Король Теней - Роберт Рик МакКаммон

Телохранитель верхом на лошади помчался вперед, выхватив пистолет и подняв его вверх. Ник выстрелил, и пуля, должно быть, попала в лошадь, судя по тому, что животное издало пронзительный крик боли, встало на дыбы и сбросило всадника, который приземлился, и его шея отвратительно хрустнула. Серая треуголка телохранителя закружилась в воздухе, словно заблудившийся лист на ветру.

Пока Трауты перезаряжали свои пистолеты, Мак застыл. В одном из окон кареты показалось мужское лицо, а рядом с ним замаячил пистолет. Пуля просвистела мимо правого уха Мака, затем Ник выстрелил в карету, выбив осколок дерева из края окна, откуда только что показался телохранитель.

— Сдаюсь! Сдаюсь! — раздался внезапный мужской крик из кареты.

— Брат Донни усмирил этого ублюдка, — самодовольно сказал Ник. — Пойдем, Неммингс, посмотрим на наш приз.

Последовав за Ником, Мак убедился, что молчаливый Траут взял ситуацию под контроль. Он распахнул дверь с задней стороны кареты и стоял, направив пистолет на мужчину, которого Мак вспомнил: он приходил вместе с Бакнером во время визита в поместье ДеКеев. Напротив него, прижавшись друг к другу, сидели пожилая женщина и молодая девушка, за которыми Мак часто наблюдал за последние месяцы. Но теперь, когда он видел их так близко и такими напуганными, он почувствовал, как ярость, подталкивавшая его к похищению, начала съеживаться.

Эта девочка… она была так молода. Ей было не больше четырнадцати. Даже с перекошенным от шока лицом она была очень хорошенькой: светло-каштановые волосы ниспадали на плечи, глаза были на тон или два светлее, высокие скулы выглядели аристократично, нос имел плавный изгиб, а правильный ротик напоминал идеальный лук купидона. Очевидно, внешне она взяла много от матери, а не от отвратительного негодяя, мнящего себя титаном. Девочка куталась в бирюзовое пальто с норковым воротником, на голове сидела норковая шапочка, украшенная голубой лентой. Мать и дочь цеплялись друг за друга, пока так называемый телохранитель ежился на противоположном сиденье, а его разряженный пистолет валялся на земле рядом с Донни.

— Здравствуй, Дженнифер, — услышал Мак свой собственный голос. Он звучал резко и казался чужим.

Девочка — боже, еще совсем ребенок! — вздрогнула. Ее огромные перепуганные глаза уставились на пистолет в руке Мака. Он опустил его.

— Забираем ее, — рявкнул Ник. — Сейчас или никогда.

Дженнифер пролепетала:

— Пожалуйста, сэр… пожалуйста, сэр…

— У нас есть деньги. — Мать отпустила дочь, чтобы положить руку на кожаный ридикюль, висевший у нее на боку. — Забирайте все.

— Пожалуйста, сэр, — снова пробормотала Дженнифер, обращаясь к Маку.

Донни потянулся и забрал ридикюль.

— Теперь деваху, — оскалился Ник. Он помахал пистолетом из стороны в сторону. — Поднимай-ка попку, деточка.

Мать внезапно поняла, в чем дело. Она снова вцепилась в свою дочь, ее глаза вспыхнули яростью, и она вздернула свой изящный подбородок.

— Вы с ума сошли?! Забирайте деньги и оставьте нас в покое!

— Не делайте нам больно… — пролепетала Дженнифер и заплакала. — Мама, они сделают нам больно?

— Нет. Они собираются забрать деньги и оставить нас в покое!

— Что скажешь, друг? — подтолкнул Ник. — Мы должны убраться с этой гребаной дороги!

В одно ужасное мгновение Мак понял, что это неправильно. Какую бы ненависть он ни питал к Джайлзу Бакнеру, похищение этого невинного ребенка не было способом смягчить ее. Стоило подумать об этом, как ненависть скрутила узлом его внутренности и впилась в них, словно ядовитая змея.

— Трусы! — выплюнула мать. — Отбросы общества! Не сомневайтесь, мой муж заставит вас поплатиться за это!

Ее рука взметнулась вверх, схватила бандану, скрывающую лицо Мака, и сорвала ее.

В панике Мак потянулся, чтобы ухватиться за ткань, но поднял руку с пистолетом. Легкое давление на спусковой крючок активировало клинок, который выстрелил из своего углубления и проткнул женщине горло. Она откинула голову назад, захлебываясь, и Мак не смог отрегулировать давление на спусковой крючок, что привело к выстрелу. Пуля пробила затылок женщины, ее мозги разлетелись по стене кареты. Из окон повалил дым.

Мак вскрикнул от ужаса. Дженнифер уставилась на него с отсутствующим выражением лица. По щекам ее матери текла кровь. Словно в замедленном течении времени девочка повернулась, уставилась на обломки черепа матери… издала тихий всхлип… стон… хныканье… всхлип. Ее рука потянулась, чтобы коснуться мокрых волос мертвой женщины.

— О, боже, только глянь на это, — сказал Ник, наблюдая за этим лепестком, дрейфующим на ветру. В следующее мгновение он переключил свое внимание на съежившегося на сиденье телохранителя.

— Я не люблю, когда в меня стреляют, — буркнул он и ударил стволом пистолета по переносице мужчины. Кровь хлынула из разбитого лица, и мужчина — без признака прежней суровости — сполз с сиденья, рыдая, как сломленный мальчишка.

— Готово, — объявил Ник.

Донни выволок Дженнифер из кареты, как мешок с грязным бельем. Когда она пошатнулась и упала, он поволок ее за руку к повозке с сеном.

— Что ж, — сказал Ник, покачав головой. — Пора кончать здесь.

«Пора кончать» означало использовать топор, который они принесли, чтобы разнести колеса кареты в щепки. Когда дело было сделано, Ник схватил «мистера Неммингса» за воротник пальто и потащил его к телеге, потому что Мак внезапно застыл и обмочил свои штаны.

Донни тем временем связал Дженнифер запястья и лодыжки, затолкав ей в рот кляп и накрыв ее сеном, прежде чем влезть в повозку. Каким-то образом Мак оказался вместе с Ником на месте кучера. Команда «вперед!» была произнесена, упряжка тронулась рысью под ударом кнута, и разбойники покинули место происшествия, отправившись в путь к Лондону. Если