Семь Оттенков Зла - Роберт Рик МакКаммон

время перехватить управление, а у Гро выдался бы момент, чтобы взять в заложники Довера. Вероятно, у кого-то из них были карманные часы, и они выяснили, когда корабль окажется рядом с ближайшей илистой отмелью. Проще говоря, они были не только хорошими музыкантами, но и талантливыми стратегами. Мэтью весьма недооценил их интеллект. Теперь эти двое вызывали у него почти восхищение.

Высокие кусты в человеческий рост мешали обзору, хотя путь, которым прошли злоумышленники, был предельно ясен. Утренняя армия лягушек и птиц начала просыпаться в сырой жаре, и в раннем малиновом свете послышался щебет, кваканье и легкий топот. Заляпанные грязью ботинки Мэтью продолжали погружаться в ил по самые щиколотки.

— Сдавайтесь! — прокричал Грейтхауз. — Мы идем за вами по пятам! Если вы убьете парня, вам и самим не выжить. Слышите?

— На помощь! — Это был отчаянный крик Довера, доносящийся откуда-то слева. — Пожалуйста! На по… — Вероятнее всего, его заткнули, зажав ему рот рукой.

— Вы оба конченные идиоты! — снова попытался Грейтхауз. — Как вы думаете, куда ведет это болото? В никуда! Тут ничего нет!

Горячая линия, прочерченная по горизонту восходящим солнцем, обещала еще один мучительно жаркий день. Теперь помимо лягушек и птиц проснулись стаи жужжащих насекомых, обещая местной квакающей армии обильный пир. Однако крылатому гнусу было куда интереснее лететь в лица и глаза людей, нежели попадаться на цепкий лягушачий язык. Они забивались в нос, в волосы и в уши Мэтью и Грейтхауза. В общем, это был не самый удачный способ добраться до Филадельфии.

Внезапно невдалеке показалось искомое трио.

Довер, должно быть, упал, пытаясь позвать на помощь, потому что Спрейн и Гро усиленно тащили его из грязи, которая словно бы приклеила парня к земле. Один взгляд на Мэтью и Грейтхауза, чьи пистолеты уже были готовы к стрельбе — и Спрейн первым поднял обе руки, сдаваясь.

Пистолет Грейтхауза нацелился прямо в центр лба Гро.

— Не надо! — закричал Гро. Теперь его басовитый голос не звучал угрожающе, в нем слышалась почти мольба. — Помилуйте ради всего святого!

— Решай, кто первым окажется на земле: ты или твой пистолет, — спокойно произнес Грейтхауз.

— Он не заряжен! Клянусь Господом Богом, не заряжен! — Гро высоко поднял пистолет, из-за чего палец Грейтхауза на спусковом крючке едва не усилил давление на последнюю роковую йоту. — Пощадите, прошу!

— Не стреляйте в него, Хадсон! — с жаром попросил Мэтью, после чего обратился к Гро: — Нажмите на спусковой крючок и докажите, что пистолет не заряжен.

Пистолет щелкнул. Он был пуст.

Довер — мокрый грязный от мысков до огромного клюва, — вырвался, снова упал и принялся усердно ползти в сторону своих спасителей.

— Брось пистолет! — скомандовал Грейтхауз. Оружие шлепнулось вниз. — И что же вы, два идиота, планировали? Убить его здесь? И куда бы вы потом сбежали?

— Убить его? — Голос Спрейна превзошел все мыслимые и немыслимые высоты. — Убить его? Мы не собирались убивать этого парня! Мы просто должны были вернуть его, вот и все!

— Вернуть? Но куда? — спросил Мэтью.

— В Лондон. К Элис Аллерби.

Теперь уже Грейтхауз опустил пистолет.

— Что?

— Мы не убийцы, сэр. Мы разыскиваем людей. За вознаграждение. Мистер Эдгар Аллерби заплатил, чтобы мы вернули парня его жене.

Мэтью и Грейтхауз переглянулись. Довер продолжал изо всех сил перебирать руками в грязи, создавая себе собственное болото.

— Будь я проклят, если смогу уловить хоть крупицу смысла в этом безумстве, — сплюнул Грейтхауз. — Ладно. Объясните все на корабле. Идем!

Пятеро мужчин, вернувшиеся на «Бриз», когда солнце осветило болото своими жаркими лучами, походили на грязные чучела, искусанные комарами. Они поднялись по лестнице, и Гиденмейер с женой сразу начали осыпать Гро и Спрейна проклятьями. Причем Гретхен заходилась куда сильнее, чем ее муж.

— Такая грязь на нашей чистой палубе! — кричала она. — Вы негодяи! Оборванцы!

— Слава Богу, ты жив! — воскликнул Содд, обнимая Довера. Другие «Фонарщики» отступили, а Лоуренс Лав высокомерно произнес:

— А ты знатно вымазался в грязи, приятель.

Мэтью счел, что это что-то вроде душевного приветствия.

***

На камбузе вместе с другими пассажирами и командой Гро и Спрейн сидели, сжав в руках кружки с ромом. Вид у них был виноватый, как у нашкодивших детей.

— Так что все это, черт побери, значит? — требовательно спросил Грейтхауз. — Говорите, пока мы не выбросили вас за борт! И мы подумаем, доберетесь ли вы до Филадельфии живыми или нет.

— Все ровно так, как я сказал! — проскрежетал Содд. — Они убийцы! Пытались застрелить Бена в переулке! Это были они!

— Не-а, — протянул Гро. — Я тогда наступил на кошачий хвост в темноте. А когда кошка завизжала, я подпрыгнул аж на фут. Мой пистолет выстрелил случайно. Я не собирался никого убивать.

— Если это правда, зачем вам вообще понадобилось брать с собой заряженное оружие? — спросил Мэтью. Гро пожал плечами.

— Мы слышали, что в том районе полно бандитов.

— Но вы ведь следили за нами, не так ли? И собирались убить Бена! — настаивал Содд.

— Да что вы заладили про это убийство? — нахмурился Спрейн. — Мы уже сказали этому огромному хряку, что нам заплатил мистер Эдгар Аллерби, чтобы мы вернули мальчишку его жене.

— Боже, это интереснее, чем скачки! — встрепенулась леди Ричмонд.

— Вернуть мальчика Элис Аллерби? — Содд выглядел так, словно его только что ударили промеж глаз. — Что за бессмыслица?

— Всего лишь услуга, за которую хорошо заплатили, — ответил Спрейн. — Мы и правда музыканты. Но также мы люди, которые зарабатывают, как могут. Мистер Эдгар Аллерби нанял нас, чтобы мы привезли парня обратно в Лондон, к его жене.

— Хорошо, это мы поняли, — буркнул Грейтхауз. — Но какого черта мужчина может хотеть, чтобы жене доставили ее любовника?

— Дело в том, — кивнул Гро, — что мистер Эдгар Аллерби безумно любит ее. А она почти не ела, не спала, не улыбалась и ничего не делала с тех пор, как