Розалинда Лейкер - Венецианская маска. Книга 1

За три недели, на которые Мариэтта исключалась из хора, Элене не раз пришлось выступать в качестве сольной певицы. После концертов из уст Элены ни разу не вырвалось имя Челано, и Мариэтта предположила, что того либо не было на концерте, либо Элена не признала его, так как не исключалось, что молодой человек мог быть и в маске.

Когда Мариэтта вновь вернулась в хор, это облегчило жизнь обеим девушкам. Мариэтта снова окунулась в размеренную рутину своих прежних дней, заполненных репетициями, и так продолжалось до тех пор, пока Адрианна не разыскала их, чтобы пригласить торжественно отметить какое-то непонятное и таинственное событие.

— Я приглашаю вас обеих в Зеленый Зал для приемов к восьми часам вечера. Наши учителя и воспитатели устраивают в честь меня небольшой вечер. — На ее губах блуждала загадочная полуулыбка, когда она упредила вопрос, который вот-вот должен был последовать. — Не спрашивайте меня сейчас ни о чем. Вот когда придете, тогда и узнаете.

Вечером того же дня Мариэтту и Элену в Зеленом Зале приемов встретила Адрианна, одетая в платье с кринолином из бледно-желтого шелка. Присутствовали несколько хористок, а также ведущие музыканты во главе с самим хормейстером, воспитательницы, преподаватели в сопровождении своих жен, а кроме того, множество людей, которых девушки видели впервые, вполне похожих на высокопоставленных и знатных покровителей Оспедале. Подавали бокалы вина и ломтики дыни. В зале стоял от множества разговоров неумолчный шум, затем директор школы выступил вперед и официально приветствовал всех присутствовавших, после чего он, отступив назад, сделал поклон Адрианне, пригласив ее занять место в центре зала.

— Я так счастлива, — начала она, — увидеть здесь всех своих друзей в этот радостный и грустный для меня вечер, сообщить всем вам, что вскоре мне придется покинуть стены Оспедале, ставшей для меня родным домом на протяжении почти двадцати семи лет. Очень многие удивлялись, почему я так долго оставалась здесь, но мне было ясно, что однажды наступит день, когда придется уйти отсюда, и вот он настал. Мое решение одобрил маэстро, наш хормейстер, которому я бесконечно благодарна, и не только за то, что он сумел сделать из меня певицу, но и за то, что всегда служил мне опорой при принятии жизненно важных решений, направляя меня, помогая советом и делом. И я всегда гордилась тем, что мне выпала честь петь в Оспедале и для Оспедале. — Она повернулась к нему. — Не откажите в любезности высказать все за меня.

Учитель, кивнув, вышел из-за стола и встал рядом с ней.

— Не является секретом, что голос моей ученицы Адрианны — самый прекрасный из всех, которые мне довелось слышать за долгие годы работы здесь. И то, что она оставалась у нас в Оспедале, еще больше укрепляло репутацию нашего учебного заведения, ставшего известным в самых отдаленных уголках мира, и это большая честь для нас. Но сегодня не идет речь о славе Адрианны, а о том решении, которое подсказано ее сердцем. Имею честь сообщить всем присутствующим здесь о помолвке нашей ученицы Адрианны с синьором Леонардо Савони из Венеции!

На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина, а затем со всех сторон раздались ахи и охи, восторженные восклицания, поздравления, пожелания счастья и недоуменные фразы о том, какая же это для большинства гостей неожиданность. Некоторые тут же стали аплодировать в адрес приземистого, упитанного мужчины средних лет, осанистого и дородного, который вначале показался гостям одним из состоятельных покровителей, приглашенных сюда руководством Оспедале. Мужчина полной достоинства походкой вышел к Адрианне и подал руку. Жених с плотным массивным затылком, крючковатым носом, с густыми бровями, придававшими его лицу чуть свирепое выражение и совершенно не гармонировавшими с его добрыми карими очами, словом, это был заурядный толстяк — но какими глазами смотрела на него Адрианна — таких восхищенных глаз у нее Мариэтте еще не приходилось видеть, жених отвечал тем же.

— Я самый счастливый человек во всей Венеции, — чуть заикаясь от нахлынувших на него эмоций, заявил Леонардо Савони и припал губами к руке зардевшейся от счастья и радости Адрианны.

Элена мгновенно по достоинству оценила его наряд — атласный сюртук нежнейших коричневых тонов и чулки со стрелками. Повернувшись к Мариэтте, не терпящим возражений тоном заявила:

— Вот, видишь! Адрианна первой из всех сумела подобрать себе настоящего аристократа!

В Венеции дворянские титулы роли не играли, они служили разве что для официальных бумаг, речи о том, является ли синьор Савони графом или кем-то другим, пока не велось. Мариэтта и Элена с трудом добрались до Адрианны сквозь толпу окруживших ее гостей, стремившихся поздравить девушку и пожелать счастья. И когда очередь дошла до них, Адрианна приняла поздравления от обеих своих подруг с особой благодарностью.

— Ну расскажи нам, — наседала на нее Элена, снедаемая любопытством, — где же дворец твоего Савони? Не на канале Гранде?

Адрианна весело затрясла головой.

— Нет, Элена, ни в каком дворце я жить не собираюсь. С чего ты взяла? Синьор Савони — мастер по изготовлению карнавальных масок. Его дом стоит на Калле делла Мадонна. После нашей свадьбы я хочу обратиться с просьбой к нашему маэстро, чтобы он иногда отпускал вас к нам в гости.

Элена непонимающе уставилась на нее. Мастер по изготовлению масок! Потом, ощутив острый тычок локтем Мариэтты, подавила свое разочарование.

— Где же находится мастерская синьора Савони?

— Его магазин — это скорее лавка, и мастерская — лишь через две или три двери от кофейни «Флориан» в аркаде к югу от площади Сан-Марко.

— А как вы познакомились с ним?

Адрианна охотно стала рассказывать:

— Я получала массу писем от так называемых поклонников, которым я почти всегда отказывала, но в письме синьора Савони оказалось что-то такое, что тронуло меня, и я сказала директору, что хотя не думаю, что хочу сразу же принять его предложение взять меня в жены, но все же желала бы ему написать. Мы стали переписываться, и я, зная его лишь по письмам, влюбилась в него самого. А потом, когда я, наконец, согласилась на встречу, то сразу же поняла, что обрела в этом добросердечном человеке все, чего так желала.

— Я очень, очень рада за тебя! — страстно заявила Элена с неподдельной искренностью. Адрианна благодарно взглянула на нее и обняла за плечи.

— Пусть и тебя когда-нибудь найдет такая любовь, Элена.

На глазах Элены выступили слезы.

— Спасибо тебе.

Мариэтта поняла, что та мимолетная встреча и знаки внимания со стороны Челано оставили в душе подруги гораздо более глубокий след, чем она предполагала. Она никогда не думала, что Элена способна на глубокие и длительные чувства. В знак солидарности она сжала руку Элены чуть повыше локтя и обратилась к Адрианне: