Подземный мир - Вольфганг Хольбайн

class="p1">Сам же Михаэль продолжал стоять неподвижно. Хотя прошло всего несколько секунд, зал превратился в адский котёл, наполненный красным светом и неистовым движением. Но Михаэль был не способен на это реагировать. Он стоял как парализованный и не пошевелился, даже когда какой-то раскалённый блуждающий огонёк, пролетая, чиркнул по его щеке.

- Михаэль! - позвал отец, прорываясь сквозь хаос. - Иди ко мне!

Вольф рядом с Михаэлем повернулся каким-то змеиным движением. В первые мгновения он был ошарашен неожиданностью и застыл в столбняке, как и Михаэль, но теперь лицо его исказилось гримасой ярости. Он рывком поднял руку и простёр её навстречу отцу, и Михаэль ощутил, как вновь в этой руке сосредоточивается сила, действие которой он уже видел однажды. Отец на бегу будто налетел на невидимый кулак и рухнул на пол.

Но Вольф на этом не успокоился.

- Стоять, жалкие трусы! - крикнул он. - В бой! Вперёд! Это же всего лишь блуждающие огоньки!

Его приказ возымел действие. Ещё два воина упали на пол, пытаясь сбить пламя со своих меховых накидок, но остальные, до сих пор бегавшие в панике по залу, схватились за оружие. Не обращая внимание на смертельный огонь, которым осыпали их блуждающие огоньки, они обрушили на них свои мечи, и Михаэль с ужасом увидел, как некоторые из ударов достигли цели. Один блуждающий огонёк упал на пол с рассечёнными крыльями и был бы через секунду раздавлен громадным сапогом, если бы два других блуждающих огонька не бросились навстречу воину и не загородили своего товарища огневой завесой. ещё один блуждающий огонёк зацепило мечом и отшвырнуло к стене, где он бессильно свалился на дол. Но, несмотря на это, воины Анзона не смогли бы продержаться долго, потому что блуждающие огоньки не только имели громадный численный перевес, но и обладали оружием несравнимо более опасным, чем мечи.

Но здесь был ещё Вольф, и, справившись с растерянностью, он снова овладел своей волшебной силой. Шагнув мимо Михаэля, он свирепо простёр руку, прицелился указательным пальцем в одного из блуждающих огоньков, и это существо на лету словно бы-споткнулось и низверглось вниз, вскрикнув от боли. Вольф издал победный вопль, прицелился в следующий блуждающий огонёк и так же смел его невидимым ударом. Михаэль безучастно наблюдал за происходящим.

Между тем его отец поднялся на ноги. Он вынул раненую руку из петли и снова побежал к Михаэлю, но уже не звал его по имени, чтобы не привлекать внимание Вольфа. Какой-то воин бросился ему наперерез. Отец увернулся, подставил ему подножку да ещё поддал сзади пинка. Воин упал, меч выскользнул у него из рук и откатился по гладким плиткам. Отец подхватил его, и тут на него налетел другой воин с обнажённым мечом. Отец парировал его удар косо, снизу вверх, держа оружие обеими руками, и, к удивлению Михаэля, выбил клинок из рук опытного вояки. Следующим ударом меча отец поверг его и побежал дальше.

К этому времени Хендрик наконец высвободился из своих пут и бросился к Михаэлю. Воины хоть и были заняты тем, что отбивались от блуждающих огоньков, но все же заметили бегущего мимо них мальчика, и лишь каким-то чудом ему удалось удачно избежать и удара меча, и цепкой хватки.

Вольф метал свои невидимые стрелы по блуждающим огонькам. Пятеро или шестеро из них уже лежали на полу, следующего с силой швырнуло о зеркало, и оно со звоном разбилось.

Однако и Вольф отнюдь не был неуязвим против этих огненных существ. Братья Двицеля уже поняли, кто их наиболее опасный противник, и, невзирая на его мощь, стали нападать на него по двое-трое сразу. Но что-то защищало Вольфа от их атак. Пламя их не достигало его, а сами они, подлетая, словно бы натыкались на невидимую преграду. Однако эта защита требовала от Вольфа неимоверных усилий. Лицо его исказилось от напряжения, и он шаг за шагом отступал от маленьких истребителей. Его шёлковый халат уже дымился.

Отец добежал до Михаэля и схватил сына за плечо:

- Михаэль! Что с тобой? Идём же отсюда!

Михаэль смотрел на него, не в силах сдвинуться с места.

- Михаэль, да что же это, очнись! Бежим!

Над плечом; отца мелькнула искра, и Двицель пропищал:

- Он тебя не слышит! Он зачарован! Уводи его подальше от Вольфа, может, очнётся!

Отец засунул меч: себе за пояс и обеими руками стал подталкивать Михаэля к выходу.

Теперь и Вольф заметил, что произошло. Он с криком ярости развернулся, и Михаэль почувствовал, что его магическая сила вспыхнула с невиданной силой. Он разметал сразу Дюжину блуждающих огоньков, и по залу понёсся вал энергии, опрокидывая всех подряд, не разбирая ни друга, ни врага.

Михаэль сам не знал, что делает, но в нем пробудилось что-то тёмное, неимоверно сильное и встало на пути магии Вольфа.

Казалось, все здание замка сотряслось до основания, послышался чудовищный грохот, и воздух превратился словно бы в сплошную стеклянную стену.

Вольф растерянно смотрел на Михаэля. Ему стоило больших усилий удержать в руках шкатулку с камнем. Волной разметало не только его воинов, но и Хендрика и отца. Михаэль знал, что это его волшебная сила столкнулась с силой Вольфа в поединке, но ему казалось, что применил эту силу не он, а кто-то другой в нем.

- Браво, - сказал Вольф. Испуг на его лице сменился довольной улыбкой. - Ты ещё талантливее, чем я думал.

Михаэль молчал, и в зале воцарилась тишина. Битва остановилась, воины, сбитые с ног магической волной, с трудом поднимались, блуждающие огоньки отступили и образовали над Михаэлем и его спутниками мерцающий балдахин. Множество зеркал было разбито, по полу зигзагом проходил разлом, окна вылетели. Но все понимали, что это лишь затишье посреди боя.

Вольф ласково поглаживал шкатулку с магическим камнем, выкачивая из кристалла новые силы. Михаэль отчаянно пытался развить и в себе новый импульс силы, но у него не получалось.

Вольф зло рассмеялся:

- Пробуй, не бойся. Сразись со мной, если сможешь. Силы у тебя есть, я знаю. Но ты ведь не хочешь, правда? - Он захихикал и вдруг шагнул к Михаэлю, и лицо его превратилось в гримасу. - Ну что, хочешь испытать свою силу? Тогда убей его! - И он простёр повелевающую руку в сторону Хендрика.

Михаэль ужаснулся. Отчаянным усилием воли он пытался воспротивиться приказу Вольфа, но секунду спустя медленно повернулся к Хендрику и посмотрел ему в глаза.

Лицо Хендрика побледнело, и он попятился к стене:

- Не надо, Михаэль!