился одновременно со мной, что ты в украинских делах — дока. И вообще… Да сколько можно повторять?

— Сколько нужно, — с юношеским максимализмом оборвал ее Юрко и продолжать гнуть свое: — А познакомилась ты с ним в ратуше, на благотворительном базаре и еще он специально сюда приехал, так?

— Ой, Юрко, я ж тебе одно и то же толкую… Пан Сеньковский — украинец, и его очень волнует украинский вопрос. Тем более, его вот-вот мобилизовать должны…

— Ну ладно, — в конце концов смилостивился Юрко. — Не обижайся. В нашем деле проверка никогда не помешает!

— Слушай, если уж согласился, то чего теперь начинать? — всерьез рассердилась Тереза. — Сейчас я вас познакомлю, и проверяй его сколько угодно!

— И проверю… — Юрко закрутил головой. — Ну, где он?

— Вон стоит… — Тереза показала на поручика, который, и правда, уже ждал их возле входа в отель.

— Подождем малость, — Юрко придержал Терезу. — Понаблюдаем…

Поручик тоже увидел Терезу с Юрком, но, поняв, что они зачем-то остановились, принял равнодушный вид и отвернулся. И вдруг возле него, как из-под земли, выросли два жандарма.

— Пан Мацей Сеньковский?

Поручик кинул быстрый взгляд на Терезу, словно оценивая степень опасности, и только после этого пренебрежительно протянул:

— Так, это я…

— Следуйте за нами!

— Как вам будет угодно…

Поручик пожал плечами, едва заметно улыбнулся Терезе, сделал два или три шага вместе с жандармами и совершенно неожиданно, откинув их в стороны, одним прыжком вскочил на ступеньку трамвая, проезжавшего рядом. Какой-то момент жандармы растерянно метались по тротуару, не понимая, что случилось, а когда наконец сообразили, что задержанный так нагло сбежал, трамвай вместе с беглецом, звеня на повороте, уже уехал за угол.

Убедившись, что преследователи его не видят, поручик оттолкнул кондуктора, вознамерившегося содрать с него штраф, и на ходу спрыгнул с трамвая. Немного пробежав за вагоном, он ловко присоединился к пешеходам.