Алан Савадж - Могол

Ричард глубоко вздохнул.

— А что мне делать потом?

— Захватишь город, арестуешь всех командиров гарнизона, которых сочтешь ненадежными, и приготовишься удерживать его до моего появления.

— А вдруг ворота закроют передо мной?

— Обложи город со всех сторон и жди меня. Но не думаю, что перед тобой закроют ворота, если ты объявишь, что пришел защищать моего отца. Войдя в город, обращайся с отцом с величайшим почтением. Я дам тебе письмо для него, где объясню мои действия.

— Понял, мой господин.

— Если вдруг мой брат вернется освобождать отца, ты должен удерживать город до моего подхода. Тебе не придется долго ждать, ведь я буду следовать за ним по пятам.

— Для меня великая честь выполнять такую задачу.

— Я выбрал тебя не только потому, что ты мой самый опытный воин. Ты язычник и не сможешь узурпировать власть для себя. Но есть еще и другая причина, — улыбнулся он. — Ты возьмешь под арест принцессу.

Ричард упал духом.

— Да, мой господин.

— Ни в коем случае не причиняй ей вреда. Ее буду судить я, когда доберусь до Агры.

— Я понял, мой господин.

Аурангзеб снова улыбнулся:

— Тебе лучше взять твоих жен с собой, Блант-бахадур. Чтобы не было искушения.

Ричард и сам хотел бы взять своих жен с собой. Уже восемнадцать лет минуло с того времени, когда он был близок с принцессой. Ей сейчас, должно быть, около сорока пяти лет. Наверняка она теперь уже не так привлекательна для мужчин.

Войско под руководством Ричарда быстро двигалось на север и в начале мая уже достигло ворот города. К ним навстречу вышел хаким, которым все еще был Касым-хан, оказавшийся в затруднительном положении, когда услышал слова Ричарда и получил письмо Аурангзеба.

— Я передам письмо, Блант-бахадур, но должен получить разрешение падишаха, прежде чем смогу открыть ворота такой большой армии, — сказал он.

«И принцессы тоже», — предположил Ричард.

Он удивился бы, узнав, что она выбрала борьбу и принудила его осадить город. И к его облегчению ворота через час открыли.

Жители Агры за последние два года очень часто наблюдали уходы армии и ее возвращения, но сейчас вдоль дороги собрались огромные толпы зевак посмотреть на марширующие сотни копьеносцев, шагающих следом за ветеранами дивизии Ричарда, одетыми в синюю форму. Блант ехал во главе колонны и чувствовал, что производит впечатление на толпу, потому что войско принца Дары было ничто по сравнению с дисциплинированной армией Аурангзеба.

Ричарду было интересно, что думают о чудесах этого города его женщины, ехавшие в повозках в хвосте процессии. Тадж-Махал был уже достроен. Его сады и бассейны предстали во всей красе, а купол мерцал в лучах солнца. Если бы Шах-Джахан истратил столько энергии и денег на правление своей империей, сколько вложил в создание прекрасных сооружений, как преобразилась бы Индия.

Гвардия выстроилась перед могольским дворцом, блистая красным с золотым нарядом. Касым-хан находился уже там и приветствовал Ричарда.

— Послание вашего хозяина было принято благосклонно, Блант-бахадур, — сказал он.

— Как здоровье падишаха?

Касым почтительно поклонился.

— Хорошо, насколько можно ожидать. Он ждет вас.

Ричарда проводили в приемную императора. Шах-Джахан сидел на своем павлиньем троне. Огромный золотой клюв нависал над его головой. Падишах сильно постарел и выглядел изнуренным: кожа его приобрела болезненно-желтый оттенок.

Вокруг трона стояли визири и офицеры, Ричарда же сопровождал один Байан Али, однако достаточно было одного взгляда в окно, чтобы понять, что дворец окружен людьми Аурангзеба.

— Блант-бахадур, — начал падишах, — мой сын оказывает мне уважение. Это так?

— Принц Аурангзеб припадает к вашим ногам, падишах.

— Это хорошо, — одобрил Шах-Джахан. — Другие сыновья относятся ко мне без уважения. Когда принц Аурангзеб будет здесь?

— Очень скоро, падишах. Как только разоружит узурпатора, принца Дару, то поспешит сюда.

— Не хочу чтобы принц Дара был убит, — забеспокоился Шах-Джахан. — Он мой законный наследник. Правда, он относится ко мне без должного уважения, но я все равно не хочу, чтобы его убили.

— Уверен, принц Аурангзеб поступит с братом подобающим образом, падишах, — ответил Ричард, помня наставления Аурангзеба.

— Тогда все должно быть сделано хорошо, — сказал Шах-Джахан и жестом показал, что прием окончен.

Но настоящий прием был еще впереди. Ричарда ждал Касым-хан.

— Принцесса хочет поговорить с вами.

— И я должен поговорить с нею, — в свою очередь заявил Блант.

Его людям уже был отдан приказ, и они ждали только сигнала. Ричард кивнул Байану Али, стоящему возле дверей в покои принцессы, и стражу тут же разоружили. Люди аги были слишком удивлены, чтобы сопротивляться.

Касым вздохнул:

— Принцесса красива, как прежде. Говорят, она никогда не состарится.

Ричард помнил наставления Аурангзеба, предостерегавшего не поддаваться чарам принцессы, но когда входил в ее апартаменты, на душе у него было неспокойно.

Сидя на софе в окружении служанок, принцесса доброжелательно смотрела на Ричарда. А ведь в последний раз эта женщина с ненавистью прогнала его с глаз долой. Она все еще была красива. Ее высокая грудь и стройные ноги по-прежнему притягивали взгляд.

— Ты пришел к нашему избавлению, Блант-бахадур, — начала она.

— Я пришел по приказанию принца Аурангзеба, ваше высочество.

Ага тряхнула головой.

— Теперь ты здесь и должен выполнять только мои приказания. Все позади, слава Аллаху, но это было трудное время для нас. Дару, важничавшего как павлин и без меры самонадеянного, с трудом можно было выносить. Но видеть тебя снова, Блант...

Она хлопнула в ладоши, и служанка поспешила выйти из сада, оставив их одних. Принцесса встала и выскользнула из сари, явно собираясь возобновить их прежние отношения.

— Я бы искупалась с тобой, как мы делали это прежде.

Ричард смотрел на ее безукоризненное тело и думал, как много времени прошло с тех пор.

— А потом мы поедим вместе. Нам о многом нужно поговорить. — Она направилась к лестнице, ведущей в бассейн.

— Пожалуйста, оденьтесь, принцесса.

Принцесса остановилась и, нахмурившись, посмотрела на него.

— Я послан сюда, чтобы взять вас под арест, — сказал Ричард.

Лицо принцессы потемнело от гнева.

— Ты смеешь мне говорить это. — Она хлопнула в ладоши.

— Оденьтесь, — произнес Блант. — Ваши девушки уже арестованы. Мои люди готовы войти в сад.

Ага подняла сари и завернулась в него.