Изгой. Пан Станислав - Максим Мацель

– Отец умер.

Антон склонил голову на грудь Стасу и разрыдался.

– Богуслав, братик. Как же так? Уж сколько лет прошло, как я от него последнее письмо получил. – Антон поднял голову и посмотрел Стасу в глаза. – Он писал, что ты в академии учишься. Хорошо учишься. Так гордился тобой. А потом перестал писать. Я думал, может, почта не доходила. А видишь, как всё обернулось? Как же он погиб? В бою?

– Нет, дядя Антон. От лихорадки слег.

– Ах, Богуслав. Я еще так надеялся свидеться с ним. – Антон начал понемногу приходить в себя. – Что же мы на улице стоим? Пошли в дом! Рассказывай, каким ветром тебя к нам занесло. Эй, кто-нибудь! Примите коня у гостя!

Антон потянул Стаса в дом, держа за рукав, как будто боялся, что чудом объявившийся племянник вдруг исчезнет.

– Мария! Мария! Иди посмотри, кто к нам приехал! – Антон громко звал свою жену, продолжая вести Стаса вдоль длинного коридора. Печаль его сменилась бурной радостью и даже восторгом. Глаза сверкали, а голос звучал надрывно. – Это же Станислав! Сын Богуслава! Мария!

Из комнаты вышла высокая статная женщина с аккуратно собранными в красивую прическу поседевшими волосами.

– Мария! Это же Станислав! Братика моего сын! Племянник наш!

– Боже, а худющий какой! – только и смогла произнести женщина. Затем она вдруг спохватилась и крепко обняла Стаса. – Я ж его и не видала ни разу. Он же с братом твоим еще до нашей свадьбы уехал. Только с твоих рассказов и знаю, да из писем, что от Богуслава приходили. Только уж давно он ничего не писал. Как вы там живете?

– Нет Богуслава. Богу душу отдал, – ответил за Стаса старый шляхтич. – Да не стой ты, что стату́я! Принимай гостя!

Суеты в доме Булатов прибавилось. С удвоенной силой забегали слуги. Стаса провели в комнату, помогли раздеться и умыться с дороги. Непрестанно хлопали двери и слышался командный голос Антона, налево и направо раздававшего указания.

– Тише ты, старый черт! – не выдержала наконец Мария. – Только смуту мне вносишь! А ну, иди в столовую! Я прикажу вам стол накрыть перекусить гостю с дороги. Там и поговорите спокойно. А как остальные съедутся, так вдоволь и нагуляетесь. Слава богу, повод есть.

Антон послушно прошел в комнату и уселся за стол, подпрыгивая как на иголках в ожидании Стаса. На столе появились холодные закуски, бутылка домашней настойки и миска ароматных вареников, от которых шел густой пар. Старый шляхтич всё подкладывал и подкладывал гостю лучшие куски, с умилением наблюдая, как тот с завидным аппетитом поглощает пищу. Сам он к еде не притронулся, однако успел опрокинуть несколько больших чарок настойки, не забывая подливать и племяннику. Стас сразу захмелел. Не привыкший к обильным шляхетским застольям, он быстро утолил голод и поблагодарил дядю.

Затем от Антона последовали непрекращающиеся вопросы. Стас долго рассказывал тому о своей учебе, их жизни с отцом, начале службы, войне и турецком плене. Поведал, как работал на галерах и как его освободили. И как долго еще после этого он скитался по пути на родину. Как пешком прошел не одну сотню миль. Как удалось проехать с соляными баржами по Днепру до самого Могилёва, а после – верхом до Минска. Утаил он только про свою встречу с Репниным и Шотом. Как и условились с Анжеем, Стас вскользь упомянул, что в Могилёве он по случайности повстречал одного из старых друзей отца, который и помог ему, ссудив денег для покупки одежды и дохлой клячи, на которой он и приехал в имение. Старик всё продолжал сыпать вопросами. Он непрестанно охал и хватался за голову, когда Стас доходил до казавшихся невероятными поворотов в его судьбе.

Шум в прихожей заставил хозяина оторваться от беседы.

– Погоди, Станислав! Это сын мой, Ян, приехал. Сейчас я вас познакомлю.

В комнату вбежал молодой человек, разгоряченный верховой ездой. Он был точной копией отца. Тот же благородный прямой нос, красивый выпуклый лоб, легкая, почти воздушная, поступь. Правда, в отличие от Антона, высохшее лицо которого было покрыто глубокими морщинами, а короткие седые волосы уже стали заметно редеть, Ян выглядел молодо и свежо. Над верхней губой его пробивался тонкий юношеский пушок будущей шляхетской гордости – густых и пышных усов. От всего облика молодого человека веяло беззаботностью и непринужденностью. Стас поймал себя на мысли, что ему давно уже не приходилось видеть настолько беспричинно счастливых людей. Следом за ним, тяжело дыша, степенно вошел невысокий дородный лысый шляхтич.

– Отец! Смотри, кого я повстречал по дороге! А что Судзиловские? Еще не приехали?

– А! Пан Пузына! Рад приветствовать. – Антон поднялся из-за стола и тепло поздоровался с толстяком. – Нет, Ян. Вот-вот должны появиться. Только у нас сегодня еще один гость! Особый! – Старик кивнул на Стаса.

Стас встал и поздоровался с Яном и Богданом Пузыной. Он назвался, чем вызвал искреннее удивление у обоих. Дядька, не дав ему и полслова вставить, за пару минут вкратце пересказал чуть не половину жизни Стаса. Ян моментально обнял брата. Очевидно, он относился к тому редкому типу людей, которые ничего не таят за душой и в каждом встречном видят только хорошее, а после пяти минут беседы уже записывают себя в лучшие друзья незнакомца. Их все любят, зовут в гости, и они зачастую являются душой любой компании, а потому им с легкостью прощают все проделки и даже грешки. Пан Пузына был более сдержан и лишь молча уселся за стол, покачивая большой головой. При этом он напоминал крупную рыбину. Тяжелая нижняя челюсть, сильно выдвинутая вперед, и длинные жиденькие усы делали его похожим на сома.

– Да уж, Антон! Чего только в жизни не случается? – промолвил он, цокая языком. – Ты столько про своего брата рассказывал, что с мальцом до Кракова подался. Говорят, вдовец – дитю не отец, сам круглый сирота, а смотри-ка, вырастил такого шляхтича. Так ты в уланах служил? Может, порадуешь нас стариков? Расскажешь про свои похождения? – обратился он уже к Стасу. – Я и сам когда-то в бравых вояках ходил. Ловко с саблей на коне управлялся.

– Да погоди ты, Богдан, – оборвал его Антон. – Пускай все соберутся. Всем и расскажет. А пока давайте еще по чарочке выпьем за здоровье моего племянника.

– О! То дело! – живо отозвался Пузына, с жадностью поглядывая на блюда, которые начали подавать на стол.

4

Судзиловские не заставили себя долго ждать. Вскоре все гости сидели за столом. Хозяйка имения о чем-то непринужденно беседовала с Еленой. Мужчины, не забывая про еду и