Мишель Зевако - Сын шевалье

— Ну, — заметил Эйно, — нас он хоть и не изуродовал, но отделал лучше некуда, и мы его ненавидим не меньше твоего!

— А почему ты здесь? — спросил Кончини. — Ведь ты должен был сидеть дома, пока не излечишься от раны?

— Точно так, монсеньор, но я с ума сходил, что не могу быть ничем полезен! Вот я и решил: драться мне нельзя — а выйти все-таки можно… не особо утомляясь. Мне пришла в голову одна идея. Она мне понравилась — и я ее осуществил. Так что теперь, монсеньор, ничто не препятствует вашей великолепной мести!

— О чем ты?

— Стойте! — сказал Сен-Жюльен (они находились как раз против двери Перетты). — Узнаете вы эту дверь?

— Черт возьми! — ответил Роктай. — Ведь это сюда скрылся разбойник, когда я думал, что продырявил его насквозь.

— Именно. А видите вон ту изгородь, ваше сиятельство? Мне вздумалось спрятаться за ней — и я не прогадал!

— Что все это значит?

— Скажите, монсеньор, ведь ту девушку, что мы разыскивали для вас, зовут Бертиль?

— Да! — прошептал Кончини, весь задрожав. — Ты что, нашел ее?

— Погодите немного, монсеньор, — улыбнулся Сен-Жюльен. — Высокая, тоненькая девушка лет шестнадцати, с пшеничными волосами, голубоглазая…

— Да, да! Ты видел ее? Где? Когда? Говори же!

— Она, монсеньор, сейчас за этой дверью!

Кончини испустил громкий вздох и, ни слова не говоря, стремительно направился к двери. Сен-Жюльен бросился ему наперерез.

— Что вы делаете, монсеньор? — произнес он весьма почтительно, однако не давая хозяину пройти. — Подумайте! Ведь девушку охраняют, и хорошо охраняют — могу поручиться! Как только ваше сиятельство ступит через порог, вы тут же ее упустите… и Бог один знает, найдете ли снова.

Кончини поспешно воротился.

— Правда, правда, — недовольно сказал он. — Ты прав, разрази тебя гром! Что же делать?

— Подождите несколько дней, — преспокойно ответил Сен-Жюльен, — поручите это дело мне — и птичка будет ваша, клянусь вам. Мне нужно дня два-три, не больше. Одно только жалко: разбойник погиб! — продолжал он с дикой кровожадной злобой. — Как бы он мучился, зная, что мы заполучили его подружку!

— Три дня? Я не вынесу столько! Не доживу! — произнес Кончини, весь дрожа от нетерпения.

— Помилуйте, монсеньор! Вы целый месяц даже не знали, что с ней — а живы покамест. Что вам стоит подождать еще денек-другой?

— Так и быть, — сказал Кончини, взяв себя в руки. — Делай что хочешь. Но ты обещаешь…

— Я обещаю, что через два дня девица будет в ваших руках. Все будет сделано — только при условии, что сами вы близ этого дома не появитесь.

— Много же ты хочешь! — недовольно пробурчал Кончили.

— В ваших интересах, монсеньор. Вас непременно здесь узнают. Потом мы явимся с сетью — глядь, а птичка уже улетела.

— Да, твоя правда! Я сдержусь и не появлюсь здесь… только и ты не мешкай.

— Будьте, покойны, — усмехнулся Сен-Жюльен. — Мой интерес здесь не меньше вашего. Ведь все, что я сделаю для вас, послужит и моей мести.

Так оно и было — Кончини знал это. Он кивнул Сен-Жюльену в знак согласия.

Дальше они возвращались молча. Кончини пошел к себе во дворец. Роктай, Эйно и Лонваль, немного завидуя фавору, в который попадал их товарищ, втроем куда-то отправились. Сам Сен-Жюльен распрощался с ними недалеко от хозяйского жилища, имея, как он сказал, много дел.

В тот вечер Кончини нес караул в Лувре. Часов в восемь вечера он вышел из дому и не спеша направился к королевскому дворцу.

За ним на почтительном расстоянии, но не теряя из виду, следовала, прижимаясь к стенам домов, какая-то тень. Это опять был человек с обвязанной головой — проще сказать, Сен-Жюльен.

Убедившись, что Кончини вошел в Лувр, Сен-Жюльен, уже не таясь, пошел назад по улице Сснт-Оноре к дворцу своего хозяина. Через две минуты он стоял, склонившись в глубоком поклоне, перед Леонорой Галигаи.

Леонора встретила его немым вопросом. Сен-Жюльен кратко отрапортовал:

— Монсеньор ни на секунду не оставлял своих людей. Из Монмартрского аббатства отправился прямо домой. Оттуда пошел в Лувр и только что вошел туда. Бретер Жеан Храбрый…

— Знаю, знаю, — перебила его Леонора. — Он, кажется, взорвал себя порохом. И это все ваши новости, сударь?

— Никак нет, ваше сиятельство. Я случайно обнаружил ту девушку, что целый месяц тщетно разыскивал монсеньор, — мадемуазель Бертиль.

На лице Леоноры не дрогнул ни один мускул, но известие было пренеприятное! Когда епископ Люсонский приходил к жене Кончини благодарить за назначение уполномоченным по раздаче милостыни при королеве, он сказал, где находится девушка. Леонора не поленилась сама отправиться на Монмартр, повидалась там с аббатисой и велела ей именем королевы как можно строже наблюдать за Бертиль. Вернулась она оттуда в полном убеждении: никто никогда не узнает, что узница в монастыре — разве только чудом. И это чудо произошло… Мысленно Леонора прокляла все на свете, но с виду сохранила спокойствие — только подняла на своего шпиона большие черные глаза и произнесла:

— Вот как? Расскажите.

Тогда Сен-Жюльен рассказал, как ему пришло в голову последить за «приютом бандита» (так он назвал это место) и как там появился благороднейшего вида дворянин, провожавший двух девушек. Одна из них назвала другую «госпожа Бертиль».

В надежде, что произошло простое совпадение, Леонора попросила Сен-Жюльена описать девицу. Ответ убедил ее: да, сомнений нет. Это действительно была Бертиль де Сожи.

Она напряженно размышляла, пытаясь понять, как удалось узнице ускользнуть из-под такой надежной охраны в монастыре.

— А кто была вторая девушка, вам известно?

— Нет, ваше сиятельство. Очень молоденькая, очень хорошенькая; по одежде — зажиточная работница. Больше я ничего не знаю.

— А дворянин?

— Про дворянина могу сказать больше, Имя его мне известно: его зовут Пардальян. Лет ему за пятьдесят. Он поссорился с Саэттой, который как раз проходил мимо, они дрались. Саэтта превосходно владеет шпагой — превосходно, сударыня! Однако этот Пардальян так легко его обезоружил, что скажу: я такого фехтовальщика не видал. Кроме того, он невероятно силен: поднял противника одной рукой на воздух, как пушинку. Я думал, он его разобьет насмерть о землю, но он его простил, и Саэтта кинулся бежать прочь, словно его черт в спину толкал.

— А из-за чего вышла ссора? — задумчиво спросила Леонора,

— Не знаю, сударыня. Я был далеко и ничего не слышал,

— Как же вы узнали, что дворянина зовут Пардальян?

— А это имя Саэтта вопил на всю округу…

— Понятно… Вы еще не сказали монсеньору, что нашли ту, кого он (пауза)… ищет?

— Сказал, сударыня, и показал дом, где она укрывается.