Алексей Шкваров - Слуги Государевы. Курьер из Стамбула

В июне, в начале самом, Бестужев получил из Петербурга подготовленный Остерманом текст альянс-трактата — нового договора союзного. По сути своей трактат не отличался от заключенного в 1724 году. За исключением двух значительных дополнений.

Первое заключалось в том, что сим трактатом Швеция обязывалась не принимать никакого участия в военных действиях, которые на тот момент вела Россия. Имелась в виду война турецкая. Швеция обязывалась оставаться просто нейтральной. Ее не просили ни помогать России, ни выступать посредником и, тем паче, не вступать в союз с врагами.

А вот второе было гораздо приятнее первого. Россия милостливо соглашалась погасить долги Швеции пред голландскими банкирами, что висели цепями на ней аж с 1702 года. Это было столь радостное известие для шведов, что предыдущее дополнение просто оставалось незамеченным.

Бестужев встретился с премьер-министром Арвидом Горном, изложил ему пункты главные нового трактата, сделав безусловный акцент на то, что Россия берет на себя обязательства долговые перед Голландией.

Ответ последнего был краток:

— Народ Швеции, его парламент, его правительство и, конечно, Его Королевское Величество глубоко ценит дружбу с русской Императрицей и готовы как можно скорей подписать и ратифицировать столь нужный нам трактат. Посему, господин посланник, я берусь сам передать сей документ в королевскую канцелярию и буду лично следить за более быстрым его прохождением и окончательным утверждением самим королем.

Горн (Horn) Хурн Арвид Бернхард (6.4.1664, Халикко, Финляндия — 17.4.1742, Экебюхольм) — шведский военный и государственный деятель. С 1682 г. на военной службе. Во время Северной войны участвовал в Нарвском сражении 1700 г., завершившимся памятным разгромом русской армии; с 1704 г. — генерал-лейтенант, королевский эмиссар в Польше, способствовал избранию на польский престол Станислава Лещинского и заключению Альтранштедтского мира 1706. В 1709–1719 гг. — канцлер королевства, одновременно в 1710–1715 гг. — президент Королевского совета. Оппозиция завоевательной политике Карла XII привела к отстранению Горна от власти. В 1720–1738 гг. Горн вновь канцлер, фактический правитель королевства. Возглавлял дворянскую группировку «патриотов» (называвшуюся партией «колпаков»), проводил политику мира, лавируя между великими державами с ориентацией преимущественно на Великобританию. В 1724 г. заключил оборонительный союз с Россией. Проводил политику меркантилизма. После победы в 1738 г. в риксдаге партии войны с Россией (партии «шляп») отошел от политической жизни.

19 июня 1735 года канцелярская коллегия Его Королевского Величества постановила, что союзный трактат считается возобновленным. Далее оставалось дело только за самим Королем Фредериком.

Здесь и случился некий казус, больно щелкнувший по носу дипломатию французскую. Как мы помним, переговоры посланника Версаля графа Кастея с предводителем шведского дворянства Карлом Левенгауптом завершились заверениями последнего в полном согласии политики Франции и Швеции относительно России и ее злейшего врага Турции. Не доверяя переписке, граф Кастея лично отбыл в Париж, где предстал перед кардиналом Флери. Аскетически высохшая фигура кардинала, укрытая роскошной красной мантией, удивительно контрастировала с горящими глазами, насквозь прожигавшими собеседника, что свидетельствовало о глубокой проницательности и недюжинном уме политика.

— Вы уверены, граф, что партия «шляп» гарантирует нам поворот шведской политики внешней в нужном направлении и для блага Франции?

— Да, ваше высокопреосвященство. Я считаю, что Левенгаупту можно доверять. Он и его партия войны, как их называют — «шляпы», добились значительного ограничения королевского абсолютизма в Швеции, а потому могут быть управляемы из Версаля французским королевским абсолютизмом.

— Я не думаю, граф, — кардинал поморщился, — что Его Величеству Людовику XV понравится напоминание о том, как шведы ограничили власть своего Короля. Поэтому об этом мы говорить не будем во время аудиенции, а вот на победу Левенгаупта и его сторонников в парламенте — союзников наших, на возрастающую их роль в жизни государства шведского, точнее того же парламента, принимающего решения, мы акцентируем внимание нашего Короля.

— А как быть с субсидиями, что просят шведы?

— Дадим, но не сразу. Поступим, как когда-то поступил русский Царь Петр. По частям, в рассрочку, скажем, на три года. Это объяснимо. Партия «шляп» еще не имеет того влияния, которое обеспечивало бы им возможность принимать решения, полностью отвечающие нашим интересам. А во-вторых, это будет ускорять и воодушевлять их намерения в получении полной власти в риксдаге. Король Фредерик слаб как политик, к тому же у него масса собственных любовных увлечений, которыми он занят больше, нежели парламентскими дебатами, и он легко подчинится мнению большинства. А если это большинство будет желать войны с Россией, то и Король ее захочет! Кстати, их брак с Королевой Ульрикой-Элеонорой по-прежнему бездетный?

— Ваше преосвященство, о каких детях может быть речь, Королева далеко не первой молодости, Король не живет с ней, а его нынешнее увлечение — это некая девица Таубе, от которой Король уже имеет двух детей.

— Ну что ж, это дела королей, они нас с вами, простых смертных, не касаются, — с притворным вздохом произнес кардинал, — за исключением случаев, когда это затрагивает интересы державы, — добавил уже строго.

— Граф, — Флери, несмотря на возраст преклонный, легко поднялся, жестом оставив сидеть Кастею, и заходил по кабинету, — я прошу Короля об аудиенции. Обрисуйте ему обстановку в шведском парламенте, не жалейте красок в описании устремлений этих «шляп», напомните Королю, что шведские добровольцы сражались плечом к плечу с нашими славными батальонами мушкетеров под Гданьском и были также варварски пленены русскими. Это напомнит Королю о его ненависти к России. А я, — остановился, задумался, — я подготовлю вам нужные бумаги, договор со Швецией, который они обязаны будут подписать в обмен на наши обещания субсидий. Ну и, — усмехнулся, — займусь выбиванием денег из нашего министра финансов. Идите граф, благослови вас Господь, вас известят о времени, когда Король вас примет.

Кастея почтительно склонился, поцеловал протянутую ему руку кардинала и покинул апартаменты главы всей внешней политики Франции.

Граф был принят Людовиком XV весьма благосклонно. Флери прекрасно подготовил Короля к встрече с посланником, сперва посетив Королеву Марию, дочь неудавшегося польского короля Станислава Лещинского. Это ее отца русские, именно русские, своими штыками, а не бездарные саксонцы, дважды лишали польской короны.