Вольф Серно - Тайна затворника Камподиоса

– А ветер порядочный, – заметил Магистр и, подобно опытному морскому волку, поглядел на небо.

Бледная луна лила на палубу тусклый свет. Такелаж поскрипывал на ветру, и над ними, подобно огромному щиту, раздулся большой парус – тугой, плотный, отливающий серебристым цветом. На верхней палубе матросов не было видно. Устойчивый ветер сжалился над несущими вахту матросами: они подремывали под раздутыми парусами, прислонившись спинами к поднятым крышкам люков, к ящикам и устроившись между сложенными на палубе запасными парусами.

– Да, похолодало, – согласился Витус, обхватив себя за плечи, чтобы немного согреться. Они дошли до спасательной шлюпки, довольно большой и занимающей поэтому значительную часть свободной от надстроек палубы. Сейчас в ней находилась еще и маленькая лодка, которую обычно спускали на воду, когда требовалось доставить на судно немного провианта и питьевой воды. Обе лодки сверху были прикрыты непромокаемой парусиной. Род рассказал Витусу, что в большой спасательной шлюпке находится неприкосновенный запас сухарей, сушеной рыбы и бобов. И еще бочонок с питьевой водой.

– Пойдем на подветренную сторону, там поспокойнее...

Они обошли лодки и, зябко поеживаясь, встали с подветренной стороны. Свежий воздух – это немалое благо после омерзительного запаха пота, мочи, испражнений и рвоты, почти постоянно стоявшего в матросском кубрике.

– Я слышал, будто мы направляемся в Гвинею, чтобы задешево получить там от местных князьков, которых хозяину удастся заболтать, их соплеменников – причем по дешевке! – маленький ученый подул себе на ладони.

– Да, о чем-то похожем я слышал от Фернандеса. Между прочим, если я не ошибаюсь, ему самому эта перспектива не очень-то улыбается.

– Еще бы! Он моряк, а не работорговец. – Магистр всплеснул руками. – Я спросил его, где мы пристанем к берегу – на Канарских островах или на Мадейре. Но он этого не знал. По-моему, и цель похода, и сам курс в точности известны одному Нагейре, которого ты столь великодушно избавил от его болезни.

– Не все ли равно, в какой порт мы войдем, – Витус понизил голос. – Нам нужно бежать, к какому берегу мы ни пристали бы.

– Витус? – прозвучало едва слышно.

– Да?

Маленький ученый промолчал.

– Так что, Магистр?

– Я ничего не сказал.

– Но ведь ты только что произнес «Витус»?

– Ничего я не говорил.

– Витус!

– На сей раз это действительно не ты. – Витус не сводил глаз с Магистра. – Но тогда кто же?

– Витус! – снова послышался слабый голос, только чуть-чуть погромче и увереннее, чем в первый раз.

Рука, как у ребенка, появилась из-под парусины, которой была прикрыта большая шлюпка, и принялась развязывать найтовку.

– Это «заяц»! – воскликнул Магистр несколько громче, чем ему самому хотелось бы. – Откуда ему известно твое имя?

Они помогли обладателю маленькой руки поскорее справиться с парусиной. Витус огляделся. Никто на палубе на них внимания не обратил. Он быстро наклонился и помог подняться на ноги человеку, упавшему через борт шлюпки прямо ему под ноги. «Заяц» выпрямился во весь свой небольшой рост.

– Спасибо, Витус, – проговорил он писклявым голосом, стащил с головы голубой капюшон и поднял голову.

Это был карлик.

– Опять ты?! – Витус отступил на шаг назад. – Как ты вообще попал на судно?

– Точно так же, как и ты, – карлик преданно посмотрел на Витуса. – Я замешался в группу отравленных каким-то пойлом, которых Батиста притащил на галеон. Все последнее время я... э-э-э... после той истории в «Каса-де-ла-Крус» был постоянно рядом с тобой; я тебя из виду не терял...

– Значит, это ты! А я-то думал... – вырвалось у Магистра. – Тот самый человек, из-за которого Витус попал с тюрьму...

– Уи, уи! – карлик опустил глаза. – Мне стыдно, мне правда очень стыдно... святой Марией клянусь.

– И чем же мы обязаны? – сдержанно спросил Витус.

– Я хочу искупить свою вину, – карлик по-прежнему смотрел себе под ноги. – Ты меня тогда спас, в «Каса-де-ла-Крус», хотя из-за меня такого натерпелся... Со мной никогда так не было, чтобы за меня заступались. Особенно человек, которого я... чтобы мне такой человек помог... вот я и подумал... и захотел...

Карлик умолк, потом встряхнулся и сказал, глядя Витусу прямо в глаза:

– Я хотел только искупить свою вину... и сейчас этого хочу!..

– Хм... Это не ты ли помог нам с медицинскими банками и горчичными семенами?

– Да, это был я. – Маленькие глазки карлика блеснули в тусклом свете сумерек. – Я достал их, когда узнал, что они тебе понадобились. Хотя это было очень непросто, можешь мне поверить...

– Охотно верю.

– Был я и в трактире «Инглез». Хотел предупредить тебя насчет этой выпивки, но ты уже успел отхлебнуть. Вот я и подался на борт галеона и спрятался здесь.

– Бывает же такое: ты ни о чем таком не догадываешься, а за тобой следят на каждом шагу! – удивился Магистр. Он в недоумении поглядел на Витуса. – Как нам теперь с ним быть?

– Я тоже задаю себе этот вопрос! – услышали они чей-то голос. Оглянувшись, друзья увидели торжествующее лицо дона Альфонсо. Первый офицер неслышно подкрался к ним и теперь наслаждался ситуацией. – У нас на борту подобрался разношерстный народец, но карлика я что-то не припомню...

– Вы это в каком смысле? – Магистру показалось, что для начала недурно было бы прикинуться дурачком.

– В таком, как было сказано, – голос дона Альфонсо прозвучал сухо, по-деловому. – Среди членов экипажа никаких карликов нет, и если этот коротышка желает остаться на борту, он, надеюсь, свой проезд оплатит, не то живо окажется в карцере.

– Этот человек оказался на борту так же, как магистр Гарсия и я сам, сеньор, – вступил в разговор Витус. – На вот этой самой шлюпке, – он похлопал ладонью по борту спасательной лодки.

– При этом он тоже насильственно лишен свободы, – добавил Магистр. По его лицу было заметно, насколько его этот разговор раззадорил.

– Вот как, значит... – дона Альфонсо злило, что он не сразу нашелся с ответом. Как один из инициаторов «уловов» Батисты, он, конечно, не мог не знать о том, каким путем и в каком состоянии доставлены на судно последние тринадцать человек. И в то же время он отнюдь не забыл об этой позорной истории с недостающим четырнадцатым, которая до сих пор оставалась не вполне разрешенной.

Тут ему пришла в голову спасительная мысль, от которой его настроение сразу улучшилось.

– Вы, разумеется, правы, сеньоры, – проговорил он неожиданно медоточивым голосом, – этот человек ни в коем случае не «заяц». – Он посмотрел сверху вниз на карлика, переминавшегося с ноги на ногу. – Как тебя зовут?