Истории из штурманского портфеля - Александр Циберкин

– Пусть твой «передний» посмотрит засветки!

Я снова включил радиолокатор «Инициатива-2» на излучение. Глянул в индикатор и запомнил расположение обнаруженных засветок. Быстро расположил их на полетной карте, определив азимут и удаление каждой от центра аэродрома, и по радио передал информацию на КДП. По этим данным командир тут же закрыл полеты. В присутствии всей группы руководства полетами (а Дудкин был помощником руководителя) Тимченко сказал:

– Не побоюсь этих слов: вот до чего же грамотный и умный штурман!

Надо ли говорить о том, что утром в автобусе, перед отъездом на аэродром, майор Дудкин довел до присутствующих эти слова командира.

КАК СТАТЬ ИСПЫТАТЕЛЕМ

Авиация была моим увлечением с детства. Я читал много книг по воздухоплаванию, хорошо знал историю мирового самолетостроения. Моими кумирами были бесстрашные летчикииспытатели, которые учили самолеты летать. И меня все время занимал один и тот же вопрос: как стать испытателем, как попасть в эту славную когорту?

В 1979 году я случайно узнал, по какому пути надо идти, чтобы стать испытателем. Но обо всем по порядку.

Как-то раз во время предварительной подготовки к полетам я обратил внимание на то, что мой летчик Толя Баранов штудирует какой-то учебник. Это была «Аэродинамика маневренных самолетов». На обложке учебника была изображена петля Нестерова с четырьмя силуэтами самолетов на ней, через 90 градусов. Причем самолетик в верхней части петли был нарисован неверно – кабиной вверх. Эту книгу Толя позаимствовал у Алексея Гусева, начальника штаба нашей эскадрильи. Он рассказал мне, что Гусев готовится к поступлению в Центр подготовки летчиков-испытателей. Оказывается, есть в ВВС такая организация, и туда можно попробовать поступить!

Я подошел к Алексею и попросил рассказать об этом Центре поподробнее.

– Что, тоже хочешь стать испытателем? – он усмехнулся, но дал мне почтовый адрес Центра.

Центр подготовки летчиков-испытателей (ЦПЛИ) находился в Ахтубинске Астраханской области и являлся частью Восьмого Государственного ордена Ленина Краснознаменного научно-испытательного института ВВС имени В. П. Чкалова (ГНИКИ ВВС). Это был тот самый сверхсекретный аэродром, на котором я пару раз бывал, еще когда летал на Ан-8!

– Напиши им письмо, – посоветовал Гусев, – вкратце расскажи о себе и об уровне летной подготовки.

Толя Баранов также загорелся идеей стать испытателем и даже успел отправить в ЦПЛИ письмо. Поэтому-то он воскрешал свои знания аэродинамики по книге, которую написали ведущие специалисты этого славного испытательного института. В свете изложенного в ней материала и оценивались знания претендентов на вступительных экзаменах.

План достижения заветной цели стал приобретать конкретные очертания. Я написал письмо в Ахтубинск и вскоре получил ответ. С трепетом вскрыл конверт. В письме сообщалось, что моя кандидатура будет рассмотрена после налета тысячи часов, а также высказывалось пожелание о моем прибытии в Ахтубинск для личной беседы. Из этого письма я понял, что впереди еще год – раньше тысячу часов мне не налетать. Решил для себя, что обязательно посещу Ахтубинск, когда поеду по замене к новому месту службы.

С поездкой в Ахтубинск меня опередил Толя, посетив его в очередном отпуске. Я знал об этом его намерении и, когда он вернулся, с нетерпением начал расспрашивать:

– Ну как? Был в Ахтубинске?

Толя покривился. Видно было, что он расстроен. Особо не распространяясь, он сообщил, что с ним побеседовали и порекомендовали еще послужить, полетать, набраться опыта, а потом снова вернуться к этой теме. Это был вежливый отказ. Почему Толя Баранов не глянулся летчикам-испытателям, я не знаю. Толя обиделся таким отношением и закрыл для себя эту тему. Больше никаких попыток стать испытателем он не предпринимал и строил свою дальнейшую карьеру как строевой летчик. Окончил военно-воздушную академию имени Гагарина и дослужился до командира полка. Меня же он в том разговоре огорошил известием:

– Ну, Санек, готовься! Сказали, что тебя в этом году будут вызывать на экзамены!

Вот так номер! Я никак не рассчитывал на это, тем более что был включен в план замены на 1980 год. А этот кадровый приказ не так-то просто отменить – уровень Главкома ВВС. Да и просто так, с бухты-барахты, без серьезной теоретической подготовки не поступить. Я оказался прав: вызов, который пришел на меня в августе, никто исполнять не собирался, так как он не имел силы вышестоящего приказа.

В конце октября 1980 года мы с Аночкой и Настенькой навсегда покинули Польшу – нас ждал Балхаш. Из Москвы самолетом отправил жену с дочкой к родителям в Кустанай, а сам полетел в Волгоград. Из волгоградского аэропорта Гумрак «Икарус-Экспресс» доставил меня в центр города, на привокзальную площадь. Там пересел в видавший виды обычный «Икарус», который по разбитой и тряской дороге за три часа довез меня до Ахтубинска. Автостанция находилась напротив небольшого здания железнодорожного вокзала, на котором красовалась вывеска «Владимировка». Куда идти дальше, я не знал, но случайные прохожие подсказали. Сразу за путями я вышел к автобусной остановке, на которой ожидали служебный транспорт люди в форме. Военный пазик доставил меня на набольшую площадь с круговым движением, за которой возвышался высокий бетонный забор с воротами и проходной. Из-за забора доносился непрекращающейся рев мощных реактивных двигателей.

В воздухе то и дело появлялись взлетающие и заходящие на посадку боевые самолеты. С проходной я позвонил по номеру телефона, который был указан в письме из Центра. На том конце провода мне сказали, чтобы я ждал, сейчас ко мне подъедут.

Откуда-то с боку на площадь въехал командирский УАЗ и становился возле меня. Открылась правая передняя дверца, и я увидел полковника со значком Заслуженного летчика-испытателя СССР. Это был начальник Центра подготовки летчиков-испытателей полковник Валентин Иванович Цуварев.

– Циберкин? – спросил он меня, так как я был в штатском.

– Так точно!

– Садитесь! – он кивнул на заднее сиденье.

Валентин Иванович подробно расспросил меня обо всем: кто я, откуда родом, кто родители, и почему хочу стать испытателем. А потом неожиданно задал пару вопросов по истории авиации, на которые я сразу же правильно ответил, приготовившись развернуть эти ответы в обширный доклад, так как отлично знал все про мировую и отечественную авиацию. Цуварев заулыбался:

– Хватит, хватит!

Видно было, что он остался доволен этой короткой беседой.

Валентин Иванович отвез меня в