Крис Хамфрис - Узы крови

— Твоя сестра в безопасности, и тебе ее не достать. Как и та вещь, которую ты жаждешь заполучить и которая притянула тебя к себе через полмира.

Джанни наклонил голову:

— И что это, по-твоему? — Рука королевы. Рука, ради которой ты убил своего отца. Она похоронена. К этому времени Анна уже должна была зарыть ее.

Упоминание имен его близких вызвало в Джанни странное ощущение пустоты в груди. Это ему не понравилось, и, чтобы избавиться от неприятного чувства, он призвал свой всегда близкий гнев.

— Ну и что! — бросил он. — Ей просто придется откопать ее снова.

И нажал на спуск. Колесо запала выбило искру, упавшую на полку с порохом. Тагай ждал взрыва и боли, которая последует за ним, подняв палицу в качестве тщетной защиты. Однако дождь усилился, — усилился настолько, что порох дал только струйку дыма, звук, похожий на вздох, и ничего более.

Тагай медленно выдохнул.

— Осечка. — Он улыбнулся. — Частенько случается.

Взревев, Джанни швырнул свой пистолет во врага и снова перебросил меч в правую руку. Но тут шум боя, который на время удалился, вернулся с удвоенной силой: из-за вигвамов выбежали десять призрачных воинов. Многочисленные враги настигали их, нанося удары им в спину. Потом, столь же внезапно, появились новые раскрашенные воины, возглавляемые Нишане. Все три группы столкнулись как раз там, где Тагай и Джанни стояли друг перед другом на расстоянии длины клинка. Обоих подхватила толпа, разнеся в разные стороны.

— Скорее, Тонесса! — Нишане возник рядом с Тагаем. — Мы видели в небе огненные стрелы из нашего поселка. Последний плот уже на воде.

По кивку Тагая оба воина запрокинули головы и издали крик, подражая журавлиному. Его подхватили те, кто находился рядом. Повернувшись, призрачные воины побежали прочь, вопя во всю глотку. На площадке в центре к ним присоединились новые.

Криками и ударами Джанни удалось остановить некоторых преследователей.

— Сюда! — рявкнул он.

Полдюжины из тех, кто пытался научиться пользоваться огненными палками, последовали за Джанни и понеслись по другому проходу.

Тахонтенраты, преследуемые врагами, выскочили через главные ворота поселка и нырнули в лес. На развилке стрелы, выпущенные лучшими лучниками, остановили погоню.

— На берег! Скорее! — крикнул Тагай.

Босые ноги гулко ударяли по лесной почве. Крики и рев пламени позади постепенно стихали. Возбужденный успехом и тем, что немало тахонтенратов уцелело, Тагай вел свой отряд к реке. Если он выиграл достаточно времени для того, чтобы его люди выполнили данное им задание, если боевые каноэ и плоты врагов испорчены и последние жители поселка уже на воде, это значит, что они спасли свое племя. Теперь он сможет сохранить свою жизнь и вернуться к обретенной любимой. К Анне.

Они выбежали из леса. Дождь прекратился, тучи унеслись прочь, и раздувшаяся луна плавала прямо над головами. Ее лучи освещали руины: повсюду лежали разбитые корпуса флотилии оденосони.

— На воду! — крикнул Тагай.

Воины побежали мимо него и начали сталкивать свои лодки на воду. Тагай стоял вместе с Нишане и другими опытными воинами, которые уцелели в ночной вылазке, — их оказалось пятеро. Каждый держал в руках лук и смотрел в сторону леса, откуда должны были появиться враги. И вскоре уже раздался первый боевой клич и первая стрела просвистела рядом с их головами.

— Уходи, Тагай! — крикнул Нишане. — Мы остаемся.

— Нет! Мы уйдем все вместе! — отозвался молодой воин, направляя свою палицу в сторону лесной тропы.

Казалось, он волшебством вызвал из зеленых глубин татуированного воина: тот вырвался из леса с воплем, размахивая боевой палицей. Попавшая в грудь стрела оборвала его крик. Но с опушки уже неслись боевые кличи, и на берегу одна за другой появлялись темные тени, которых становилось все больше.

— Они застрелят последних из нас с берега. Так что — иди сейчас!

Нишане схватил Тагая за руку и с силой толкнул его к воде.

— Как я могу вас оставить?

Нишане улыбнулся.

— Ты быстро учился, боевой вождь, с тех пор как вернулся. Но ты научился еще не всему. Самые старшие остаются, чтобы помочь молодым воинам спастись. Таков обычай тахонтенратов. Так что — уходи!

И опытный воин снова толкнул молодого — и как раз в это мгновение мимо их лиц прошла стрела. Тагай пробежал по гальке. Каноэ отталкивались от берега — в одном оставалась только одна бледная фигура. Тагай прошел по мелководью и влез в лодку со стороны носа. Молодой воин передал ему весло, и оба принялись усердно грести. Позади бешено вопили враги. Но даже сквозь эту какофонию Тагай мог различить голос Нишане, певшего свою боевую песню: — Я не страшусь смерти. Те, кому страшно, — трусы и глупцы. Я — Нишане из клана Бобра. Отведайте мою боевую палицу.

А потом его голос потонул в песне палиц, рассекавших воздух, в звуках ударов и криках боли. Тагай, стоя на носу лодки, с силой погружал весло в воду. Они быстро отдалялись от берега, а потом грести стало вдруг труднее. Он обернулся: его спутник, имени которого он не знал, член рода Ястреба, смотрел на него неподвижными глазами. Весло лежало у него поперек груди. Тагай увидел стрелу, торчавшую из его шеи, а еще миг спустя поток крови заструился по выкрашенной в белый цвет груди. Ястреб упал, перевесившись через край каноэ.

Тагай, понявший, что тот мертв, сумел стащить труп в воду, не перевернув верткую лодку. Оглянувшись назад, он увидел, как ярятся на берегу воины, танцуя вокруг лежащих белых тел и вскакивая на них. Последнее из их собственных каноэ было спущено с берега в окружении татуированных воинов. И слева от беглеца, из-за мыса, появилась еще одна лодка — массивный темный силуэт.

Тагай начал отчаянно грести. Впереди уплывали другие члены его отряда, и расстояние между молодым вождем и его товарищами стремительно увеличивалось. Тагай был один и плохо освоил греблю на каноэ, но на какое-то время желание спастись придало ему силы и ловкости. Ему даже удавалось опережать преследователей, и их голоса, спорившие за право занять место в каноэ, стихали позади. Он усердно греб по дорожке лунного света. Но вскоре он услышал отчетливый звук чужих весел, который становился все ближе и ближе. И еще один звук, которого тут не должно было быть, — скрежет дерева о металл.

Впереди на воде показался какой-то темный силуэт. Тагай подгребал прямо к нему, сам не понимая, зачем это делает. И только когда оказался ближе, то понял свою ошибку, увидев, куда привел своих преследователей. Но, оказавшись настолько близко, чтобы видеть, он услышал и голос, который звал его по имени: — Тагай! Тагай! Сюда!

Анна смотрела, как мимо проплывают каноэ с белыми воинами. Даже на расстоянии, при свете одной только луны, она знала, что среди них нет ее любимого. Она молилась о том, чтобы оказалось, что она ошиблась, что она проглядела его, что он проплыл вперед и ждет ее выше по течению, в месте встречи. Многим удалось уцелеть во время той отчаянной атаки, так почему бы и не ему? А потом она заметила одинокую лодку и тех, кто неумолимо приближался к ней. И все поняла.