Юрий Торубаров - Тайна могильного креста

Ознакомительный фрагмент

Но не только мечи умел делать кузнец. Лил он и бусы для местных красавиц. Ох и падки они были до этих блестящих вещиц! Сколько раз мужики по ночам собирались намять кузнецу бока, да не выходило. Ловок был, бестия. И силен. Правда, наутро мужики, как ни в чем не бывало приходили в кузню делать заказы. Кому удила ковать, кому ножи, плуги, кольчуги, мечи, топоры. Просили и замки разные делать. Все нужно было в хозяйстве. Люди радовались, что появился такой умелец. Все делал он с любовью.

Вот к этому-то другу Аскольда и направился княжеский посланник. Войдя в кузницу, тиун закашлялся от едкого дыма. Кузнец, стоя к нему боком, держал в одной руке клещи с длинными рукоятками, а в другой — небольшую кувалдочку, которой бил маленький кусок раскаленного железа. Рядом, не отрывая глаз от волшебного зрелища, стоял Аскольд.

— Дорого достается каждая стрела, — прокричал Еловату в ухо Аскольд.

Увидев тиуна, кузнец остановился, отер тыльной стороной ладони вспотевший лоб.

— Зачем пожаловал, высокий гость? — он с интересом поглядел на вошедшего.

— Князь просит Аскольда к себе.

— Зачем я понадобился князю в такую рань? — спросил Аскольд, переглянувшись с кузнецом.

— Не сказал. Просил передать, что очень хочет тебя видеть.

— Давай, Аскольд, — подмигнул ему Еловат. — Мы душой Божьи, а телом княжьи. Приходи, буду рад.

Аскольд застал Всеволода во дворе. Он восседал на своем жеребце. Одет был по-походному, в серый кафтан. Позади толпились люди с нехитрыми охотничьими снастями в руках — луками, колчанами со стрелами, пиками. Вокруг крутились собаки. Подойдя к князю, юноша склонил голову:

— Слушаю, князь, — безразличным голосом сказал он.

Это не смутило Всеволода.

— Вот, хочу пригласить тебя на охоту. Места здешние я знаю плохо. Сколько раз ездил, а по-настоящему охотиться не довелось. Чуть не с пустыми руками возвращаемся. Если не откажешь, буду рад. — Князь выжидательно посмотрел на юношу.

— Показать места можно, — к радости Всеволода, сразу согласился юноша.

— А есть ли где с кречетом побаловаться? Бывал ты на таких охотах?

— Как не бывать, — не задумываясь, ответил Аскольд. — Сколько раз с князем ездили.

Всеволод улыбнулся: все шло как по маслу.

— Вот и хорошо. Покажешь, где эти места. А за труды хочу тебя отблагодарить, сделать подарок. Воин, знаю, растешь ты добрый. Да и отец для нашего княжеского рода старается. Правда, в последнее время избегает меня, но это его воля. А моя воля — подарить тебе молодого кречета. Будь же добрым охотником.

Аскольд с удивлением глянул на князя. После некоторого замешательства ответил:

— Подарки глаза запорашивают.

— Дерзок, отрок! — Князь повысил голос. — От подарка княжеского грех отказываться.

Юноша смутился. Приняв смущение за согласие, Всеволод продолжал:

— Так вот, на охоте подарок и опробуем!

— Пеший конному… — неопределенно начал Аскольд, пожав плечами. Но князь не дал ему договорить.

— Коня воеводиному сыну!

— Князь, я на чужих не езжу.

— Хорошо, — не стал перечить тот, — бери своего коня и догоняй нас. Встретимся у трех дубов.

Князь кивнул своим людям, и все тронулись в путь. Какое-то время Аскольд стоял в задумчивости. Он знал, что после освобождения из плена отец очень неприязненно относился к Всеволоду. Но и заиметь собственного кречета было здорово… «Посоветуюсь с отцом», — решил он.

Нашел его в опочивальне, тот обсуждал что-то с Акимом. Увидев сына, воевода вопросительно поднял брови. Аскольд коротко поведал о предложении Всеволода. Отец молча выслушал, подумал и, вздохнув, вымолвил:

— Там, где лиса пройдет, от курей яиц не жди. Берегись его. Но делать нечего — как-никак князь. Поезжай, только смотри в оба. Может, за старые грехи откупиться хочет, а может, что и задумал. Своих предупреди.

Друзей у Аскольда было много. Они составляли костяк младшей дружины. Юношам уже не раз приходилось встречаться с врагами. Прыгая через ступени, Аскольд стрелой выскочил во двор. Двое мальчишек яростно бились на деревянных мечах.

— Юшка, — позвал Аскольд. — Ребят моих покличь.

— А на коне прокатишь?

— Прокачу, — на ходу бросил юноша. Юшка помчался выполнять поручение.

Пока Аскольд готовил коня, двор заполнился его сверстниками.

— Князь Всеволод на охоту позвал, — объяснил он. — Кто со мной?

Все дружно побежали седлать коней.

Князя отыскали быстро. Оглядев многочисленное Аскольдово сопровождение, он подозвал сокольничего. На его приподнятой и полусогнутой руке, пониже локтя, сидел кречет — крупная, белая с серыми отметинами птица. Он вцепился в кожаный нарукавник, изредка поводя длинным хвостом. На голове у него был надет колпак, из-под которого торчал острый крючковатый клюв.

Осторожно сжав крылья, князь снял кречета. Тот попытался высвободиться и угрожающе выпустил когти. Сокльничий надел Аскольду нарукавник. На руке юноши затрепетала птица.

— Знаешь, как обучают этих птиц? — спросил князь, трогая коня.

Юноша мотнул головой и покраснел.

— Это трудная, долгая работа. Уряжают место, где стены гладкие, а на полу вода, и птица не может нигде сесть. Вот она и приучается сидеть на руке сокольничего. А кормят, только когда принесет добычу.

Юноше явно нравился подарок. Он глаз не сводил с кречета.

— Пускать ее надо, — продолжал князь, — когда увидишь птицу в небе. Снимешь колпак, она и полетит.

На пути встретилось заросшее ивняком да корявыми березами болотце. Сквозь ветви тускло поблескивала зацветающая вода. Пришлось объехать. Не успел отряд миновать болото, как вдруг какая-то птица, спугнутая лошадиным топотом, стала набирать высоту.

— Селезень, пускай! — азартно крикнул князь.

Юноша замешкался, неумело стягивая колпак. Получив свободу, кречет, к удивлению юноши, не взлетел, а только вздыбил крылья и угрожающе защелкал клювом.

Князь прогнулся в седле и, перехватив руку Аскольда, затряс ею. Птица лениво взмахнула крыльями. Аскольд испугался, что она упадет на землю, но кречет наконец встрепенулся, взлетел и стал стремительно уходить вверх. Набрав высоту, он описал большой круг и только тогда повернул к цели. Селезень ринулся вниз и стал уходить за горизонт. Кречет рванулся за ним, начиная свой коронный заход сзади. Еще миг — и острый коготь прошьет под крылом бок своей жертвы. Аскольд, затаив дыхание, ожидал развязки.

— Смотри, смотри! — закричал князь. — Сейчас он ему задаст!

И в этот миг Аскольд услышал чей-то зов о помощи. Повернувшись, Аскольд увидел, как одинокого всадника с трех сторон окружают преследователи. Он сразу понял, что это за люди. Раздумывать было некогда.