Подземный мир - Вольфганг Хольбайн

- Вам это не поможет, - сказал отец Михаэля.

Вольф открыл глаза и медленно повернулся к нему. Руки его сжимали камень, из которого в его тело продолжала вливаться пульсирующая энергия. В глазах его теперь вспыхивал красный огонь, отзываясь на тёмную магию камня.

- Вы глупец, - сказал он. - Храбрый человек, но глупец. Нет ничего, что было бы не под силу этой магии. Если не верите мне, спросите вашего сына. - Он со злой улыбкой обернулся к Михаэлю. - Я же тебе говорил, мой мальчик, что мы ещё увидимся. Ты мне действительно доставил много хлопот, но я на тебя не в обиде. Напротив, я был бы даже разочарован, если бы ты не защищался изо всех сил.

Взгляд его скользнул с Михаэля на Хендрика, потом на Лизу и её родителей и затем переместился куда-то выше Михаэля. Тот поднял голову и увидел в метре от себя Двицеля.

- А вот и мой маленький приятель, - продолжал Вольф с нотками зловещей угрозы. Ну, этой козявкой и его дружками я займусь чуть позже, а теперь есть дела поважнее. - Он снова повернулся к Михаэлю: - Теперь наконец всё. Терпение моё иссякло. Тогда в замке я задал тебе один вопрос и теперь повторю его ещё раз: что ты выбираешь, жизнь - твою, твоих друзей и твоей семьи - или вашу смерть?

Михаэль понимал, что Вольф не шутит, но всё ещё не готов был ответить ему - да это и не потребовалось.

От ворот донеслись взволнованные крики. Анзон тревожно оглянулся, и в ту же секунду молчание, воцарившееся после слов Вольфа, взрезал крик ужаса:

- Они вернулись!

Сердце Михаэля словно сжала железная рука. Он увидел через головы людей, как на другой стороне площади собирается толпа демонов. На сей раз их были сотни.

- Михаэль! - крикнул отец. - Давай!

Михаэль молниеносным броском сбил с ног Вольфа, и магический камень выпал у того из рук, отец же напал на Анзона.

Все произошло так быстро, что Михаэль даже не успел испугаться. Главнокомандующий Подземья вскинул свой автомат, но чуточку опоздал. Отец метнулся в сторону и пинком вышиб оружие у него из рук. Одновременно Вольф попытался подняться и схватить камень, но Михаэль удерживал его, прижимая к земле. Вольф отчаянно вырывался. Его рука чуть-чуть не дотягивалась до камня, красное свечение которого уже снова начало гаснуть, а у Михаэля уже не хватало сил удерживать Вольфа. ещё сантиметр, и тот достанет до камня. И тогда всем конец, Михаэль знал это. Он ещё раз попытался оттащить Вольфа назад, почувствовал, что не сможет, - и отпустил его. Но отчаянным прыжком бросился при этом вперёд и схватил кристалл, на долю секунды опередив Вольфа.

Ему показалось, что он схватил голой рукой раскалённое железо. Нестерпимая боль пронзила его руку до плеча, взорвалась в голове, и весь мир на секунду утонул в пламени и муках. Михаэль слышал, как взревел Вольф и как могущество кристалла вновь проснулось и ринулось за душой Михаэля. Он хотел отшвырнуть камень, но не мог. Чёрный ураган пронёсся через его душу, и он впервые узнал истинную природу этой магии. То была эссенция зла, нечто настолько разрушительное и чуждое, что никаких слов не хватило бы для его описания. Он понял, что совершил ошибку. Недаром Марлик предостерегал его. Эту мощь невозможно было употребить во благо. Что-то чудовищное, бесплотное накинулось на его дух - и внезапно погасло.

Все произошло так быстро, что Михаэль ничего не успел сделать. Он недвижно лежал, глядя на кристалл, снова превратившийся в его руке в нечто серое и неприметное. Он не понял, что произошло, и ещё меньше понимал почему. Ведь он чувствовал пробуждение тёмной магии, а потом, совершенно неожиданно, она снова отпрянула от него.

Звон стали вернул его в действительность. Как ни ужасно было его соприкосновение с кристаллом, но оно заняло не более нескольких секунд, потому что битва между Анзоном и его отцом все ещё не закончилась. Анзону не удалось подхватить выбитый из его рук автомат, но зато он выхватил свой меч, отец тоже сжимал в руках мощный обоюдоострый клинок. И он действовал им с такой силой и ловкостью, которая удивила не только Михаэля.

Анзон и сам был огорошен до такой степени; что отступил под натиском противника и чуть не выронил свой меч. Видимо, он слишком понадеялся на то, что ему не было равных в бою. Однако он быстро преодолел первую растерянность, с гневным рёвом отпрыгнул, встал, прочно расставив ноги, и обеими руками провёл такой удар, каким сбил бы с ног любого другого противника. Но отец Михаэля парировал этот удар с такой силой, что Анзон пошатнулся; тогда он стремительно шагнул в тыл к Анзону и сделал ему подсечку под колени. Анзон вскрикнул и упал на колени, но при этом поднял меч вверх и перехватил идущий на него удар. В следующее мгновение он уже снова был на ногах, и вновь полетели искры от скрещивающихся мечей.

Битва проходила с неистовым ожесточением, то была схватка равных противников, и она, как всякая серьёзная дуэль, не могла продлиться долго. Анзон был сильнее отца Михаэля, даже, может быть, чуть быстрее, но его противник был более ловок и увёртлив и умел в последний момент парировать мощные удары атакующего или атаковал сам.

Видимо, исход битвы решила горячность Анзона. Он с криком прыгнул вперёд и взмахнул мечом для сокрушительного удара, в который вложил всю свою силу. Но отец Михаэля в последний момент пронырнул под опускающимся мечом, и его меч коснулся груди Анзона, разорвал его кольчугу и нанёс глубокую кровавую рану. Не смертельную, а может, и не очень тяжёлую, однако Анзон согнулся и отпрянул назад. Отец Михаэля нагнал его, выбил меч из рук и пинком поверг на землю. Анзон беспомощно упал навзничь, и в следующее мгновение его противник встал над ним и приставил свой меч к его горлу.

Секунду он стоял над ним неподвижно. Каждый мускул в его теле напрягся, и Михаэль видел на лице отца бурю противоречивых чувств. Самое лёгкое было бы сейчас убить Анзона, и этого ждали не только Анзон, но и все остальные. Но вместо этого победитель вдруг выпрямился и слегка чиркнул остриём меча по шее Анзона, нанеся царапину, из которой, словно красная слеза, выступила единственная капля крови.

- Нет, -