Александр Дюма - Шевалье де Сент-Эрмин. Том 2

Рене на мгновение остановился, чтобы полюбоваться этим великолепным зрелищем, вобравшим в себя всю красоту и всю жестокость природы: горой, лесами, морем, островами, золотой дугой залива, а рядом, в расстоянии лье друг от друга, стояли две армии, готовые зарезать друг друга.

— Мы пришли, — сказал проводник, — вот французы, а вот прямо перед ними англичане, высадку которых вы вчера видели.

Рене порылся в карманах.

— А вот шесть луидоров вместо трех, которые я тебе обещал.

— Благодарю, — сказал проводник, убрав руку, — у меня еще осталась половина того, что вы дали, покидая меня в Викарии.

Рене изумленно посмотрел на него.

Проводник снял свою шляпу, поднял повязку, которая наполовину скрывала его лицо, и, хотя он сбрил усы и бороду, Рене узнал в нем одного из пленников, арестованного им на Понтинских болотах.

— Как? Ты здесь? — спросил он.

— Да, — ответил тот и засмеялся.

— Так ты бежал?

— Да, — ответил он, — тюремщик оказался моим хорошим другом; судьба опять свела нас, и я не забыл того, что вы для меня сделали.

— И что же я для тебя сделал?

— Вы могли убить меня, а вместо этого сохранили мне жизнь; я умирал от жажды, и без всяких моих просьб вы дали мне пить; у меня не было денег, и, расставаясь с нами у ворот тюрьмы, вы вложили мне в руку один луидор. Со своей стороны я два или три раза предотвращал ваше убийство, так что мы в расчете.

И на этот раз разбойник пустил свою лошадь не рысью, а галопом и исчез, прежде чем Рене пришел в себя от изумления…

Потом, пожав плечами, пробормотал:

— В какой еще дыре можно повстречать знакомого человека?

Затем перевел свой взгляд на побережье, где разворачивалось сражение.

В рядах англичан происходило заветное движение, их отряд двигался по направлению к морю, и Рене на мгновение подумал, что они готовятся перебраться на суда; но вскоре они разделились на две колонны и продолжали свой путь к устью реки, которое начали переходить по колено в воде. Два корабля и несколько канонерок следовали за ними. Их правое крыло растянулось до верховья реки Ламато, которую они, должно быть, собирались перейти, чтобы преградить французам путь в сторону Монтелеоне.

В этот момент отряд, который переходил устье реки, перестроил свое, правое крыло и двинулся на французов. Оттуда, где находился Рене, можно было сравнить количество людей в обеих армиях. Французская армия заметно уступала в численности. Численность англичан, включая их союзников, разбойничьи отряды, могла составить примерно восемь тысяч человек.

Тем временем генерал Ренье уже не сомневался, что настало самое благоприятное время для атаки, и то, что англичане были разделены рекой Ламато, лишь укрепляло его в решимости посильнее ударить по вражескому центру и разгромить его. Та часть английской армии, которая продолжала двигаться вдоль моря, разумеется, могла погрузиться на корабли, но та часть, которая сейчас стремилась атаковать левое крыло Ренье, была бы вынуждена отступить в сторону болот либо в леса Святой Евфимии.

Действительно, перейдя Ламато, Ренье мог опрокинуть фланг англичан своей пехотой, легкой артиллерией и кавалерией, которая, к сожалению, не насчитывала более ста пятидесяти кавалеристов девятого конно-егерского; напротив, если позволить англичанам перейти Ламато, можно было потерять все преимущества, и тогда французам пришлось бы сражаться на территории, запертой с одной стороны оврагом и частично покрытой болотами, что не позволило бы маневрировать артиллерией и кавалерией.

Рене, которого отделяла четверть лье от театра боевых действий, заметил, как генерал Ренье выделил две роты вольтижеров в стрелковую цепь, чтобы те противодействовали попыткам перехода англичан через Ламато, а два сильных полка по приказу какого-то генерала, которого Рене не знал, перешли устье реки, чтобы в количестве двух тысяч четырехсот или пятисот человек развернуться и подготовиться к бою на этом берегу. За ними последовали четвертый швейцарский батальон и двенадцать рот польского легиона — общей численностью в полторы тысячи человек. Наконец, крайний правый фланг французов занял двадцать третий полк легкой пехоты под командованием генерала Дигоне, в то время как четыре легких пушки и сто пятьдесят конных егерей заняли позицию в центре.

Генерал Ренье приказал генералу Комперу встать во главе первого полка и эшелонами наступать на англичан, в то время как швейцарцам и полякам предписывалось идти во второй линии, а двадцать третий полк легкой пехоты, который был слишком далеко отодвинут вправо, приблизился к швейцарцам и, как и генерал Компер, все свои усилия направил против английского центра.

Это было в первый раз, когда Рене собирался участвовать в регулярном сражении на суше: казалось, от любопытства он застыл на месте; к тому же он задавался вопросом, что же можно предпринять в такой сутолоке, в которой так легко затеряться: одним человеком больше, одним меньше.

Две атаки были проведены спокойно и хладнокровно; ими командовал генерал Компер. Англичане, заметив встречное движение французов, остановились на расстоянии выстрела, с ружьями наизготовку, и пока не стреляли. В это время первый полк французов забил атаку и перешел на легкий бег, а его примеру последовал сорок второй полк.

Генерал Компер с двумя своими адъютантами и помощником двигался в пространстве между двумя полками.

Англичане, подпустив французов на расстояние не более пятнадцати шагов, дали залп первой и второй шеренгами; французы тем не менее продолжали движение, и в это время третья шеренга англичан передала заряженные ружья первой: последовал залп во французов в упор. Сразу после выстрелов генерал Компер упал, пораженный одновременно в голову и руку.

При виде рухнувшего генерала солдаты первого полка развернулись и бросились бежать; это ропятное движение привело в замешательство солдат сорок второго полка.

Рене понимал, что эта паника может охватить всю армию; копыта его лошади уже оторвались от земли, и он не думал ни о каких препятствиях кроме крутого склона, моющих встать на его пути. Он отпустил поводья и в следующую секунду уже держал в обеих руках по пистолету, очутившись среди беглецов. Сначала он попытался остановить беспорядочное бегство; но, увидев, что солдаты угрожают ему ружьями, он устремился на помощь генералу Комперу, которого англичане, увидев, что он всего лишь ранен, пытались захватить в плен, а его адъютанты — спасти.

Два пистолетных выстрела и два выстрела из карабина немного расчистили кучу-малу, образовавшуюся вокруг раненого; затем, поскольку все его огнестрельное оружие было разряжено, он вернул пистолеты в кобуры, а карабин — к седлу, схватил кавалерийскую саблю и со всей силы врезался в группу из пяти или шести англичан, ярившихся вокруг защитников генерала.