Джин Ауэл - Под защитой камня

— Ну как, все готовы? — спросил Джондалар, и, когда сидевшие у очага кивнули, остальные начали задувать огоньки. В полном молчании были погашены все светильники. Тени углубились, и вскоре навалившаяся тьма поглотила последнее слабое мерцание света и завладела всем домом, создав жутковатое ощущение непроницаемой и душной плотности неосязаемого воздуха. Стало темно, как в глубокой пещере, но в доме, освещенном мгновение назад теплым живым светом, кромешный мрак казался жутким, тревожным и, как ни странно, даже более пугающим, чем в холодных подземных недрах. Там темнота была ожидаемой. Но главное было в том, что освещение намеренно погасили во всем жилище. Все выглядело жутко таинственным. И такое мистическое воздействие не ускользнуло от внимания Верховной жрицы.

Но прошло немного времени, глаза привыкли к темноте, и Зеландони заметила, что мрак не такой уж кромешный. Она не могла разглядеть собственную руку, но все-таки слабые отблески огней в других домашних очагах, отражающиеся от высокого скального навеса, едва заметно освещали и все окружающие жилища. Его было немного, однако не удалось добиться полной пещерной тьмы. Это надо запомнить, отметила жрица.

Но вдруг, уже ни о чем не думая, она потрясенно уставилась на огненную искру. Она осветила лицо Эйлы, потом погасла, но через мгновение зародился маленький огонек, быстро воспламенивший сухое топливо.

— Как же ты это сделала? — спросила Зеландони.

— Что сделала? — широко улыбаясь, спросил Джондалар.

— Так быстро разожгла огонь. — Зеландони уже видела, что все с улыбкой смотрели на нее.

— Его разжег вот такой огненный камень! — сказал Джондалар, протягивая ей пирит. — Если ударить им по кремню, то высекается очень горячая и довольно живучая искра, а если направить ее на хорошую сухую растопку, то она мгновенно разожжет пламя. Смотри, я покажу тебе, как высекаются искры.

Он собрал кучку растопки из сухих травянистых стеблей и древесной стружки. Верховная встала с подушек и села на пол около очага. Она предпочитала сидеть на высоких местах, поскольку с них легче вставать, но это не означало, что она не могла сесть на землю в случае надобности. А такой способ сотворения огня был очень нужным и важным. Джондалар разжег костерок и передал камни ей. Несколько попыток закончились неудачей, что заметно расстроило жрицу.

— Надо просто приспособиться, — подбодрила ее Мартона. — Эйла, может быть, ты сама покажешь Зеландони?

Эйла взяла кремень и пирит, приготовила кучку растопки и показала жрице, каким должно быть положение рук. И вот уже высеченная ею искра приземлилась на растопку. Вверх взвилась струйка дыма, но Эйла придавила ее, чтобы не дать огню разгореться, и отдала камни обратно Зеландони.

Держа их перед собой, женщина начала бить огнивом по кремню, но Эйла остановила ее и изменила позицию ее рук. После очередной попытки она увидела, как огненная искра опустилась рядом с растопкой, и, сама слегка изменив направление, нанесла еще один удар. На сей раз искра попала в растопку. Она поняла, что делать дальше. Она подняла кучку растопки и, поднеся ее поближе, тихонько дунула. Синеватый огонек стал ярко-красным! Она дунула второй раз, и огненный язычок превратился в маленькое пламя, а после третьего раза загорелись и стружки. Опустив растопочную кучку на пол, жрица начала подбрасывать туда мелкие палочки, а потом и большие палки. Наконец, она с улыбкой откинулась назад, довольная своими успехами.

Все вокруг нее тоже радостно улыбались, наперебой высказывая одобрительные замечания.

— Надо же, как у тебя быстро получилось, — удивилась Фолара.

— Я знал, что ты сможешь, — сказал Джондалар.

— Я же говорила, что надо только приспособиться, — повторила Мартона.

— Молодец! — добавил Вилломар.

— А теперь попробуй еще разок, — сказала Эйла.

— Да, хорошая мысль, — поддержала ее Мартона. Верховная жрица служителей Великой Матери послушно сделала, что ей велели. Вторая попытка сразу оказалась удачной, но с третьей — опять возникли трудности, и тогда Эйла еще раз объяснила ей, как и под каким углом надо держать камни, чтобы получилась хорошая искра. Третьей успешной попыткой она решила завершить обучение и, поднявшись с пола, вновь села на горку подушек.

— Я потренируюсь дома, — сказала она, взглянув на Эйлу. — Чтобы показать людям такое действо, я должна наловчиться, как ты. Но скажи-ка мне, где ты узнала такой способ?

Эйла рассказала, как, пытаясь сделать новое орудие в своей долине, по рассеянности взяла какой-то камень вместо отбойника. И поскольку ее костер погас, то случайно высеченная огненная искра и струйка дыма побудили ее попробовать разжечь таким способом костер. И как ни странно, у нее получилось.

— А правда ли, что в наших краях вы нашли такие же камешки? — спросила жрица.

— Правда, — взволнованно ответил Джондалар. — До Путешествия мы собрали все, что нашли в ее долине, и надеялись найти еще по дороге сюда. Но так и не нашли, а когда Эйла собралась попить воды в долине Лесной реки, то обнаружила там несколько штук. Пока не много, но раз уж они есть в каком-то месте, то наверняка найдутся и в его окрестностях.

— Звучит вполне разумно. Будем надеяться, что ты прав, — сказала Зеландони.

— А в торговых обменах они будут иметь особый спрос и ценность, — заметил Вилломар.

Зеландони слегка нахмурилась. Она уже прикинула, как хорошо было бы использовать эти камни для проведения зрелищных ритуалов, но для этого нужно было, чтобы ими пользовались только жрецы.

— Вероятно, ты нрав, Торговый Мастер, но, возможно, не стоит спешить, — сказала она. — Мне хотелось бы, чтобы эти камни до поры до времени держались в секрете.

— Почему? — спросила Эйла.

— Они могут очень пригодиться для проведения некоторых церемоний, — сказала Зеландони.

Вдруг Эйла вспомнила то время, когда Талут устроил собрание, чтобы объявить Мамутои предложение о ее удочерении. К удивлению Талута и Тули, брата и сестры, которые были вождями Львиного стойбища, их авторитетное предложение встретило возражения со стороны одного спорщика, Фребека. И он смилостивился только после того, как вожди устроили неожиданную и зрелищную и демонстрацию с огненным камнем и пообещали выдать ему одно огниво.

— Наверное, могут, — согласилась она.

— Но когда же я смогу показать его своим друзьям? — взмолилась Фолара. — Мама взяла с меня обещание, что я пока никому ничего не скажу, но мне не терпится показать им.

— Твоя мать — мудрая женщина, — заметила Зеландони. — Я обещаю, что у тебя еще будет возможность показать им, потерпи немного. Крайне важно и необходимо провести надлежащее представление. И тебе действительно лучше потерпеть. Согласна?